25 фраз персонажа «Герцог» — избранное

Ниже 25 цитат персонажа «Герцог»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Талия — на десять сантиметров ниже, чем в мирное время. — Ниже? — То есть выше. — А грудь? — Что грудь? — Оставляем на месте? — Нет, берём с собой.

   — Талия — на десять сантиметров ниже, чем в мирное время. — Ниже? — То есть выше. — А грудь? — Что грудь? — Оставляем на месте? — Нет, берём с собой.

   — Герцог · фильм
2. «

   Охота — это прообраз войны: на охоте также есть свои военные хитрости, засады и ловушки, дабы можно было без риска для себя одолеть противника. На охоте мы терпим и дикий холод, и палящий зной, презираем и сон и негу, укрепляем свои силы, упражняем наше тело, чтобы оно сделалось более гибким, — одним словом, это занятие вреда никому не причиняет, а удовольствие доставляет многим.

   Охота — это прообраз войны: на охоте также есть свои военные хитрости, засады и ловушки, дабы можно было без риска для себя одолеть противника. На охоте мы терпим и дикий холод, и палящий зной, презираем и сон и негу, укрепляем свои силы, упражняем наше тело, чтобы оно сделалось более гибким, — одним словом, это занятие вреда никому не причиняет, а удовольствие доставляет многим.

   — Мигель де Сервантес Сааведра · книга
3. «

   О музыка, ты пища для любви! Играйте же, любовь мою насытьте, И пусть желанье, утолясь, умрет.

   О музыка, ты пища для любви! Играйте же, любовь мою насытьте, И пусть желанье, утолясь, умрет.

   — Уильям Шекспир · книга
4. «

   Свои места вы знаете в сраженье; Коль старшие падут — вам повышенье.

   Свои места вы знаете в сраженье; Коль старшие падут — вам повышенье.

   — Уильям Шекспир · книга
5. «

   Уединение и праздность Губят молодых людей.

   Уединение и праздность Губят молодых людей.

   — Александр Сергеевич Пушкин · книга
6. «

   — Ну вот и славно… И не надо так трагично, дорогой мой… В конце концов, и Галилей отрекался! — Поэтому я всегда больше любил Джордано Бруно!

   — Ну вот и славно… И не надо так трагично, дорогой мой… В конце концов, и Галилей отрекался! — Поэтому я всегда больше любил Джордано Бруно!

   — Герцог · фильм
7. «

   О, если б грех притворством не был скрыт И каждый был таким, каков на вид!

   О, если б грех притворством не был скрыт И каждый был таким, каков на вид!

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Эта их веселость не возбуждает. Возбуждает мрачное. Возбуждает амбивалентное. Возбуждает то, что оказывается глубже, чем показалось с первого взгляда.

   Эта их веселость не возбуждает. Возбуждает мрачное. Возбуждает амбивалентное. Возбуждает то, что оказывается глубже, чем показалось с первого взгляда.

   — Джон Грин · книга
9. «

   — А почему не слышно? Я не понимаю, о чём они говорят. — Ваше Высочество, подсудимый благодарит городские власти и одновременно как бы шутит со своей возлюбленной. — Хорошо. Особенно кружевной воротник и передняя выточка ему очень к лицу. И вообще, он похож на покойного.

   — А почему не слышно? Я не понимаю, о чём они говорят. — Ваше Высочество, подсудимый благодарит городские власти и одновременно как бы шутит со своей возлюбленной. — Хорошо. Особенно кружевной воротник и передняя выточка ему очень к лицу. И вообще, он похож на покойного.

   — Герцог · фильм
10. «

    Нас зажигает небо, как мы — факел, — светить другим; ведь если добродетель не излучать, то это всё равно, что не иметь её.

    Нас зажигает небо, как мы — факел, — светить другим; ведь если добродетель не излучать, то это всё равно, что не иметь её.

    — Уильям Шекспир · книга
11. «

    — Где мой военный мундир? — Прошу Ваше Высочество. Прошу. — Что? Мне в этом? В однобортном? Да вы что!? Не знаете, что в однобортном сейчас уже никто не воюет? Безобразие! Война у порога, а мы не готовы! Нет, мы не готовы к войне!

    — Где мой военный мундир? — Прошу Ваше Высочество. Прошу. — Что? Мне в этом? В однобортном? Да вы что!? Не знаете, что в однобортном сейчас уже никто не воюет? Безобразие! Война у порога, а мы не готовы! Нет, мы не готовы к войне!

    — Герцог · фильм
12. «

    Добродетель отважна, и добро никогда не испытывает страха.

    Добродетель отважна, и добро никогда не испытывает страха.

    — Уильям Шекспир · книга
13. «

    Почему продолжается война? Они что у вас, газет не читают?

    Почему продолжается война? Они что у вас, газет не читают?

    — Тот самый Мюнхгаузен · фильм
14. «

    Из Мюнхгаузена, господа, воду лить не будем! Не зачем. Он нам дорог просто как Мюнхгаузен. Как Карл Фридрих Иероним... А уж пьёт его лошадь или не пьёт — это нас не волнует.

    Из Мюнхгаузена, господа, воду лить не будем! Не зачем. Он нам дорог просто как Мюнхгаузен. Как Карл Фридрих Иероним... А уж пьёт его лошадь или не пьёт — это нас не волнует.

    — Тот самый Мюнхгаузен · фильм
15. «

    — А почему этот деятельный малыш не в школе Пристона или Йеля, не в Англии или массе школ континента? Почему он учится в какой-то дыре? — Санкт-Петербург. Не дыра. — А мне без разницы. Вся Россия — это помойка и рабы. Так почему? — Я сейчас вас огорчу, любезный Архитектор, но Георг считает, что все университеты запада, Англии и САСШ это Цирковые училища. Не возмущайтесь, я сейчас поясню подробней, и после нам придется присмотреться к тому как учат наших наследников. По его мнению, все университеты Запада готовят даже не людей. а дрессированных собачек. Ваши Цирковые училища призваны воспитывать рабов для господ. Вы готовите дрессированных пуделей для хозяев мира сего. Основная задача высших школ запада подготовить грамотного, расторопного и покорного колониального управляющего. Методы, которые используют для этого так называемые учителя, самые подлые и лживые. Обязательная пелерастия для морального падения и замена морали на холодный расчет. Избиение и моральная обструкция, для вбивания на уровне инстинктов — рефлекса подчинения. Для особо устойчивых особей, есть лживые доносы и сфабрикованные уголовные дела. Выбор для обучаемого прост, или тюрьма на долгие годы или беспрекословное подчинение. Я в такой цирковой труппе готов занять роль дрессировщика и со временем директора цирка, а должность болонки не для меня. Я негласно проверил его слова и выяснил что все наши школы готовят идеальных исполнителей. О развитии творческого потенциала, спорах и отклонения от наших норм. можно даже не мечтать. Все университеты ввели шкалу лояльности, лояльность к западному миру, лояльность к вышестоящему, лояльность и преклонение перед деньгами и богатством. Все студенты знают об этом и следуют правилам, бунтарей выгоняют, но только простых, все бунтари из детей политических деятелей, наследников крупного капитала или чиновников высокого ранга ломаются через колено, сбором компромата и фабрикации уголовных дел по тяжелым статьям.

    — А почему этот деятельный малыш не в школе Пристона или Йеля, не в Англии или массе школ континента? Почему он учится в какой-то дыре? — Санкт-Петербург. Не дыра. — А мне без разницы. Вся Россия — это помойка и рабы. Так почему? — Я сейчас вас огорчу, любезный Архитектор, но Георг считает, что все университеты запада, Англии и САСШ это Цирковые училища. Не возмущайтесь, я сейчас поясню подробней, и после нам придется присмотреться к тому как учат наших наследников. По его мнению, все университеты Запада готовят даже не людей. а дрессированных собачек. Ваши Цирковые училища призваны воспитывать рабов для господ. Вы готовите дрессированных пуделей для хозяев мира сего. Основная задача высших школ запада подготовить грамотного, расторопного и покорного колониального управляющего. Методы, которые используют для этого так называемые учителя, самые подлые и лживые. Обязательная пелерастия для морального падения и замена морали на холодный расчет. Избиение и моральная обструкция, для вбивания на уровне инстинктов — рефлекса подчинения. Для особо устойчивых особей, есть лживые доносы и сфабрикованные уголовные дела. Выбор для обучаемого прост, или тюрьма на долгие годы или беспрекословное подчинение. Я в такой цирковой труппе готов занять роль дрессировщика и со временем директора цирка, а должность болонки не для меня. Я негласно проверил его слова и выяснил что все наши школы готовят идеальных исполнителей. О развитии творческого потенциала, спорах и отклонения от наших норм. можно даже не мечтать. Все университеты ввели шкалу лояльности, лояльность к западному миру, лояльность к вышестоящему, лояльность и преклонение перед деньгами и богатством. Все студенты знают об этом и следуют правилам, бунтарей выгоняют, но только простых, все бунтари из детей политических деятелей, наследников крупного капитала или чиновников высокого ранга ломаются через колено, сбором компромата и фабрикации уголовных дел по тяжелым статьям.
16. «

    Ужасный век, ужасные сердца!

    Ужасный век, ужасные сердца!

    — Александр Сергеевич Пушкин · книга
17. «

    — А где же наша гвардия? Гвардия где? — Очевидно, обходит с флангов. — Кого? — Всех!

    — А где же наша гвардия? Гвардия где? — Очевидно, обходит с флангов. — Кого? — Всех!

    — Герцог · фильм
18. «

    Себе не вправе ты принадлежать. Как факелы, нас небо зажигает Не для того, чтоб для себя горели.

    Себе не вправе ты принадлежать. Как факелы, нас небо зажигает Не для того, чтоб для себя горели.

    — Уильям Шекспир · книга
19. «

    Когда мой взор Оливию увидел, Как бы очистился от смрада воздух, А герцог твой в оленя превратился, И с той поры, как свора жадных псов, Его грызут желанья...

    Когда мой взор Оливию увидел, Как бы очистился от смрада воздух, А герцог твой в оленя превратился, И с той поры, как свора жадных псов, Его грызут желанья...

    — Уильям Шекспир · книга
20. «

    — Это ещё что такое? — Арестованный. — Почему под оркестр? — Ваше Высочество, сначала намечались торжества. Потом аресты. Потом решили совместить.

    — Это ещё что такое? — Арестованный. — Почему под оркестр? — Ваше Высочество, сначала намечались торжества. Потом аресты. Потом решили совместить.

    — Герцог · фильм