«Гесер»: 16 цитат

Ниже 16 цитат персонажа «Гесер»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Тьма — это гидра, и чем больше голов отсечешь, тем больше их вырастет! Гидр голодом морят, понимаешь? Убьешь сотню Темных — на их место встанет тысяча.

   Тьма — это гидра, и чем больше голов отсечешь, тем больше их вырастет! Гидр голодом морят, понимаешь? Убьешь сотню Темных — на их место встанет тысяча.

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   Траву можно подстригать, а можно вырывать с корнем. Что тебе больше нравится?

   Траву можно подстригать, а можно вырывать с корнем. Что тебе больше нравится?

   — Сергей Лукьяненко · книга
3. «

   Если любовь в тебе — это сила. А если ты в любви — это слабость.

   Если любовь в тебе — это сила. А если ты в любви — это слабость.

   — Сергей Лукьяненко · книга
4. «

   Я всегда считал, что непродуманные, но благие поступки приносят больше пользы, чем продуманные, но жестокие.

   Я всегда считал, что непродуманные, но благие поступки приносят больше пользы, чем продуманные, но жестокие.

   — Сергей Лукьяненко · книга
5. «

   Версия принимается. Она нелепа. Она мне не нравится… потому что я боюсь чего-то подобного. Но как версия — принято. Еще?

   Версия принимается. Она нелепа. Она мне не нравится… потому что я боюсь чего-то подобного. Но как версия — принято. Еще?

   — Сергей Лукьяненко · книга
6. «

   Пока не станешь мудрее — не станешь сильнее.

   Пока не станешь мудрее — не станешь сильнее.

   — Сергей Лукьяненко · книга
7. «

   Вот ты, Антон, — Светлый, а пиво пьёшь тёмное...

   Вот ты, Антон, — Светлый, а пиво пьёшь тёмное...

   — Дневной дозор · фильм
8. «

   У каждого врача должно быть своё кладбище.

   У каждого врача должно быть своё кладбище.

   — Сергей Лукьяненко · книга
9. «

   Я использовал то, что было под рукой. Инквизиция вправе удивляться, почему я забиваю гвозди микроскопом, да… Но никак не обвинять меня в этом!

   Я использовал то, что было под рукой. Инквизиция вправе удивляться, почему я забиваю гвозди микроскопом, да… Но никак не обвинять меня в этом!

   — Сергей Лукьяненко · книга
10. «

    — Красивая сцена, — внезапно сказал Жермензон. — И очень позитивная... интернациональная... Тибетец, казах и два еврея пытаются спасти маленького русского мальчика... — Я не еврей, — поправил я. — С фамилией Городецкий? — заинтересовался Жермензон. — Это старинная русская фамилия! От названия городка на Волге, там мои предки жили. — Тогда ещё красивее, — решил Жермензон. — Тибетец, казах, русский и еврей... Гесер посмотрел на Жермензона и спросил: — Так ты что, Марк, еврей, что ли? — Подкалывай, подкалывай, — пробурчал Жермензон.

    — Красивая сцена, — внезапно сказал Жермензон. — И очень позитивная... интернациональная... Тибетец, казах и два еврея пытаются спасти маленького русского мальчика... — Я не еврей, — поправил я. — С фамилией Городецкий? — заинтересовался Жермензон. — Это старинная русская фамилия! От названия городка на Волге, там мои предки жили. — Тогда ещё красивее, — решил Жермензон. — Тибетец, казах, русский и еврей... Гесер посмотрел на Жермензона и спросил: — Так ты что, Марк, еврей, что ли? — Подкалывай, подкалывай, — пробурчал Жермензон.

    — Сергей Лукьяненко · книга
11. «

    Легче погасить в себе свет, чем рассеять тьму вокруг.

    Легче погасить в себе свет, чем рассеять тьму вокруг.

    — Ночной дозор · фильм
12. «

    У каждого своя судьба. У кого-то — править чужие жизни или ломать империи. У кого-то — просто жить.

    У каждого своя судьба. У кого-то — править чужие жизни или ломать империи. У кого-то — просто жить.

    — Сергей Лукьяненко · книга
13. «

    — Рискуешь, — вымолвил Гесер, глядя на меня. — Если позволите, шеф, то рискну, — сказал я, вставая. — Звоните, пишите, шлите телеграммы. Посылки не забывайте.

    — Рискуешь, — вымолвил Гесер, глядя на меня. — Если позволите, шеф, то рискну, — сказал я, вставая. — Звоните, пишите, шлите телеграммы. Посылки не забывайте.

    — Сергей Лукьяненко · книга
14. «

    Кофе пей, мозги поутру прочищает.

    Кофе пей, мозги поутру прочищает.

    — Сергей Лукьяненко · книга
15. «

    Россию тысячу лет губят все, кому не лень, а она стоит и стоять будет!

    Россию тысячу лет губят все, кому не лень, а она стоит и стоять будет!

    — Сергей Лукьяненко · книга
16. «

    Никто не вправе заставлять идти против совести. Никто не вправе заставлять предавать любовь. Никто не вправе уговаривать изменить чести. Никто... Но мы делаем и это! По собственной инициативе. Когда на одной чаше весов наша любовь, совесть, честь, а на другой — миллион влюблённых, совестливых, честных.

    Никто не вправе заставлять идти против совести. Никто не вправе заставлять предавать любовь. Никто не вправе уговаривать изменить чести. Никто... Но мы делаем и это! По собственной инициативе. Когда на одной чаше весов наша любовь, совесть, честь, а на другой — миллион влюблённых, совестливых, честных.

    — Сергей Лукьяненко · книга