23 цитаты персонажа «Готтфрид Ленц» для статуса

Ниже 23 цитаты персонажа «Готтфрид Ленц»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Мораль — это выдумка человечества, но не вывод из жизненного опыта.

   Мораль — это выдумка человечества, но не вывод из жизненного опыта.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   После войны люди стали ходить на политические собрания, а не в церковь.

   После войны люди стали ходить на политические собрания, а не в церковь.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   — Посмотри на пчел, – сказал я и остановился. – Откуда они взялись в центре города? <...> — Голову даю наотрез, что они прилетают с какого-нибудь крестьянского двора. Просто они хорошо знают свой путь… – он прищурил глаза, – а мы вот не знаем…

   — Посмотри на пчел, – сказал я и остановился. – Откуда они взялись в центре города? <...> — Голову даю наотрез, что они прилетают с какого-нибудь крестьянского двора. Просто они хорошо знают свой путь… – он прищурил глаза, – а мы вот не знаем…

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   – Выпьем, ребята! За то, что мы живём! За то, что мы дышим! Ведь мы так сильно чувствуем жизнь! Даже не знаем, что нам с ней делать!

   – Выпьем, ребята! За то, что мы живём! За то, что мы дышим! Ведь мы так сильно чувствуем жизнь! Даже не знаем, что нам с ней делать!

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   Все мы такие. Все мы живём в долг и питаемся иллюзиями.

   Все мы такие. Все мы живём в долг и питаемся иллюзиями.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   – Любовь, – невозмутимо заметил Готтфрид, – чудесная вещь. Но она портит характер.

   – Любовь, – невозмутимо заметил Готтфрид, – чудесная вещь. Но она портит характер.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Только не теряй свободы! Она дороже любви. Но это обычно понимаешь слишком поздно...

   Только не теряй свободы! Она дороже любви. Но это обычно понимаешь слишком поздно...

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Да, старик, тут, собственно, и начинаешь понимать, что тебе не хватало только одного, чтобы стать хорошим человеком, — времени. Верно я говорю?

   Да, старик, тут, собственно, и начинаешь понимать, что тебе не хватало только одного, чтобы стать хорошим человеком, — времени. Верно я говорю?

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   — Ну-ка, дыхни, — сказал Готтфрид. Я повиновался. — Ром, вишневая настойка и абсент, — сказал он. — Пил абсент, свинья!

   — Ну-ка, дыхни, — сказал Готтфрид. Я повиновался. — Ром, вишневая настойка и абсент, — сказал он. — Пил абсент, свинья!

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Чем меньше человек заботится о своем душевном состоянии, тем большего он стоит.

    Чем меньше человек заботится о своем душевном состоянии, тем большего он стоит.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Героизм, мой мальчик, нужен для тяжелых времен, – поучительно заметил Ленц. – Но мы живем в эпоху отчаяния. Тут приличествует только чувство юмора.

    Героизм, мой мальчик, нужен для тяжелых времен, – поучительно заметил Ленц. – Но мы живем в эпоху отчаяния. Тут приличествует только чувство юмора.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    В наш деловой век нужно уметь быть романтиком.

    В наш деловой век нужно уметь быть романтиком.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    Такт — неписаное соглашение не замечать чужих ошибок. И не заниматься их исправлением. То есть жалкий компромисс.

    Такт — неписаное соглашение не замечать чужих ошибок. И не заниматься их исправлением. То есть жалкий компромисс.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    Быть сумасшедшим вообще не позорно.

    Быть сумасшедшим вообще не позорно.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    — Самое страшное, братья, — это время. Время. Мгновения, которое мы переживаем и которым всё-таки никогда не владеем. Он достал из кармана часы и поднес их к глазам Ленца: — Вот она, мой бумажный романтик! Адская машина Тикает, неудержимо тикает, стремясь навстречу небытию Ты можешь остановить лавину, горный обвал, но вот эту штуку не остановишь. — И не собираюсь останавливать, — заявил Ленц. — Хочу мирно состариться. Кроме того, мне нравится разнообразие. — Для человека это невыносимо, — сказал Грау, не обращая внимания на Готтфрида. — Человек просто не может вынести этого. И вот почему он придумал себе мечту. Древнюю, трогательную, безнадежную мечту о вечности.

    — Самое страшное, братья, — это время. Время. Мгновения, которое мы переживаем и которым всё-таки никогда не владеем. Он достал из кармана часы и поднес их к глазам Ленца: — Вот она, мой бумажный романтик! Адская машина Тикает, неудержимо тикает, стремясь навстречу небытию Ты можешь остановить лавину, горный обвал, но вот эту штуку не остановишь. — И не собираюсь останавливать, — заявил Ленц. — Хочу мирно состариться. Кроме того, мне нравится разнообразие. — Для человека это невыносимо, — сказал Грау, не обращая внимания на Готтфрида. — Человек просто не может вынести этого. И вот почему он придумал себе мечту. Древнюю, трогательную, безнадежную мечту о вечности.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    Атмосфера — это ореол, излучение, тепло, таинственность — всё, что одушевляет красоту и делает её живой.

    Атмосфера — это ореол, излучение, тепло, таинственность — всё, что одушевляет красоту и делает её живой.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Родиться глупым не стыдно; стыдно только умирать глупцом.

    Родиться глупым не стыдно; стыдно только умирать глупцом.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Принципы нужно нарушать, а то какое же от них удовольствие!

    Принципы нужно нарушать, а то какое же от них удовольствие!

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Роковая минута прошла! Та роковая минута дня рождения, когда сам себе пристально смотришь в глаза и замечаешь, какой ты жалкий цыпленок.

    Роковая минута прошла! Та роковая минута дня рождения, когда сам себе пристально смотришь в глаза и замечаешь, какой ты жалкий цыпленок.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Ты хочешь знать, как быть, если ты сделал что-то не так? Отвечаю, детка: никогда не проси прощения. Ничего не говори. Посылай цветы. Без писем. Только цветы. Они покрывают всё. Даже могилы.

    Ты хочешь знать, как быть, если ты сделал что-то не так? Отвечаю, детка: никогда не проси прощения. Ничего не говори. Посылай цветы. Без писем. Только цветы. Они покрывают всё. Даже могилы.

    — Эрих Мария Ремарк · книга