137 цитат персонажа «Хатиман Хикигая» — от иронии до философии

137 цитат персонажа «Хатиман Хикигая» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Чувство, что что-то не так. Однажды осознав его, я не могу больше думать о нём как о простом беспокойстве. Нельзя определять такое чувство, осознавать его. Не стоит выискивать в нём смысл. Потому что найдя смысл, можно потерять всё остальное. Если бы я мог принять его, мне было бы легче. Но я не могу, потому что знаю. Придав ему какую-то форму, я не смогу больше изменить его, потому что тогда оно разрушится. Я хочу чего-то неразрушимого, а значит, я должен избегать давать ему имя.

   Чувство, что что-то не так. Однажды осознав его, я не могу больше думать о нём как о простом беспокойстве. Нельзя определять такое чувство, осознавать его. Не стоит выискивать в нём смысл. Потому что найдя смысл, можно потерять всё остальное. Если бы я мог принять его, мне было бы легче. Но я не могу, потому что знаю. Придав ему какую-то форму, я не смогу больше изменить его, потому что тогда оно разрушится. Я хочу чего-то неразрушимого, а значит, я должен избегать давать ему имя.

   — Ватари Ватару · книга
2. «

   В момент, когда ты теряешь что-то незаменимое, ты понимаешь, что потерял это навсегда.

   В момент, когда ты теряешь что-то незаменимое, ты понимаешь, что потерял это навсегда.

   — Ватари Ватару · книга
3. «

   Одиночке приходится быть одному. Попробуешь выделиться — и тебя начнут осуждать.

   Одиночке приходится быть одному. Попробуешь выделиться — и тебя начнут осуждать.
4. «

   У всех и каждого наш образ, как нас видят другие, отличается от истинного «я». Это касается как меня, так и её. Наши настоящие «я» не те, какие видны остальным. Чтобы понять это, не надо даже искать чьего-то подтверждения. Потому что так говорит прошлый «я».

   У всех и каждого наш образ, как нас видят другие, отличается от истинного «я». Это касается как меня, так и её. Наши настоящие «я» не те, какие видны остальным. Чтобы понять это, не надо даже искать чьего-то подтверждения. Потому что так говорит прошлый «я».

   — Ватари Ватару · книга
5. «

   Если есть что-то, что я особо ненавижу, так это когда меня лишают моего свободного времени.

   Если есть что-то, что я особо ненавижу, так это когда меня лишают моего свободного времени.

   — Ватари Ватару · книга
6. «

   Нас здесь всего трое, а я по-прежнему одиночка. Какого чёрта?

   Нас здесь всего трое, а я по-прежнему одиночка. Какого чёрта?

   — Ватари Ватару · книга
7. «

   Не понять, пока не скажут? Но есть и такое, чего не понять, даже если тебе скажут, а даже если бы и сказали, наверное, я бы просто не смог бы этого принять. Несмотря ни на что, подумал бы, что дело не чисто — есть какая-то скрытая причина. Дело не в том, что слишком высокомерно ожидать, что тебя поймут, раз ты сказал; самодовольство сказавшего, самомнение выслушавшего — много что может помешать понять друг друга, даже поговорив. Потому я хочу не слов. То, что ты понимаешь кого-то без слов — лишь иллюзия, но... Я хочу не слов: есть то, чего я всегда очень хотел, и, наверняка, не быть понятым, не подружиться с кем-нибудь, не быть с кем-то рядом. Я хотел не быть понятым, я хотел понять… понять, узнать и успокоиться — обрести покой, потому что я боялся того, чего не понимаю, понять кого-то до конца — ужасное высокомерное желание, ужасно грязное и отвратительное. И сейчас я сам себе противен, что когда-то так сильно этого желал. Но если обоим это захотеть, если существуют отношения, позволяющие взвалить друг на друга и простить эту отвратительную самонадеянность — я знаю, что это просто невозможно, я понимаю, что этого мне никогда не получить, и все равно я... я хочу настоящего!

   Не понять, пока не скажут? Но есть и такое, чего не понять, даже если тебе скажут, а даже если бы и сказали, наверное, я бы просто не смог бы этого принять. Несмотря ни на что, подумал бы, что дело не чисто — есть какая-то скрытая причина. Дело не в том, что слишком высокомерно ожидать, что тебя поймут, раз ты сказал; самодовольство сказавшего, самомнение выслушавшего — много что может помешать понять друг друга, даже поговорив. Потому я хочу не слов. То, что ты понимаешь кого-то без слов — лишь иллюзия, но... Я хочу не слов: есть то, чего я всегда очень хотел, и, наверняка, не быть понятым, не подружиться с кем-нибудь, не быть с кем-то рядом. Я хотел не быть понятым, я хотел понять… понять, узнать и успокоиться — обрести покой, потому что я боялся того, чего не понимаю, понять кого-то до конца — ужасное высокомерное желание, ужасно грязное и отвратительное. И сейчас я сам себе противен, что когда-то так сильно этого желал. Но если обоим это захотеть, если существуют отношения, позволяющие взвалить друг на друга и простить эту отвратительную самонадеянность — я знаю, что это просто невозможно, я понимаю, что этого мне никогда не получить, и все равно я... я хочу настоящего!
8. «

   Быть чьим-то другом — это значит из кожи вон лезть ради него. Ни за что не соглашусь, что иметь много друзей — это хорошо.

   Быть чьим-то другом — это значит из кожи вон лезть ради него. Ни за что не соглашусь, что иметь много друзей — это хорошо.

   — Ватари Ватару · книга
9. «

   Если у девушки проблемы в отношениях, нужно лишь сказать ей: «Не переживай! Всё утрясётся!», — а если всё-таки не утрясётся: «Да он же просто идиота кусок!»

   Если у девушки проблемы в отношениях, нужно лишь сказать ей: «Не переживай! Всё утрясётся!», — а если всё-таки не утрясётся: «Да он же просто идиота кусок!»

   — Ватари Ватару · книга
10. «

    Доверять другим. Помогать и поддерживать. Многие бы сказали, что так и надо. Но это просто идеализм. В реальной жизни всё сваливается на кого-то одного.

    Доверять другим. Помогать и поддерживать. Многие бы сказали, что так и надо. Но это просто идеализм. В реальной жизни всё сваливается на кого-то одного.
11. «

    Самое страшное в девушках – по их разговору совершенно невозможно определить, подруги они или вообще злейшие враги…

    Самое страшное в девушках – по их разговору совершенно невозможно определить, подруги они или вообще злейшие враги…

    — Ватари Ватару · книга
12. «

    Я единственный, кто понимает меня, в том числе и мои обиды.

    Я единственный, кто понимает меня, в том числе и мои обиды.

    — Ватари Ватару · книга
13. «

    О чём всё это время я старался не думать — это совсем не доверие, что-то более жестокое и отвратительное.

    О чём всё это время я старался не думать — это совсем не доверие, что-то более жестокое и отвратительное.
14. «

    Если прославляешь прошлое, это признак того, что не хватает мужества. Если кичишься прошлыми победами, это свидетельство, что в настоящем тебе гордиться нечем. Если тебе нравится подминать тех, кто слабее тебя, ты сам слабак.

    Если прославляешь прошлое, это признак того, что не хватает мужества. Если кичишься прошлыми победами, это свидетельство, что в настоящем тебе гордиться нечем. Если тебе нравится подминать тех, кто слабее тебя, ты сам слабак.

    — Ватари Ватару · книга
15. «

    ... Правда в том, что чем больше ты убегаешь, тем сложнее тебе становится. И стресс гонит тебя всё дальше и дальше. Бесконечная петля эскапизма. Это всё равно, что смотреться в зеркало. Пока ты не осознаешь, что общество и бог всё время видят тебя, ты не поймёшь правду. И в конце концов до тебя дойдёт, что ты должен справляться сам.

    ... Правда в том, что чем больше ты убегаешь, тем сложнее тебе становится. И стресс гонит тебя всё дальше и дальше. Бесконечная петля эскапизма. Это всё равно, что смотреться в зеркало. Пока ты не осознаешь, что общество и бог всё время видят тебя, ты не поймёшь правду. И в конце концов до тебя дойдёт, что ты должен справляться сам.

    — Ватари Ватару · книга
16. «

    Мне правда хочется, чтобы продавцы не заговаривали со мной, когда я выбираю одежду. Они должны чувствовать соответствующую ауру, исходящую от одиночек. Если бы они так и поступали, думаю, их продажи наверняка возросли бы.

    Мне правда хочется, чтобы продавцы не заговаривали со мной, когда я выбираю одежду. Они должны чувствовать соответствующую ауру, исходящую от одиночек. Если бы они так и поступали, думаю, их продажи наверняка возросли бы.

    — Ватари Ватару · книга
17. «

    Неправильно думать, что опоздание — это обязательно плохо, понимаете? Полиция всегда начинает расследование только после того, как что-то случиться. Супергерои как правило появляются в последнее мгновение. Иначе говоря, они всегда опаздывают. Но винит ли их за это хоть кто-нибудь?! Да никто! Ирония в том, что опоздание есть справедливость!

    Неправильно думать, что опоздание — это обязательно плохо, понимаете? Полиция всегда начинает расследование только после того, как что-то случиться. Супергерои как правило появляются в последнее мгновение. Иначе говоря, они всегда опаздывают. Но винит ли их за это хоть кто-нибудь?! Да никто! Ирония в том, что опоздание есть справедливость!

    — Ватари Ватару · книга
18. «

    Говорят, что время всё лечит. Враньё. Оно лишь затуманивает всё. Делает всё бессмысленным и бесполезным, маскируя реальные проблемы. Говорят «изменись, и ты изменишь мир». Тоже враньё. Чистое надувательство. Мир всегда пытается опустить тебя и превратить в карикатуру на самого себя, вырывая всё, что выделяется из общего ряда. И в конце концов ты перестаёшь думать. Мир, твоё окружение, лишь промывает тебе мозги, заставляя поверить в тезис «я изменюсь, и это изменит мир». Мир, твоё окружение – это глыба, которую не изменит этот пылкий и сентиментальный идеализм.

    Говорят, что время всё лечит. Враньё. Оно лишь затуманивает всё. Делает всё бессмысленным и бесполезным, маскируя реальные проблемы. Говорят «изменись, и ты изменишь мир». Тоже враньё. Чистое надувательство. Мир всегда пытается опустить тебя и превратить в карикатуру на самого себя, вырывая всё, что выделяется из общего ряда. И в конце концов ты перестаёшь думать. Мир, твоё окружение, лишь промывает тебе мозги, заставляя поверить в тезис «я изменюсь, и это изменит мир». Мир, твоё окружение – это глыба, которую не изменит этот пылкий и сентиментальный идеализм.

    — Ватари Ватару · книга
19. «

    Всеобщие восхваления отвратительны. Ещё отвратительнее, когда человек на них отвечает. Продолжает оправдывать ожидания, прекрасно зная, что это чистое лицемерие, наглый обман и явное самоудовлетворение. Мерзость. Кое-кто однажды сказал «перестань приносить себя в жертву». Глупость. Пытаться оправдывать чужие ожидания, чтобы никого не ранить – вот где натуральное самопожертвование. «Всё так и было издавна», говорила она. «Ничего не изменилось, всё осталось как прежде», говорила она. Есть те, кто живёт, никогда никому не переча, включая родителей, делая всё безупречно. Как же тогда они выбирают? От них чего-то ждут, на них полагаются, они оправдывают ожидания. Какого же будущего для себя хотят эти люди? Да, это просто невероятно.

    Всеобщие восхваления отвратительны. Ещё отвратительнее, когда человек на них отвечает. Продолжает оправдывать ожидания, прекрасно зная, что это чистое лицемерие, наглый обман и явное самоудовлетворение. Мерзость. Кое-кто однажды сказал «перестань приносить себя в жертву». Глупость. Пытаться оправдывать чужие ожидания, чтобы никого не ранить – вот где натуральное самопожертвование. «Всё так и было издавна», говорила она. «Ничего не изменилось, всё осталось как прежде», говорила она. Есть те, кто живёт, никогда никому не переча, включая родителей, делая всё безупречно. Как же тогда они выбирают? От них чего-то ждут, на них полагаются, они оправдывают ожидания. Какого же будущего для себя хотят эти люди? Да, это просто невероятно.

    — Ватари Ватару · книга
20. «

    Порой я так злюсь, что мне действительно хочется отдубасить свою сестрёнку. И тогда я чувствую, что сам на себя не похож. Но всё же случается, что на меня накатывают любовь и привязанность. Быть не в силах выразить это и всегда чувствовать стену между вами — вот что значит быть братьями и сёстрами. Вот почему, как ни странно, уместно называть их самыми близкими чужаками. Они самые близкие для вас люди, но они чужаки. Они чужаки, но они самые близкие для вас люди.

    Порой я так злюсь, что мне действительно хочется отдубасить свою сестрёнку. И тогда я чувствую, что сам на себя не похож. Но всё же случается, что на меня накатывают любовь и привязанность. Быть не в силах выразить это и всегда чувствовать стену между вами — вот что значит быть братьями и сёстрами. Вот почему, как ни странно, уместно называть их самыми близкими чужаками. Они самые близкие для вас люди, но они чужаки. Они чужаки, но они самые близкие для вас люди.

    — Ватари Ватару · книга