10 известных цитат персонажа «Хейя Ванхейнен»

Собрали 10 цитат персонажа «Хейя Ванхейнен» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Лёжа в траве, на животе, так что сердце билось о тёплую землю, я призадумалась. Ведь бабушка – взрослая. Она не хотела бы, чтобы я видела, как она плачет, и если заметит меня, то рассердится.

   Лёжа в траве, на животе, так что сердце билось о тёплую землю, я призадумалась. Ведь бабушка – взрослая. Она не хотела бы, чтобы я видела, как она плачет, и если заметит меня, то рассердится.

   — Джейн Лителл · книга
2. «

   От каждого – по способности, каждому – по потребности, иначе никак.

   От каждого – по способности, каждому – по потребности, иначе никак.

   — Джейн Лителл · книга
3. «

   Избавить от мук Таню было бы настоящим милосердием. Но никто не посмел. Никто не любил её достаточно сильно.

   Избавить от мук Таню было бы настоящим милосердием. Но никто не посмел. Никто не любил её достаточно сильно.

   — Джейн Лителл · книга
4. «

   Интересно, была ли в Таниной жизни большая любовь? Мне не приходилось слышать. Надеюсь, что да. Важнее всего на свете – любить по-настоящему.

   Интересно, была ли в Таниной жизни большая любовь? Мне не приходилось слышать. Надеюсь, что да. Важнее всего на свете – любить по-настоящему.

   — Джейн Лителл · книга
5. «

   Трудно сохранять достоинство, когда твоё тело превращается в склеп.

   Трудно сохранять достоинство, когда твоё тело превращается в склеп.

   — Джейн Лителл · книга
6. «

   Он всегда мечтал жить у воды. Ещё студентом говорил, что у него из окон будет видно море. Говорил в самом начале, на той стадии отношений, когда обычно делятся мечтами. Своего рода нравственное обнажение, которое куда важнее, чем физическая нагота.

   Он всегда мечтал жить у воды. Ещё студентом говорил, что у него из окон будет видно море. Говорил в самом начале, на той стадии отношений, когда обычно делятся мечтами. Своего рода нравственное обнажение, которое куда важнее, чем физическая нагота.

   — Джейн Лителл · книга
7. «

   Жить – важнее всего. Будут и в самом конце какие-то радости, радости, о которых я теперь просто не задумываюсь.

   Жить – важнее всего. Будут и в самом конце какие-то радости, радости, о которых я теперь просто не задумываюсь.

   — Джейн Лителл · книга
8. «

   Горе подобно страху – оно унижает человека, превращает в жалкую тварь.

   Горе подобно страху – оно унижает человека, превращает в жалкую тварь.

   — Джейн Лителл · книга
9. «

   -… А ты веришь во всё это? — Ты о чём? — О воскресении, о спасении, загробной жизни. <…> — Не верю. Религия – свидетельство человеческого тщеславия. — Тщеславия? — Мы не в силах понять всего, а абсолютная уверенность предстоящей смерти не даёт нам чувствовать себя царями мироздания. — То есть смерть – великий уравнитель? — Великий усмиритель.

   -… А ты веришь во всё это? — Ты о чём? — О воскресении, о спасении, загробной жизни. <…> — Не верю. Религия – свидетельство человеческого тщеславия. — Тщеславия? — Мы не в силах понять всего, а абсолютная уверенность предстоящей смерти не даёт нам чувствовать себя царями мироздания. — То есть смерть – великий уравнитель? — Великий усмиритель.

   — Джейн Лителл · книга
10. «

    И опять я ощутила себя предметом изучения – как и тогда, когда он проникал в меня пальцем.

    И опять я ощутила себя предметом изучения – как и тогда, когда он проникал в меня пальцем.

    — Джейн Лителл · книга