18 цитат персонажа «Фериде» — большая подборка

18 цитат персонажа «Фериде» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Я давно вычеркнула из своей жизни людей, у которых злое сердце. — Ты действительно веришь в то, что у меня злое сердце? — Нас не вера заставляет страдать, а недоверие.

   — Я давно вычеркнула из своей жизни людей, у которых злое сердце. — Ты действительно веришь в то, что у меня злое сердце? — Нас не вера заставляет страдать, а недоверие.
2. «

   Даже если рука сломается, она останется в рукаве. Он придержит ее.

   Даже если рука сломается, она останется в рукаве. Он придержит ее.
3. «

   Свет причиняет страдание больным глазам, счастье приносит боль раненому сердцу. Тьма — лучшее лекарство как для больных глаз, так и для раненых сердец.

   Свет причиняет страдание больным глазам, счастье приносит боль раненому сердцу. Тьма — лучшее лекарство как для больных глаз, так и для раненых сердец.

   — Решад Нури Гюнтекин · книга
4. «

   Будто все так же, как и всегда — в полном порядке…Будто ничего и не произошло! Солнце всходит. Луна заходит. Каждый день готовится горячий хлеб. В пансионе продолжаются занятия. Странная штука то, что называют расставанием…Мы оба, словно под лавиной снега, но никто из нас не умирает. Мы продолжаем дышать, но никто из нас не живет! Эта разлука с тобой словно что-то наподобие стремления к жизни. Даже если внутри тебя все обливается кровавыми слезами, лицо твое продолжает улыбаться! Смотри же, Кямран! Я отпускаю руки и не падаю без тебя!

   Будто все так же, как и всегда — в полном порядке…Будто ничего и не произошло! Солнце всходит. Луна заходит. Каждый день готовится горячий хлеб. В пансионе продолжаются занятия. Странная штука то, что называют расставанием…Мы оба, словно под лавиной снега, но никто из нас не умирает. Мы продолжаем дышать, но никто из нас не живет! Эта разлука с тобой словно что-то наподобие стремления к жизни. Даже если внутри тебя все обливается кровавыми слезами, лицо твое продолжает улыбаться! Смотри же, Кямран! Я отпускаю руки и не падаю без тебя!
5. «

   Если уже игра в любовь заставляет так гореть и трепетать, так какова сама же любовь?

   Если уже игра в любовь заставляет так гореть и трепетать, так какова сама же любовь?

   — Решад Нури Гюнтекин · книга
6. «

   — Вы потеряли свою дорогу, маленькая госпожа? — С какой это стати? Я знаю эти места как свои пять пальцев. — Вот как? И я знаю. Но мы раньше не встречались. — Не судьба. Доброго дня. — Хоть бы завтра тоже встретились случайно. — Не думаю. Я не люблю случайности.

   — Вы потеряли свою дорогу, маленькая госпожа? — С какой это стати? Я знаю эти места как свои пять пальцев. — Вот как? И я знаю. Но мы раньше не встречались. — Не судьба. Доброго дня. — Хоть бы завтра тоже встретились случайно. — Не думаю. Я не люблю случайности.
7. «

   Чтобы убить человека, не обязательно в него стрелять.

   Чтобы убить человека, не обязательно в него стрелять.
8. «

   Человек работает, бегает, развлекается 50-60 лет, словом пока не выбьется из сил, но потом его глаза начинают слипаться, испытыватая потребность в сладком сне;сон охватывает все его тело, и он, улыбаясь, словно в сладком опьянении, постепенно засыпает. Белый мрамор, ослепительно сверкающий в солнечных лучах, усыпан цветами; на мраморную плиту опускается несколько птиц, чтобы напиться из маленьких ямочек.

   Человек работает, бегает, развлекается 50-60 лет, словом пока не выбьется из сил, но потом его глаза начинают слипаться, испытыватая потребность в сладком сне;сон охватывает все его тело, и он, улыбаясь, словно в сладком опьянении, постепенно засыпает. Белый мрамор, ослепительно сверкающий в солнечных лучах, усыпан цветами; на мраморную плиту опускается несколько птиц, чтобы напиться из маленьких ямочек.

   — Решад Нури Гюнтекин · книга
9. «

   Ты знаешь историю о беженцах? Когда они избрали путь грусти и тоски, то место, в котором они обретают покой и хотят, чтобы время остановилось, иммигранты называют своей Родиной.

   Ты знаешь историю о беженцах? Когда они избрали путь грусти и тоски, то место, в котором они обретают покой и хотят, чтобы время остановилось, иммигранты называют своей Родиной.
10. «

    Тебя убили в моём сердце однажды осенним вечером, два года назад...

    Тебя убили в моём сердце однажды осенним вечером, два года назад...

    — Решад Нури Гюнтекин · книга
11. «

    — Есть один вопрос, который не дает мне покоя. Я просто разрываюсь между голосом сердца и разума. Не знаю как быть. — Не следует слушать только разум. Он пристрастен и часто бывает жесток. Сердце же наивное и доброе. Когда человек не знает внять голосу разума или же сердца, то ему стоит отдать предпочтение сердцу.

    — Есть один вопрос, который не дает мне покоя. Я просто разрываюсь между голосом сердца и разума. Не знаю как быть. — Не следует слушать только разум. Он пристрастен и часто бывает жесток. Сердце же наивное и доброе. Когда человек не знает внять голосу разума или же сердца, то ему стоит отдать предпочтение сердцу.
12. «

    Если желаешь мне добра — отпусти меня. А даже если и любишь, то, пожалуйста, не показывай мне этого. Я решила, что отныне буду жить без тебя.

    Если желаешь мне добра — отпусти меня. А даже если и любишь, то, пожалуйста, не показывай мне этого. Я решила, что отныне буду жить без тебя.
13. «

    Глаза Кямрана на меня глядят. Ах, мама, как волнует этот взгляд. Две карих вишни смотрят на меня. Два добрых, согревающих огня. Их тёплый свет и манит и зовёт, в душе моей растапливая лёд. Боюсь ослепнуть, глядя на огонь. Смотреть — смотри, любуйся, но не тронь. Я думала о ласковых глазах, когда отца война спалила в прах. Родное имя на сырой плите. Всё, что осталось бедной сироте. Тогда в душе иссякла воля жить, хотелось мне себя похоронить. И только свет глубоких карих глаз, мне был опорой в этот трудный час. А те, кто были с детства мне близки, меня бранили за мои грехи. За что ко мне так этот мир жесток, за что, любя, страдает королёк...

    Глаза Кямрана на меня глядят. Ах, мама, как волнует этот взгляд. Две карих вишни смотрят на меня. Два добрых, согревающих огня. Их тёплый свет и манит и зовёт, в душе моей растапливая лёд. Боюсь ослепнуть, глядя на огонь. Смотреть — смотри, любуйся, но не тронь. Я думала о ласковых глазах, когда отца война спалила в прах. Родное имя на сырой плите. Всё, что осталось бедной сироте. Тогда в душе иссякла воля жить, хотелось мне себя похоронить. И только свет глубоких карих глаз, мне был опорой в этот трудный час. А те, кто были с детства мне близки, меня бранили за мои грехи. За что ко мне так этот мир жесток, за что, любя, страдает королёк...
14. «

    Мой отец ничем не отличался от школьника, который не может ответить на вопросы учителя. Но наши любимые родители должны знать, что дети верят всем этим оправданиям и красивым отговоркам. После того разговора с отцом я спала днём, а не ночью. Конечно, это было возмутительно, спать на уроках ученице. Я постоянно спала на уроках и никто со мной не мог справиться. Я ничего не могла сделать со своими глазами, днём они закрывались, странно. Но теперь я понимаю Кямрана. В то время он не видел моих глаз, и не мог полюбить меня. Я знаю, что только он мог помочь мне справиться с этим, но он не захотел.

    Мой отец ничем не отличался от школьника, который не может ответить на вопросы учителя. Но наши любимые родители должны знать, что дети верят всем этим оправданиям и красивым отговоркам. После того разговора с отцом я спала днём, а не ночью. Конечно, это было возмутительно, спать на уроках ученице. Я постоянно спала на уроках и никто со мной не мог справиться. Я ничего не могла сделать со своими глазами, днём они закрывались, странно. Но теперь я понимаю Кямрана. В то время он не видел моих глаз, и не мог полюбить меня. Я знаю, что только он мог помочь мне справиться с этим, но он не захотел.
15. «

    Я очень люблю снег, — он напоминает мне цветение миндаля весной.

    Я очень люблю снег, — он напоминает мне цветение миндаля весной.

    — Решад Нури Гюнтекин · книга
16. «

    Дай время… Оно вылечит. Медленно. Сначала грусть заживет, превратится в печаль. Вместе с печалью появится и вера. С помощью Аллаха…

    Дай время… Оно вылечит. Медленно. Сначала грусть заживет, превратится в печаль. Вместе с печалью появится и вера. С помощью Аллаха…

    — Эльчин Сафарли · книга
17. «

    Не огорчайся. Аллах рядом с нами. Болит ли твое сердце? Сильно болит? А если бы совсем не болело? Значит что-то затронуло твое сердце, значит все еще есть надежда. Не огорчайся. Если грудь ранят безнадежность и печаль, то значит, что сердце вовсе не камень. Не огорчайся. Если не знаешь, куда деваться от безнадежности, значит ты на пороге большого утешения. Ты пройдешь через этот порог благородно, не преклонившись. Не огорчайся. Если таят снега в горах, которым ты так доверяешь, то завтра в горных долинах зацветут цветы. Если взрывается сердце внутри тебя от листопада, то лишь для того, чтобы пришла весна. Не огорчайся. Ведь он верит в тебя, с чего бы тебе не верить в себя?

    Не огорчайся. Аллах рядом с нами. Болит ли твое сердце? Сильно болит? А если бы совсем не болело? Значит что-то затронуло твое сердце, значит все еще есть надежда. Не огорчайся. Если грудь ранят безнадежность и печаль, то значит, что сердце вовсе не камень. Не огорчайся. Если не знаешь, куда деваться от безнадежности, значит ты на пороге большого утешения. Ты пройдешь через этот порог благородно, не преклонившись. Не огорчайся. Если таят снега в горах, которым ты так доверяешь, то завтра в горных долинах зацветут цветы. Если взрывается сердце внутри тебя от листопада, то лишь для того, чтобы пришла весна. Не огорчайся. Ведь он верит в тебя, с чего бы тебе не верить в себя?
18. «

    Я словно в другой стране, одна и не знаю языка. Я чувствую душевную боль. Почему? Может, это одиночество? Я потерялась, потерялась в себе. Это чувство ранит, причиняет страдания, не позволяя вздохнуть полной грудью. Иногда мне кажется, что сердце моё в крови, что оно лежит на земле, растоптанное, израненное. Лежит и взывает о помощи.

    Я словно в другой стране, одна и не знаю языка. Я чувствую душевную боль. Почему? Может, это одиночество? Я потерялась, потерялась в себе. Это чувство ранит, причиняет страдания, не позволяя вздохнуть полной грудью. Иногда мне кажется, что сердце моё в крови, что оно лежит на земле, растоптанное, израненное. Лежит и взывает о помощи.