«Йозеф Швейк»: 20 цитат

Собрали 20 цитат персонажа «Йозеф Швейк» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Каждый может ошибиться, а если о чем-нибудь очень долго размышлять, уж наверняка ошибешься.

   Каждый может ошибиться, а если о чем-нибудь очень долго размышлять, уж наверняка ошибешься.

   — Ярослав Гашек · книга
2. «

   Наш обер-лейтенант Маковец говорил: «Дисциплина, болваны, необходима. Не будь дисциплины, вы бы, как обезьяны, по деревьям лазали. Военная служба из вас, дураки безмозглые, людей сделает!» Ну, разве не так? Вообразите себе сквер, скажем, на Карловой площади, и на каждом дереве сидит по одному солдату без всякой дисциплины. Это меня ужасно пугает.

   Наш обер-лейтенант Маковец говорил: «Дисциплина, болваны, необходима. Не будь дисциплины, вы бы, как обезьяны, по деревьям лазали. Военная служба из вас, дураки безмозглые, людей сделает!» Ну, разве не так? Вообразите себе сквер, скажем, на Карловой площади, и на каждом дереве сидит по одному солдату без всякой дисциплины. Это меня ужасно пугает.

   — Ярослав Гашек · книга
3. «

   Пусть было, как было, — ведь как-нибудь да было! Никогда так не было, чтобы никак не было.

   Пусть было, как было, — ведь как-нибудь да было! Никогда так не было, чтобы никак не было.

   — Ярослав Гашек · книга
4. «

   Ум хорошо — два лучше. Один посоветует одно, другой — другое и путь открыт к успехам.

   Ум хорошо — два лучше. Один посоветует одно, другой — другое и путь открыт к успехам.

   — Ярослав Гашек · книга
5. «

   Тюремщик, когда разозлится, на многое способен, а когда он взбешен, то пощады не жди.

   Тюремщик, когда разозлится, на многое способен, а когда он взбешен, то пощады не жди.

   — Ярослав Гашек · книга
6. «

   Выдумать животное — вещь нелёгкая, но показать выдуманное животное публике — ещё труднее. Несколько лет тому назад в Праге некий Местек обнаружил сирену и показывал её на улице Гавличка, на Виноградах, за ширмой. В ширме была дырка, и каждый мог видеть в полутьме самое что ни на есть обыкновенное канапе, на котором валялась девка с Жижкова. Ноги у неё были завернуты в зелёный газ, что должно было изображать хвост, волосы были выкрашены в зелёный цвет, на руках рукавицы на манер плавников, из картона, тоже зелёные, а вдоль спины верёвочкой привязано что-то вроде руля. Детям до шестнадцати лет вход был воспрещён, а кому было больше шестнадцати, те платили за вход, и всем очень нравилось, что у сирены большая задница, а на ней написано: «До свидания!»

   Выдумать животное — вещь нелёгкая, но показать выдуманное животное публике — ещё труднее. Несколько лет тому назад в Праге некий Местек обнаружил сирену и показывал её на улице Гавличка, на Виноградах, за ширмой. В ширме была дырка, и каждый мог видеть в полутьме самое что ни на есть обыкновенное канапе, на котором валялась девка с Жижкова. Ноги у неё были завернуты в зелёный газ, что должно было изображать хвост, волосы были выкрашены в зелёный цвет, на руках рукавицы на манер плавников, из картона, тоже зелёные, а вдоль спины верёвочкой привязано что-то вроде руля. Детям до шестнадцати лет вход был воспрещён, а кому было больше шестнадцати, те платили за вход, и всем очень нравилось, что у сирены большая задница, а на ней написано: «До свидания!»

   — Ярослав Гашек · книга
7. «

   На свете вообще много чего не полагается, что допускается.

   На свете вообще много чего не полагается, что допускается.

   — Ярослав Гашек · книга
8. «

   Вчера мой адвокат сказал, что если уж меня один раз признали слабоумным, то это пригодится на всю жизнь.

   Вчера мой адвокат сказал, что если уж меня один раз признали слабоумным, то это пригодится на всю жизнь.

   — Ярослав Гашек · книга
9. «

   Иисус Христос был тоже невиновен, а его все же распяли. Нигде никогда никто не интересовался судьбой невинного человека.

   Иисус Христос был тоже невиновен, а его все же распяли. Нигде никогда никто не интересовался судьбой невинного человека.

   — Ярослав Гашек · книга
10. «

    Всем людям свойственно ошибаться, будь то ученый или дурак необразованный. И министры ошибаются.

    Всем людям свойственно ошибаться, будь то ученый или дурак необразованный. И министры ошибаются.

    — Ярослав Гашек · книга
11. «

    Идет Марина Из Головина. За ней вприпрыжку С вином под мышкой Несется поп - Чугунный лоб.

    Идет Марина Из Головина. За ней вприпрыжку С вином под мышкой Несется поп - Чугунный лоб.

    — Ярослав Гашек · книга
12. «

    В другой раз внимательнее приглядывайтесь к тому, с кем купаетесь, в воде всякий голый человек похож на депутата, даже если он убийца.

    В другой раз внимательнее приглядывайтесь к тому, с кем купаетесь, в воде всякий голый человек похож на депутата, даже если он убийца.

    — Ярослав Гашек · книга
13. «

    А если говорить насчет честности, то это, конечно, вещь прекрасная, с нею человек далеко пойдет.

    А если говорить насчет честности, то это, конечно, вещь прекрасная, с нею человек далеко пойдет.

    — Ярослав Гашек · книга
14. «

    Могут быть пути различны, но к единой устремимся цели.

    Могут быть пути различны, но к единой устремимся цели.

    — Ярослав Гашек · книга
15. «

    Оно ведь не легко — куда-нибудь влезть. Влезть-то сумеет каждый, но вылезть — в этом и заключается настоящее военное искусство. Когда человек куда-нибудь лезет, он должен знать, что вокруг происходит, чтобы не сесть в лужу, называемую катастрофой.

    Оно ведь не легко — куда-нибудь влезть. Влезть-то сумеет каждый, но вылезть — в этом и заключается настоящее военное искусство. Когда человек куда-нибудь лезет, он должен знать, что вокруг происходит, чтобы не сесть в лужу, называемую катастрофой.

    — Ярослав Гашек · книга
16. «

    Идти под конвоем полицейского — это тяжелый момент в жизни каждого человека.

    Идти под конвоем полицейского — это тяжелый момент в жизни каждого человека.

    — Ярослав Гашек · книга
17. «

    Между небом и землей происходят такие вещи, о которых мы и понятия не имеем.

    Между небом и землей происходят такие вещи, о которых мы и понятия не имеем.

    — Ярослав Гашек · книга
18. «

    Не представляю себе, — произнёс Швейк, — чтобы невинного осудили на десять лет. Правда, однажды невинного приговорили к пяти годам — такое я слышал, но на десять — это уж, пожалуй, многовато!

    Не представляю себе, — произнёс Швейк, — чтобы невинного осудили на десять лет. Правда, однажды невинного приговорили к пяти годам — такое я слышал, но на десять — это уж, пожалуй, многовато!

    — Ярослав Гашек · книга
19. «

    Осторожность — мать мудрости.

    Осторожность — мать мудрости.

    — Ярослав Гашек · книга
20. «

    После того, что случилось, ваша репутация погублена на всю жизнь. Ведь если об этой истории напечатают в газетах, то кое-что к ней прибавят и ваши знакомые. Это уже в порядке вещей, лучше не обращайте внимания. Людей с подмоченной репутацией на свете, пожалуй, раз в десять больше, чем с незапятнанной. Это сущая ерунда.

    После того, что случилось, ваша репутация погублена на всю жизнь. Ведь если об этой истории напечатают в газетах, то кое-что к ней прибавят и ваши знакомые. Это уже в порядке вещей, лучше не обращайте внимания. Людей с подмоченной репутацией на свете, пожалуй, раз в десять больше, чем с незапятнанной. Это сущая ерунда.

    — Ярослав Гашек · книга