38 цитат персонажа «Клэри Фрэй», которые стоит перечитать

38 цитат персонажа «Клэри Фрэй» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Первое правило сумеречных охотников: когда что-то взрывается, или как в данный момент, — никогда не оглядывайтесь назад. — А второе правило? — Нет ничего, что сумеречный охотник не сделал бы на каблуках.

   — Первое правило сумеречных охотников: когда что-то взрывается, или как в данный момент, — никогда не оглядывайтесь назад. — А второе правило? — Нет ничего, что сумеречный охотник не сделал бы на каблуках.

   — Джейс Вейланд · сериал
2. «

   — Давай, Клэри, — сказал он, и она наклонилась, прикоснувшись губами к его лицу. Она почувствовала, как он вздрогнул, и прошептала, ее губы скользили по его щеке. — Радуйся, Равви, — сказала она и увидела как его глаза расширились, когда она достала Геосфорос и занесла его яркой дугой, лезвие прошло через его грудную клетку, а наконечник расположился, чтобы проткнуть его сердце.

   — Давай, Клэри, — сказал он, и она наклонилась, прикоснувшись губами к его лицу. Она почувствовала, как он вздрогнул, и прошептала, ее губы скользили по его щеке. — Радуйся, Равви, — сказала она и увидела как его глаза расширились, когда она достала Геосфорос и занесла его яркой дугой, лезвие прошло через его грудную клетку, а наконечник расположился, чтобы проткнуть его сердце.

   — Кассандра Клэр · книга
3. «

   — Вся его помощь заключается в том, чтобы мне было комфортно с самим собой, с тем существом, которым я стал. Свяжись со своим внутренним вампиром, бла-бла. Клэри скользнула рядом с ним на кровать и обняла подушку. — Твой внутренний вампир отличается от… внешнего вампира? — Несомненно. Он хочет, чтобы я носил сорочки, обнажающие живот, и фетровые шляпы. Я сопротивляюсь этому. Клэри слабо улыбнулась. — То есть, твой внутренний вампир — это Магнус?

   — Вся его помощь заключается в том, чтобы мне было комфортно с самим собой, с тем существом, которым я стал. Свяжись со своим внутренним вампиром, бла-бла. Клэри скользнула рядом с ним на кровать и обняла подушку. — Твой внутренний вампир отличается от… внешнего вампира? — Несомненно. Он хочет, чтобы я носил сорочки, обнажающие живот, и фетровые шляпы. Я сопротивляюсь этому. Клэри слабо улыбнулась. — То есть, твой внутренний вампир — это Магнус?

   — Кассандра Клэр · книга
4. «

   — Магнус проверил его заклинанием, – сказала Клэри — Но там не было ничего, кроме обломков, поэтому мы переместились сюда. — С помолвки моей сестры, если быть точным, – сказал Джейс. — Там был бесплатный бар. — О! – на лице Эммы отразилось счастье. — Бракосочетание Изабель и Саймона? Джулиан подумал, что никто и никогда не мог сравниться с Эммой в его глазах, но когда Клэри улыбалась, то выглядела очень симпатичной. Ее лицо сияло. Было что-то общее у нее и Эммы. — Да, – сказала Клэри. — Он действительно счастлив.

   — Магнус проверил его заклинанием, – сказала Клэри — Но там не было ничего, кроме обломков, поэтому мы переместились сюда. — С помолвки моей сестры, если быть точным, – сказал Джейс. — Там был бесплатный бар. — О! – на лице Эммы отразилось счастье. — Бракосочетание Изабель и Саймона? Джулиан подумал, что никто и никогда не мог сравниться с Эммой в его глазах, но когда Клэри улыбалась, то выглядела очень симпатичной. Ее лицо сияло. Было что-то общее у нее и Эммы. — Да, – сказала Клэри. — Он действительно счастлив.

   — Кассандра Клэр · книга
5. «

   — Мы заставим их заплатить за то, что они сделали с тобой. — Мы заставим их заплатить за все.

   — Мы заставим их заплатить за то, что они сделали с тобой. — Мы заставим их заплатить за все.

   — Изабель Лайтвуд · сериал
6. «

   — Ты не можешь просто сказать нет. — Этот план включает меня! Я сказал нет! Нет. — Саймон… — Саймон похлопал на месте рядом с собой, как будто с ним кто-то сидел. — Позволь мне представить тебе моего хорошего друга по имени «НЕТ». — Возможно, мы найдем компромисс, — предложила она, беря кусок пирога. — Нет. — Саймон. — «Нет» — это волшебное слово, — сказал он ей. — Вот как это происходит. Ты говоришь: Саймон, у меня есть безумный, самоубийственный план. Хотел бы ты помочь мне его осуществить? И я говорю: Почему бы и… нет.

   — Ты не можешь просто сказать нет. — Этот план включает меня! Я сказал нет! Нет. — Саймон… — Саймон похлопал на месте рядом с собой, как будто с ним кто-то сидел. — Позволь мне представить тебе моего хорошего друга по имени «НЕТ». — Возможно, мы найдем компромисс, — предложила она, беря кусок пирога. — Нет. — Саймон. — «Нет» — это волшебное слово, — сказал он ей. — Вот как это происходит. Ты говоришь: Саймон, у меня есть безумный, самоубийственный план. Хотел бы ты помочь мне его осуществить? И я говорю: Почему бы и… нет.

   — Кассандра Клэр · книга
7. «

   — А где моя одежда? — Твои шмотки были все в крови и яде. Джейс их сжег. — Сжег! — возмутилась Клэри. — Он всегда такой любезный или только с «примитивными»? — Джейс по-другому просто не умеет, — непринужденно ответила Изабель. — Поэтому он такой сексуальный. Притом для своего возраста Джейс убил рекордное количество демонов.

   — А где моя одежда? — Твои шмотки были все в крови и яде. Джейс их сжег. — Сжег! — возмутилась Клэри. — Он всегда такой любезный или только с «примитивными»? — Джейс по-другому просто не умеет, — непринужденно ответила Изабель. — Поэтому он такой сексуальный. Притом для своего возраста Джейс убил рекордное количество демонов.

   — Кассандра Клэр · книга
8. «

   — Разве ты бы не пожертвовал всем ради тех, кого любишь? — Я сделаю практически все ради тебя, — тихо ответил Саймон. — Я умру за тебя. Ты знаешь это. Но если я убью кого-то, кого-то невиновного? А как насчет множества невинных жизней? А как насчет всего мира? Разве можно назвать любовью, если при выборе между ней и любым другим живым человеком на планете, ты выберешь любовь? Разве можно назвать подобное добродетельным видом любви вообще? — Любовь не может определяться моралью, — ответила Клэри. — Она просто есть. — Я знаю, — ответил Саймон. — Но те поступки, которые мы совершаем во имя любви, либо являются нравственными, либо нет. И обычно это не имеет значения. Обычно – независимо от того, что я думаю о Джейсе, хотя он раздражает, он бы не попросил тебя сделать что-либо против твоей природы. Ни для него, ни для кого-либо другого. Но ведь он уже не совсем Джейс, не правда ли? И я просто не знаю, Клэри. Не знаю, что бы он мог попросить тебя сделать.

   — Разве ты бы не пожертвовал всем ради тех, кого любишь? — Я сделаю практически все ради тебя, — тихо ответил Саймон. — Я умру за тебя. Ты знаешь это. Но если я убью кого-то, кого-то невиновного? А как насчет множества невинных жизней? А как насчет всего мира? Разве можно назвать любовью, если при выборе между ней и любым другим живым человеком на планете, ты выберешь любовь? Разве можно назвать подобное добродетельным видом любви вообще? — Любовь не может определяться моралью, — ответила Клэри. — Она просто есть. — Я знаю, — ответил Саймон. — Но те поступки, которые мы совершаем во имя любви, либо являются нравственными, либо нет. И обычно это не имеет значения. Обычно – независимо от того, что я думаю о Джейсе, хотя он раздражает, он бы не попросил тебя сделать что-либо против твоей природы. Ни для него, ни для кого-либо другого. Но ведь он уже не совсем Джейс, не правда ли? И я просто не знаю, Клэри. Не знаю, что бы он мог попросить тебя сделать.

   — Кассандра Клэр · книга
9. «

   — Я никогда тебя не оставлю. — В независимости от того, что случиться? — Я никогда не сдамся. Никогда. То, что я чувствую к тебе… Важнее этого я ничего не чувствовала.

   — Я никогда тебя не оставлю. — В независимости от того, что случиться? — Я никогда не сдамся. Никогда. То, что я чувствую к тебе… Важнее этого я ничего не чувствовала.

   — Кассандра Клэр · книга
10. «

    — Стоп, — сказала она себе. — Это ещё не конец. Ты увидишь их снова.

    — Стоп, — сказала она себе. — Это ещё не конец. Ты увидишь их снова.

    — Кассандра Клэр · книга
11. «

    — Если бы Джейс не переживал за тебя, он точно бы взбесился, услышав, что я насочиняла, — призналась Клэри. — А если бы услышал, что я тебе сказала до этого, наверное, голову бы мне снес. — А мы ему не скажем! — В уголках рта Алека появилась улыбка. — Джейс, конечно, может и демона Ду-Шен кокнуть из самодельной рогатки, но в людях он точно не разбирается. — Да уж… — ухмыльнулась Клэри.

    — Если бы Джейс не переживал за тебя, он точно бы взбесился, услышав, что я насочиняла, — призналась Клэри. — А если бы услышал, что я тебе сказала до этого, наверное, голову бы мне снес. — А мы ему не скажем! — В уголках рта Алека появилась улыбка. — Джейс, конечно, может и демона Ду-Шен кокнуть из самодельной рогатки, но в людях он точно не разбирается. — Да уж… — ухмыльнулась Клэри.

    — Кассандра Клэр · книга
12. «

    — ... Вы понимаете хоть что-то из того, что я только что сказал? — Нет, — ответила Клэри. — Твоя стратегия наверняка потрясающая, но навыки рисования просто ужасны; Темные похожи на деревья, а крепость выглядит как лягушка. Попробуй объяснить как-нибудь по-другому.

    — ... Вы понимаете хоть что-то из того, что я только что сказал? — Нет, — ответила Клэри. — Твоя стратегия наверняка потрясающая, но навыки рисования просто ужасны; Темные похожи на деревья, а крепость выглядит как лягушка. Попробуй объяснить как-нибудь по-другому.

    — Кассандра Клэр · книга
13. «

    — Д-да, — кивнула девушка. — Клэри… ты спасла мне жизнь. — Но я пронзила тебя огромным мечом. Ты горел… — Ладно, — сказал Джейс. — Может быть, наши проблемы — не такие, как у других.

    — Д-да, — кивнула девушка. — Клэри… ты спасла мне жизнь. — Но я пронзила тебя огромным мечом. Ты горел… — Ладно, — сказал Джейс. — Может быть, наши проблемы — не такие, как у других.

    — Кассандра Клэр · книга
14. «

    — ... Однако твой отец выбрал меня. Клэри хотела сказать: «Вот ведь не повезло», — но сдержалась.

    — ... Однако твой отец выбрал меня. Клэри хотела сказать: «Вот ведь не повезло», — но сдержалась.

    — Кассандра Клэр · книга
15. «

    Любовь делает тебя сильнее и заставляет бороться за то, что дорого.

    Любовь делает тебя сильнее и заставляет бороться за то, что дорого.
16. «

    — Слазить, что ли, на крышу вон того дома? — Саймон пригляделся к одной из колонн, поддерживающих крышу Зала. По ней внахлест шли рунические знаки, однако другого пути наверх не было. — Выпущу пар. — Брось, ты же вампир, а не Человек-паук.

    — Слазить, что ли, на крышу вон того дома? — Саймон пригляделся к одной из колонн, поддерживающих крышу Зала. По ней внахлест шли рунические знаки, однако другого пути наверх не было. — Выпущу пар. — Брось, ты же вампир, а не Человек-паук.

    — Кассандра Клэр · книга
17. «

    — Мне нравится Эмма, — наконец сказала Изабель. — Отчасти она напоминает мне Джейса, когда он был маленьким, упрямым и поступал так, как будто он был бессмертным. — Две вещи до сих пор не изменились, — сказала Клэри, закрывая окно.

    — Мне нравится Эмма, — наконец сказала Изабель. — Отчасти она напоминает мне Джейса, когда он был маленьким, упрямым и поступал так, как будто он был бессмертным. — Две вещи до сих пор не изменились, — сказала Клэри, закрывая окно.

    — Кассандра Клэр · книга
18. «

    — Не хочешь поговорить о том, что произошло между тобой и Джейсом в Институте? — Давай не будем об этом, пока не разберемся совсем.

    — Не хочешь поговорить о том, что произошло между тобой и Джейсом в Институте? — Давай не будем об этом, пока не разберемся совсем.

    — Изабель Лайтвуд · сериал
19. «

    — А откуда вы знаете, что я люблю книги? — По тому, как ты на них смотрела.

    — А откуда вы знаете, что я люблю книги? — По тому, как ты на них смотрела.

    — Кассандра Клэр · книга
20. «

    — Это удивляет меня иногда, — сказал он. — Мой отец — я имею в виду, Валентин — любил музыку. Он научил меня играть. Бах, Шопен, Равель. И я помню, как однажды спросил, почему все эти композиторы были примитивными. Среди них не было ни одного Сумеречного охотника. Он сказал, что в душе примитивных есть искра творчества, а в душе охотников — искра войны. Обе этих искры не могут уживаться в одном теле, это все равно, что разделить пламя на две части. — То есть ты думаешь, что Сумеречный охотник во мне… вытесняет художника? — спросила Клэри. — Но моя мать рисовала… то есть, рисует. — Она подавила боль от того, что на секунду подумала о Джослин в прошедшем времени. — Валентин говорил, что Небеса дали людям артистизм и способность творить, — продолжил Джейс. — Это то, ради чего их стоит защищать. Я не знаю, была ли хоть доля правды во всем этом, — добавил он. — Но если в людях и есть искра, то в тебе она сияет очень ярко. Ты можешь сражаться и рисовать. И ты будешь делать это.

    — Это удивляет меня иногда, — сказал он. — Мой отец — я имею в виду, Валентин — любил музыку. Он научил меня играть. Бах, Шопен, Равель. И я помню, как однажды спросил, почему все эти композиторы были примитивными. Среди них не было ни одного Сумеречного охотника. Он сказал, что в душе примитивных есть искра творчества, а в душе охотников — искра войны. Обе этих искры не могут уживаться в одном теле, это все равно, что разделить пламя на две части. — То есть ты думаешь, что Сумеречный охотник во мне… вытесняет художника? — спросила Клэри. — Но моя мать рисовала… то есть, рисует. — Она подавила боль от того, что на секунду подумала о Джослин в прошедшем времени. — Валентин говорил, что Небеса дали людям артистизм и способность творить, — продолжил Джейс. — Это то, ради чего их стоит защищать. Я не знаю, была ли хоть доля правды во всем этом, — добавил он. — Но если в людях и есть искра, то в тебе она сияет очень ярко. Ты можешь сражаться и рисовать. И ты будешь делать это.

    — Кассандра Клэр · книга