19 цитат персонажа «Элен» для размышлений

19 цитат персонажа «Элен» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Вы ничего мне не разрешаете! Ни кататься на велике, ни работать укротительницей львов, когда выросту... — Львы еще опаснее, чем велосипед. — Я уже все продумала, мам. Если лев вдруг разозлится, я толкну вперед клоуна и убегу. — ... Ты не сможешь обогнать льва. — Мне не надо обгонять льва. Надо обогнать клоуна.

   — Вы ничего мне не разрешаете! Ни кататься на велике, ни работать укротительницей львов, когда выросту... — Львы еще опаснее, чем велосипед. — Я уже все продумала, мам. Если лев вдруг разозлится, я толкну вперед клоуна и убегу. — ... Ты не сможешь обогнать льва. — Мне не надо обгонять льва. Надо обогнать клоуна.

   — Хлоя · сериал
2. «

   Мы сделали все, что могли. И это не так уж мало.

   Мы сделали все, что могли. И это не так уж мало.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   Люди говорят, что любят тебя... но это значит только, что они любят то, как их любовь к тебе заставляет их себя чувствовать. Или... или они любят то, что могут получить от тебя.

   Люди говорят, что любят тебя... но это значит только, что они любят то, как их любовь к тебе заставляет их себя чувствовать. Или... или они любят то, что могут получить от тебя.

   — До костей (To the Bone) · фильм
4. «

   – Какой прекрасный дождливый день. Она спросила, чем же дождливый день может быть замечателен: он перечислил все оттенки неба, деревьев и крыш, которые они увидят во время прогулки, заговорил о неподвластной человеку мощи океана, что откроется им, о зонтике, под которым так здорово шагать, тесно прижавшись друг к другу, о радости, с которой они укроются здесь, чтобы выпить горячего чаю, об одежде, сохнущей около огня, о том, как они, предавшись сладкой истоме, займутся любовью, снова и снова, о том, как под одеялом они будут говорить по душам, словно дети, укрывшиеся в палатке посреди разбушевавшейся природы…

   – Какой прекрасный дождливый день. Она спросила, чем же дождливый день может быть замечателен: он перечислил все оттенки неба, деревьев и крыш, которые они увидят во время прогулки, заговорил о неподвластной человеку мощи океана, что откроется им, о зонтике, под которым так здорово шагать, тесно прижавшись друг к другу, о радости, с которой они укроются здесь, чтобы выпить горячего чаю, об одежде, сохнущей около огня, о том, как они, предавшись сладкой истоме, займутся любовью, снова и снова, о том, как под одеялом они будут говорить по душам, словно дети, укрывшиеся в палатке посреди разбушевавшейся природы…

   — Эрик-Эмманюэль Шмитт · книга
5. «

   Я как спорт для неё, и довести меня до слёз — значит победить.

   Я как спорт для неё, и довести меня до слёз — значит победить.
6. «

   Иногда мне начинает казаться, что люди сами ищут себе смерти.

   Иногда мне начинает казаться, что люди сами ищут себе смерти.

   — Рэй Брэдбери · книга
7. «

   — Почему ты за него выходишь? — У него на то целый бумажник причин.

   — Почему ты за него выходишь? — У него на то целый бумажник причин.

   — Шила Дилэни · книга
8. «

   — Я знаю, чего вы пытаетесь добиться. Жизнь прекрасна и подобное дерьмо... — И тебя это расстраивает, потому что... — Потому что так и есть. Я знаю, что жизнь может быть прекрасной, но я не могу остановиться, и я даже не знаю, почему. Я просто не могу.

   — Я знаю, чего вы пытаетесь добиться. Жизнь прекрасна и подобное дерьмо... — И тебя это расстраивает, потому что... — Потому что так и есть. Я знаю, что жизнь может быть прекрасной, но я не могу остановиться, и я даже не знаю, почему. Я просто не могу.

   — До костей (To the Bone) · фильм
9. «

   Однако где ты научился драться разбитой бутылкой и одним ударом превращать людей в евнухов? — В борьбе за право человека, — ответил я.

   Однако где ты научился драться разбитой бутылкой и одним ударом превращать людей в евнухов? — В борьбе за право человека, — ответил я.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Какой обман эта строгость правил, эта щепетильность добродетели, замыкавшие ее в бесплодных радостях святоши!

    Какой обман эта строгость правил, эта щепетильность добродетели, замыкавшие ее в бесплодных радостях святоши!

    — Эмиль Золя · книга
11. «

    Не волнуйся! Я пинками гоняю его к здоровью и счастью.

    Не волнуйся! Я пинками гоняю его к здоровью и счастью.

    — Элен · сериал
12. «

    Забудь про пиво, тащи сюда виски!

    Забудь про пиво, тащи сюда виски!
13. «

    Она принимает твою любовь как должное.

    Она принимает твою любовь как должное.

    — Сара Морган · книга
14. «

    А ты — ты моё сердце.

    А ты — ты моё сердце.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Неужели, это я? Одинокая, такая одинокая как никто в мире.

    Неужели, это я? Одинокая, такая одинокая как никто в мире.

    — Берли Догерти · книга
16. «

    — В каждом из нас живет несколько людей. Совсем непохожих. И иногда они выходят из послушания и некоторое время распоряжаются нами, и тогда вдруг превращаешься в другого человека, которого никто не знал раньше. Но затем все становится прежним. — Во мне никогда не жили другие люди. Я всегда и утомительно один и тот же.

    — В каждом из нас живет несколько людей. Совсем непохожих. И иногда они выходят из послушания и некоторое время распоряжаются нами, и тогда вдруг превращаешься в другого человека, которого никто не знал раньше. Но затем все становится прежним. — Во мне никогда не жили другие люди. Я всегда и утомительно один и тот же.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Если мы думаем, что есть спруты, они должны быть. Мы не можем вообраить себе того, чего нет на свете.

    Если мы думаем, что есть спруты, они должны быть. Мы не можем вообраить себе того, чего нет на свете.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    — Впрочем, мы все, конечно, умрём. — Да, — сказала Элен. — Но никто в это не верит.

    — Впрочем, мы все, конечно, умрём. — Да, — сказала Элен. — Но никто в это не верит.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Мы живём в эпоху парадоксов. Ради сохранения мира вынуждены вести войну.

    Мы живём в эпоху парадоксов. Ради сохранения мира вынуждены вести войну.

    — Эрих Мария Ремарк · книга