25 цитат персонажа «Дуайт Энис» — читаем и делимся

25 цитат персонажа «Дуайт Энис» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я считаю безумие не моральным недостатком, и не наследуемым, а несчастьем, которое случается и с лучшими из нас.

   Я считаю безумие не моральным недостатком, и не наследуемым, а несчастьем, которое случается и с лучшими из нас.
2. «

   Я бы не стал считать самомнение уделом лишь одного пола...

   Я бы не стал считать самомнение уделом лишь одного пола...

   — Уинстон Грэхем · книга
3. «

   Отныне он обретет бессмертие в памяти каждого из нас, и мы поблекнем в сравнении с ним.

   Отныне он обретет бессмертие в памяти каждого из нас, и мы поблекнем в сравнении с ним.
4. «

   Иногда человек идет на компромиссы, чтобы получить хотя бы часть желаемого.

   Иногда человек идет на компромиссы, чтобы получить хотя бы часть желаемого.

   — Уинстон Грэхем · книга
5. «

   Когда страна в руках двух безумных монархов, варианты развития событий очень болезненны.

   Когда страна в руках двух безумных монархов, варианты развития событий очень болезненны.

   — Уинстон Грэхем · книга
6. «

   Спаси незнакомца из моря, и он превратится в твоего врага.

   Спаси незнакомца из моря, и он превратится в твоего врага.

   — Уинстон Грэхем · книга
7. «

   Человек должен быть уверен в себе и в тоже время знать свое место.

   Человек должен быть уверен в себе и в тоже время знать свое место.

   — Уинстон Грэхем · книга
8. «

   — Кэролайн должна выйти замуж с моего согласия, иначе она не унаследует ни пенни. Она выросла в максимально возможной роскоши, думаете, она пожертвует этим ради того, что можете предложить вы? — Она дала мне повод так думать. — Думаете у нее есть собственное состояние? — Я никогда не интересовался ее состоянием. — Шестьсот фунтов все, что вы получите, женившись на ней. — До этого я терпел ваши высказывания с должным уровнем вежливости, но есть пределы, сэр. Бог свидетель, я никогда не давал повода считать меня охотником за приданым, и если вы считаете, что никто не может полюбить вашу племянницу, а не ее наследство, то вы изрядно ее недооцениваете и оскорбляете нас обоих.

   — Кэролайн должна выйти замуж с моего согласия, иначе она не унаследует ни пенни. Она выросла в максимально возможной роскоши, думаете, она пожертвует этим ради того, что можете предложить вы? — Она дала мне повод так думать. — Думаете у нее есть собственное состояние? — Я никогда не интересовался ее состоянием. — Шестьсот фунтов все, что вы получите, женившись на ней. — До этого я терпел ваши высказывания с должным уровнем вежливости, но есть пределы, сэр. Бог свидетель, я никогда не давал повода считать меня охотником за приданым, и если вы считаете, что никто не может полюбить вашу племянницу, а не ее наследство, то вы изрядно ее недооцениваете и оскорбляете нас обоих.

   — Рэй Пенвенен · сериал
9. «

   — Человек по природе своей отвратителен, даже если говорить о себе самом. — Думаю, правда в том, что человек несовершенен. Вечно не отвечает своим же идеалам. Какую бы он цель ни избрал, его всегда настигнет первородный грех.

   — Человек по природе своей отвратителен, даже если говорить о себе самом. — Думаю, правда в том, что человек несовершенен. Вечно не отвечает своим же идеалам. Какую бы он цель ни избрал, его всегда настигнет первородный грех.

   — Уинстон Грэхем · книга
10. «

    Когда, как я, видишь сотни детей, приходящих в этот мир среди бедности, нищеты и лишений, принимаемых какой-то неумелой повитухой, неспособной помочь матери, перекусывающей зубами пуповину, когда та даёт ребенку каплю джина, чтобы не пищал, и все эти дети, или почти все, с самого начала, с первых месяцев жизни, что бы ни случилось позже, совершенны во всех отношениях, то очень странно наблюдать парадокс ребенка из богатой семьи, которого принимал собственный отец, ребенка, окруженного заботой и вниманием, как принцесса, а он оказывается ущербным, больным настолько, что излечить его выше человеческих сил.

    Когда, как я, видишь сотни детей, приходящих в этот мир среди бедности, нищеты и лишений, принимаемых какой-то неумелой повитухой, неспособной помочь матери, перекусывающей зубами пуповину, когда та даёт ребенку каплю джина, чтобы не пищал, и все эти дети, или почти все, с самого начала, с первых месяцев жизни, что бы ни случилось позже, совершенны во всех отношениях, то очень странно наблюдать парадокс ребенка из богатой семьи, которого принимал собственный отец, ребенка, окруженного заботой и вниманием, как принцесса, а он оказывается ущербным, больным настолько, что излечить его выше человеческих сил.

    — Уинстон Грэхем · книга
11. «

    — Я вам настолько неприятна? — Неприятны? Если невозможность весь последний год думать о работе, невозможность забыть ваш голос, ваш поворот головы, свет в ваших локонах, желание и одновременно страх услышать, что вы замужем — значит «неприятны»...

    — Я вам настолько неприятна? — Неприятны? Если невозможность весь последний год думать о работе, невозможность забыть ваш голос, ваш поворот головы, свет в ваших локонах, желание и одновременно страх услышать, что вы замужем — значит «неприятны»...

    — Кэролайн Пенвенен · сериал
12. «

    Когда напишут историю нынешних времен, она наверняка будет выглядеть историей двух революций. Революции во Франции и английской революции методизма. Одни ищут свободы, равенства и братства среди людей, другие ищут свободы, равенства и братства перед Господом.

    Когда напишут историю нынешних времен, она наверняка будет выглядеть историей двух революций. Революции во Франции и английской революции методизма. Одни ищут свободы, равенства и братства среди людей, другие ищут свободы, равенства и братства перед Господом.

    — Уинстон Грэхем · книга
13. «

    — А ты как? Ты ведь будешь уже на восьмом месяце к тому времени? — Немного меньше, как полагает твой муж. — Значит это будет рождественский подарок! — Украшу все омелой, — пошутил Росс. — Старушка Мэгги Доус всегда настаивала на рябине, — сказала Демельза. — Вообще-то будет жутко неловко, если на свадьбе Клоуэнс меня спутают с невестой. Все расхохотались. — Это укоренившийся обычай в Корнуолле, — сказал Дуайт.

    — А ты как? Ты ведь будешь уже на восьмом месяце к тому времени? — Немного меньше, как полагает твой муж. — Значит это будет рождественский подарок! — Украшу все омелой, — пошутил Росс. — Старушка Мэгги Доус всегда настаивала на рябине, — сказала Демельза. — Вообще-то будет жутко неловко, если на свадьбе Клоуэнс меня спутают с невестой. Все расхохотались. — Это укоренившийся обычай в Корнуолле, — сказал Дуайт.

    — Уинстон Грэхем · книга
14. «

    Если мужу не удалось завоевать жену добротой, сочувствием, вниманием и проявлениями любви, то ему следует обходиться без нее.

    Если мужу не удалось завоевать жену добротой, сочувствием, вниманием и проявлениями любви, то ему следует обходиться без нее.

    — Уинстон Грэхем · книга
15. «

    Временами сильные отбывают в мир иной, а слабые выживают.

    Временами сильные отбывают в мир иной, а слабые выживают.

    — Уинстон Грэхем · книга
16. «

    Человеку с самым изысканным вкусом может изменить вкус, если он ни в чем себе не отказывает.

    Человеку с самым изысканным вкусом может изменить вкус, если он ни в чем себе не отказывает.

    — Уинстон Грэхем · книга
17. «

    Порой слабые выживают, а сильные сходят в могилу.

    Порой слабые выживают, а сильные сходят в могилу.
18. «

    — Все мужчины так тщеславны? — Я бы не считал тщеславие свойством одного пола.

    — Все мужчины так тщеславны? — Я бы не считал тщеславие свойством одного пола.

    — Кэролайн Пенвенен · сериал
19. «

    Человеческая природа бесконечно разнообразна и противоречива, так что любое лечение состоит из терпеливого эксперимента с чередой проб и ошибок, где доктору часто отводится роль зрителя, который наблюдает за битвой, разворачивающийся прямо перед его глазами, и никакая помощь извне не составляет даже четверти могущества восстанавливающей силы организма, а пилюли и микстуры чаще вредят, чем помогают.

    Человеческая природа бесконечно разнообразна и противоречива, так что любое лечение состоит из терпеливого эксперимента с чередой проб и ошибок, где доктору часто отводится роль зрителя, который наблюдает за битвой, разворачивающийся прямо перед его глазами, и никакая помощь извне не составляет даже четверти могущества восстанавливающей силы организма, а пилюли и микстуры чаще вредят, чем помогают.

    — Уинстон Грэхем · книга
20. «

    А разве вся жизнь не риск? И разве рискующий всегда проигрывает?

    А разве вся жизнь не риск? И разве рискующий всегда проигрывает?