39 фраз персонажа «Джульетта» — избранное

39 цитат персонажа «Джульетта» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Джульетта смотрит на меня, а затем произносит это. Произносит так, что я каждой своей клеточкой чувствую плывущие по воздуху от неё ко мне слова и то, что они означают. — Я люблю тебя, — говорит она. — Я знаю, — отвечаю я, глядя на неё серьезно и нежно.

   Джульетта смотрит на меня, а затем произносит это. Произносит так, что я каждой своей клеточкой чувствую плывущие по воздуху от неё ко мне слова и то, что они означают. — Я люблю тебя, — говорит она. — Я знаю, — отвечаю я, глядя на неё серьезно и нежно.

   — Джульетта
2. «

   Прощай! Не знаю, Увидимся ли вновь. Холодный страх Пронизывает кровь.

   Прощай! Не знаю, Увидимся ли вновь. Холодный страх Пронизывает кровь.

   — Уильям Шекспир · книга
3. «

   Ромео: Однако губы нам даны на что-то?

   Ромео: Однако губы нам даны на что-то?

   — Уильям Шекспир · книга
4. «

   — У меня есть одна проблема, и я не знаю, как поступить. Джульетта смотрит на меня вопросительно. — Я не скажу тебе! — тут же предупреждаю я. — Почему? — она уже начинает смеяться, догадываясь, в чем дело. — Потому что ты все исправишь!

   — У меня есть одна проблема, и я не знаю, как поступить. Джульетта смотрит на меня вопросительно. — Я не скажу тебе! — тут же предупреждаю я. — Почему? — она уже начинает смеяться, догадываясь, в чем дело. — Потому что ты все исправишь!

   — Джульетта
5. «

   — Я читаю Атланта, и Кеттлер читает Атланта, и Люси! Это какая-то эпидемия! Все читают Атланта. — А я вышиваю, — говорит она.

   — Я читаю Атланта, и Кеттлер читает Атланта, и Люси! Это какая-то эпидемия! Все читают Атланта. — А я вышиваю, — говорит она.

   — Джульетта
6. «

   Что значит имя? Роза пахнет розой, Хоть розой назови ее, хоть нет.

   Что значит имя? Роза пахнет розой, Хоть розой назови ее, хоть нет.

   — Уильям Шекспир · книга
7. «

   Pourquoi rester à vieillir Dans ce monde où tu n'es plus

   Pourquoi rester à vieillir Dans ce monde où tu n'es plus
8. «

   — Вот с губ моих весь грех теперь и снят. — Зато мои впервые им покрылись. — Тогда отдайте мне его назад.

   — Вот с губ моих весь грех теперь и снят. — Зато мои впервые им покрылись. — Тогда отдайте мне его назад.

   — Уильям Шекспир · книга
9. «

   Я родителями манипулировала, когда тебя еще и в планах не было, – маскируя удушающий захват под сестринское объятие, доверительно сообщила я пыхтящей сестре. – И скажу честно, лучше бы я вместо сестренки попросила морскую свинку. Прелесть! Посюсюкал и в коробку посадил. А то, как оказалось, из младших сестренок вырастают большие змеюки.

   Я родителями манипулировала, когда тебя еще и в планах не было, – маскируя удушающий захват под сестринское объятие, доверительно сообщила я пыхтящей сестре. – И скажу честно, лучше бы я вместо сестренки попросила морскую свинку. Прелесть! Посюсюкал и в коробку посадил. А то, как оказалось, из младших сестренок вырастают большие змеюки.

   — Валерия Тишакова · книга
10. «

    A quelle étoile, à quel Dieu, Je dois cet amour dans ses yeux

    A quelle étoile, à quel Dieu, Je dois cet amour dans ses yeux
11. «

    Темнота развивает чувство некой свободы, соединенной с удивительной уязвимостью и ранимостью. И мы позволяем все это себе в такое неурочное время. Обманчивая темнота уводит нас за собой, коварно заверяя в том, что непременно сохранит все наши тайны. Мы забываем и о том, что окутывающая нас со всех сторон темнота – это вовсе не теплое домашнее одеяло, обещающее тепло и защиту. И мы, конечно, уже не помним в такие минуты о том, что очень скоро все пройдет и снова будет светло, а темноте наступит конец. Итак, в это темное время суток мы почему-то становимся особенно храбрыми и готовы говорить такие слова, которые никогда бы не позволили себе высказать в светлое время суток.

    Темнота развивает чувство некой свободы, соединенной с удивительной уязвимостью и ранимостью. И мы позволяем все это себе в такое неурочное время. Обманчивая темнота уводит нас за собой, коварно заверяя в том, что непременно сохранит все наши тайны. Мы забываем и о том, что окутывающая нас со всех сторон темнота – это вовсе не теплое домашнее одеяло, обещающее тепло и защиту. И мы, конечно, уже не помним в такие минуты о том, что очень скоро все пройдет и снова будет светло, а темноте наступит конец. Итак, в это темное время суток мы почему-то становимся особенно храбрыми и готовы говорить такие слова, которые никогда бы не позволили себе высказать в светлое время суток.

    — Тахира Мафи · книга
12. «

    — Я лохматая, — говорит мне Джульетта. — Ты красивая, — говорю я ей. — Это не взаимоисключающие понятия.

    — Я лохматая, — говорит мне Джульетта. — Ты красивая, — говорю я ей. — Это не взаимоисключающие понятия.

    — Джульетта
13. «

    Мы находимся на крыше, на свежем воздухе, где весь мир черный, кроме звезд и щепочки-луны, которые кто-то повесил где-то очень далеко. Иногда я задумываюсь над тем, а остались ли там, в вышине, другие планеты, и если да, то как они ведут себя после всего того, что произошло здесь? Может быть, нам стоило бы в чем-то поучиться друг у друга.

    Мы находимся на крыше, на свежем воздухе, где весь мир черный, кроме звезд и щепочки-луны, которые кто-то повесил где-то очень далеко. Иногда я задумываюсь над тем, а остались ли там, в вышине, другие планеты, и если да, то как они ведут себя после всего того, что произошло здесь? Может быть, нам стоило бы в чем-то поучиться друг у друга.

    — Тахира Мафи · книга
14. «

    И брошу все блага к твоим ногам, И за тобой одним пойду по свету.

    И брошу все блага к твоим ногам, И за тобой одним пойду по свету.

    — Уильям Шекспир · книга
15. «

    Любовь и ночь живут чутьем слепого.

    Любовь и ночь живут чутьем слепого.

    — Уильям Шекспир · книга
16. «

    Мы становимся неким подобием кавычек, одной простой и одной перевернутой. Мы жмемся друг к другу в самом конце этого пожизненного заключения, похожего на предложение длиной в жизнь. Мы заключены в жизни, которые не сами выбираем. Но все же наступает время, и нам пора освобождаться.

    Мы становимся неким подобием кавычек, одной простой и одной перевернутой. Мы жмемся друг к другу в самом конце этого пожизненного заключения, похожего на предложение длиной в жизнь. Мы заключены в жизни, которые не сами выбираем. Но все же наступает время, и нам пора освобождаться.

    — Тахира Мафи · книга
17. «

    Луна — верный товарищ. Она никогда не уходит. Она всегда здесь, смотрит, знает наши светлые и темные стороны и вечно меняется, совсем как мы. Каждый день она новая. Иногда слабая и тусклая, иногда сильная и яркая. Луна понимает, что означает быть человеком.

    Луна — верный товарищ. Она никогда не уходит. Она всегда здесь, смотрит, знает наши светлые и темные стороны и вечно меняется, совсем как мы. Каждый день она новая. Иногда слабая и тусклая, иногда сильная и яркая. Луна понимает, что означает быть человеком.

    — Тахира Мафи · книга
18. «

    Капли дождя — мое единственное напоминание того, что у облаков есть пульс.

    Капли дождя — мое единственное напоминание того, что у облаков есть пульс.

    — Тахира Мафи · книга
19. «

    Грязные деньги сочатся из стен, годовой запас еды пропадает на мраморных полах, сотни тысяч долларов медицинской помощи обратились в дизайнерскую мебель и персидские ковры. Чувствуя, как из вентиляторов тянет искусственным теплом, я вспоминаю детей, просивших чистой воды. Прищурившись, смотрю на хрустальные люстры и слышу матерей, молящих о пощаде. При виде этой роскошной плесени, выросшей на поверхности скованной страхом реальности, я останавливаюсь как вкопанная. Я не могу дышать. Сколько людей умерли ради существования этой роскоши! Сколько людей потеряли дома, детей, последние пять долларов в банке за обещания, обещания, обещания, море обещаний спасти их от них самих.

    Грязные деньги сочатся из стен, годовой запас еды пропадает на мраморных полах, сотни тысяч долларов медицинской помощи обратились в дизайнерскую мебель и персидские ковры. Чувствуя, как из вентиляторов тянет искусственным теплом, я вспоминаю детей, просивших чистой воды. Прищурившись, смотрю на хрустальные люстры и слышу матерей, молящих о пощаде. При виде этой роскошной плесени, выросшей на поверхности скованной страхом реальности, я останавливаюсь как вкопанная. Я не могу дышать. Сколько людей умерли ради существования этой роскоши! Сколько людей потеряли дома, детей, последние пять долларов в банке за обещания, обещания, обещания, море обещаний спасти их от них самих.

    — Тахира Мафи · книга
20. «

    Нет, не клянись обманчивой луной В любви до гроба деве молодой! Иль будешь, как луна, непостоянен...

    Нет, не клянись обманчивой луной В любви до гроба деве молодой! Иль будешь, как луна, непостоянен...

    — Уильям Шекспир · книга