«Холден Колфилд»: 56 цитат

Собрали 56 цитат персонажа «Холден Колфилд» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Если ты должен кому-то дать в морду и тебе этого хочется, надо бить.

   Если ты должен кому-то дать в морду и тебе этого хочется, надо бить.

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
2. «

   Я решил сделать вот что: притвориться глухонемым.

   Я решил сделать вот что: притвориться глухонемым.

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
3. «

   Глупо внушать новые мысли человеку, когда ему скоро стукнет сто лет. Да они этого и не любят.

   Глупо внушать новые мысли человеку, когда ему скоро стукнет сто лет. Да они этого и не любят.

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
4. «

   Когда я перебежал через дорогу, мне вдруг показалось, что я исчез. День был какой-то сумасшедший, жуткий холод, ни проблеска солнца, ничего, и казалось, стоит тебе пересечь дорогу, как ты сразу исчезнешь навек.

   Когда я перебежал через дорогу, мне вдруг показалось, что я исчез. День был какой-то сумасшедший, жуткий холод, ни проблеска солнца, ничего, и казалось, стоит тебе пересечь дорогу, как ты сразу исчезнешь навек.

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
5. «

   Стоит только умереть, они тебя сразу же упрячут! Одна надежда, что, когда я умру, найдется умный человек и вышвырнет мое тело в реку, что ли. Куда угодно — только не на это треклятое кладбище. Еще будут приходить по воскресеньям, класть тебе цветы на живот. Вот тоже чушь собачья! На кой черт мертвецу цветы? Кому они нужны?

   Стоит только умереть, они тебя сразу же упрячут! Одна надежда, что, когда я умру, найдется умный человек и вышвырнет мое тело в реку, что ли. Куда угодно — только не на это треклятое кладбище. Еще будут приходить по воскресеньям, класть тебе цветы на живот. Вот тоже чушь собачья! На кой черт мертвецу цветы? Кому они нужны?

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
6. «

   Я со всеми тремя перетанцевал по очереди. Одна уродина, Лаверн, не так уж плохо танцевала, но вторая, Марти, — убийственно. С ней танцевать все равно что таскать по залу статую Свободы.

   Я со всеми тремя перетанцевал по очереди. Одна уродина, Лаверн, не так уж плохо танцевала, но вторая, Марти, — убийственно. С ней танцевать все равно что таскать по залу статую Свободы.

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
7. «

   Когда настроения нет, все равно ничего не выйдет.

   Когда настроения нет, все равно ничего не выйдет.

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
8. «

   Когда мне захочется жениться, я, может быть, встречу какую-нибудь красивую глухонемую девушку.

   Когда мне захочется жениться, я, может быть, встречу какую-нибудь красивую глухонемую девушку.

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
9. «

   Плохо то, что иногда всякие глупости доставляют удовольствие.

   Плохо то, что иногда всякие глупости доставляют удовольствие.

   — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
10. «

    Я по глупости думал, что она довольно умная. Она ужасно много знала про театры, про пьесы, вообще про всякую литературу. Когда человек начинен такими знаниями, так не скоро сообразишь, глуп он или нет.

    Я по глупости думал, что она довольно умная. Она ужасно много знала про театры, про пьесы, вообще про всякую литературу. Когда человек начинен такими знаниями, так не скоро сообразишь, глуп он или нет.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
11. «

    Людей всегда разбирает желание спорить, когда у тебя нет никакого настроения.

    Людей всегда разбирает желание спорить, когда у тебя нет никакого настроения.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
12. «

    Все матери немножко помешанные.

    Все матери немножко помешанные.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
13. «

    А люди всегда думают, что они видят тебя насквозь. Мне-то наплевать, хотя тоска берет, когда тебя поучают — веди себя как взрослый. Иногда я веду себя так, будто я куда старше своих лет, но этого-то люди не замечают. Вообще ни черта они не замечают.

    А люди всегда думают, что они видят тебя насквозь. Мне-то наплевать, хотя тоска берет, когда тебя поучают — веди себя как взрослый. Иногда я веду себя так, будто я куда старше своих лет, но этого-то люди не замечают. Вообще ни черта они не замечают.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
14. «

    В общем, я рад, что изобрели атомную бомбу. Если когда-нибудь начнется война, я усядусь прямо на эту бомбу. Добровольно сяду, честное благородное слово!

    В общем, я рад, что изобрели атомную бомбу. Если когда-нибудь начнется война, я усядусь прямо на эту бомбу. Добровольно сяду, честное благородное слово!

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
15. «

    Всё дело в том, что трудно жить в одной комнате с человеком, если твои чемоданы настолько лучше, чем его, если у тебя по-настоящему отличные чемоданы, а у него нет.

    Всё дело в том, что трудно жить в одной комнате с человеком, если твои чемоданы настолько лучше, чем его, если у тебя по-настоящему отличные чемоданы, а у него нет.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
16. «

    Он как-то сказал нам с Алли, что, если б ему пришлось стрелять, он не знал бы, в кого пустить пулю. Он сказал, что в армии полно сволочей, не хуже, чем у фашистов.

    Он как-то сказал нам с Алли, что, если б ему пришлось стрелять, он не знал бы, в кого пустить пулю. Он сказал, что в армии полно сволочей, не хуже, чем у фашистов.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
17. «

    Я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи. Знаю, это глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Наверно, я дурак.

    Я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались. Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи. Знаю, это глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Наверно, я дурак.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
18. «

    Господи, до чего я ненавижу эту привычку — вопить вдогонку «счастливого пути». У меня от этого настроение портится.

    Господи, до чего я ненавижу эту привычку — вопить вдогонку «счастливого пути». У меня от этого настроение портится.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
19. «

    Египтяне были древней расой кавказского происхождения, обитавшей в одной из северных областей Африки. Она, как известно, является самым большим материком в восточном полушарии.

    Египтяне были древней расой кавказского происхождения, обитавшей в одной из северных областей Африки. Она, как известно, является самым большим материком в восточном полушарии.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга
20. «

    Я им сказал, что отыщу их в Сиэтле, если туда попаду. Но вряд ли! То есть вряд ли я их стану искать.

    Я им сказал, что отыщу их в Сиэтле, если туда попаду. Но вряд ли! То есть вряд ли я их стану искать.

    — Джером Дэвид Сэлинджер · книга