— Позаботься о них, ладно? — Я не смогу. — Подбодри меня. — Ох, надо было соврать. [фальшиво] Не боись, всё путём. Я... — Ладно, хватит уже... болтать.
Раньше я был очень уверен в себе, был убеждён, что вступил на праведный путь. А потом понял — нет праведного пути, есть люди, которые пытаются творить добро в мире, где очень легко творить зло.
— Агенты Спирс и Агилера, ФБР? — Ага. — Ваш напарник вас уже заждался. <...> — Спасибо, что приехали. — Спирс и Агилера?! — Я заметил, что именами известных музыкантов представляетесь вы.
А теперь я бессильный, безнадежный неудачник. С чего бы не окунуться в омут грехопадения и разврата? Занавес, детка! Самое время пасть, как никогда. Надо оттянуться по полной, пока не потушили свет.
— Во время Великого падения, когда ангелов изгнали с небес, я потерял то, что было для меня всем. Я потерял благодать, крылья. Я был беспомощен и бесполезен. — А что у тебя осталось? — Ну, конечно, Сэм и Дин. Но...было ещё кое-что. И это мне очень помогло. У меня был я. Я без примесей, т.е. как сказал бы Дин, без свистелок и звенелок.
Я был убежден, что выбрал правильный путь, а теперь я знаю, что его нет. И люди просто стараются поступать правильно в мире, где проще идти кривой дорожкой.
— И кстати, где был твой босс, когда на земле разверзся ад, если Бог есть? — Бог есть! — Что-то не верится. Если Бог есть, то чего он ждет? А? Геноцида? Власти монстров над землей? Апокалипсиса? Когда он думает пошевельнуть пальцем и спасти наше несчастное племя? — Пути Господни... — Только скажи мне неисповедимы, получишь пинка под зад.
Видишь ли, мы поначалу не знали, какую выбрать обезьяну. Не обижайся, но я голосовал за неандертальцев, их поэзия была... великолепна. И созвучна музыке сфер. Но, в итоге, выбрали вас... хомо сапиенс сапиенс. Вы съели яблоко, придумали штаны.