12 цитат персонажа «Клод Фролло» — читать онлайн

12 цитат персонажа «Клод Фролло» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Бежим — я заставлю тебя бежать — мы уедем куда-нибудь, мы отыщем на земле место, где солнце ярче, деревья зеленее и небо синее.

   Бежим — я заставлю тебя бежать — мы уедем куда-нибудь, мы отыщем на земле место, где солнце ярче, деревья зеленее и небо синее.

   — Виктор Гюго · книга
2. «

   Я думал, голос плоти Я укротил навечно... И вот горю, как порох, И таю, словно свечка. Я поднимаю руки Для страшного проклятья - И я их простираю Для страстного объятья.

   Я думал, голос плоти Я укротил навечно... И вот горю, как порох, И таю, словно свечка. Я поднимаю руки Для страшного проклятья - И я их простираю Для страстного объятья.
3. «

   И днем, и ночью лишь она передо мной. И не Мадонне я молюсь, а ей одной.

   И днем, и ночью лишь она передо мной. И не Мадонне я молюсь, а ей одной.

   — Клод Фролло
4. «

   Но каждая дурная мысль настойчиво требует своего воплощения. И в том, в чем я мыслил себя всемогущим, рок оказался сильнее меня. Увы! Этот рок овладел тобою и бросил тебя под ужасные колеса машины, которую я коварно изготовил!

   Но каждая дурная мысль настойчиво требует своего воплощения. И в том, в чем я мыслил себя всемогущим, рок оказался сильнее меня. Увы! Этот рок овладел тобою и бросил тебя под ужасные колеса машины, которую я коварно изготовил!

   — Виктор Гюго · книга
5. «

   Когда творишь зло, твори его до конца.

   Когда творишь зло, твори его до конца.

   — Виктор Гюго · книга
6. «

   Дитя мое, мучь меня одной рукой, но только ласкай другою!

   Дитя мое, мучь меня одной рукой, но только ласкай другою!

   — Виктор Гюго · книга
7. «

   Именно плоть всегда губит душу.

   Именно плоть всегда губит душу.

   — Виктор Гюго · книга
8. «

   То, что я увидел, видели и другие, не только я, а между тем зрелище это было создано не для глаз человека. Там, в середине площади, — был полдень, солнце стояло высоко, — плясала девушка. Создание столь дивной красоты, что Бог предпочел бы ее пресвятой деве и избрал бы матерью своей, он бы пожелал быть рожденным ею, если бы она жила, когда он воплотился в человека! У нее были черные блестящие глаза, в темных ее волосах, когда их пронизывало солнце, загорались золотые нити. В стремительной пляске нельзя было различить ее ножек, — они мелькали, как спицы быстро вертящегося колеса. Вокруг головы, в черных ее косах сверкали на солнце металлические бляхи, словно звездной короной осенявшие ее лоб. Ее синее платье, усеянное блестками, искрилось, словно пронизанная мириадами золотых точек летняя ночь. Ее гибкие смуглые руки сплетались и вновь расплетались вокруг ее стана, словно два шарфа. Линии ее тела были дивно прекрасны! О блистающий образ, чье сияние не меркло даже в свете солнечных лучей! Девушка, то была ты! Изумленный, опьяненный, очарованный, я дал себе волю глядеть на тебя. Я до тех пор глядел на тебя, пока внезапно не дрогнул от ужаса: я почувствовал себя во власти чар!

   То, что я увидел, видели и другие, не только я, а между тем зрелище это было создано не для глаз человека. Там, в середине площади, — был полдень, солнце стояло высоко, — плясала девушка. Создание столь дивной красоты, что Бог предпочел бы ее пресвятой деве и избрал бы матерью своей, он бы пожелал быть рожденным ею, если бы она жила, когда он воплотился в человека! У нее были черные блестящие глаза, в темных ее волосах, когда их пронизывало солнце, загорались золотые нити. В стремительной пляске нельзя было различить ее ножек, — они мелькали, как спицы быстро вертящегося колеса. Вокруг головы, в черных ее косах сверкали на солнце металлические бляхи, словно звездной короной осенявшие ее лоб. Ее синее платье, усеянное блестками, искрилось, словно пронизанная мириадами золотых точек летняя ночь. Ее гибкие смуглые руки сплетались и вновь расплетались вокруг ее стана, словно два шарфа. Линии ее тела были дивно прекрасны! О блистающий образ, чье сияние не меркло даже в свете солнечных лучей! Девушка, то была ты! Изумленный, опьяненный, очарованный, я дал себе волю глядеть на тебя. Я до тех пор глядел на тебя, пока внезапно не дрогнул от ужаса: я почувствовал себя во власти чар!

   — Виктор Гюго · книга
9. «

   Ты, полумудрец-полубезумец, ты, черновой набросок чего-то, своего рода растение, воображающее, что оно движется и мыслит, ты будешь пользоваться той жизнью, которую украл у неё, — жизнью, столь же бесполезной, как свеча, зажженная в полдень.

   Ты, полумудрец-полубезумец, ты, черновой набросок чего-то, своего рода растение, воображающее, что оно движется и мыслит, ты будешь пользоваться той жизнью, которую украл у неё, — жизнью, столь же бесполезной, как свеча, зажженная в полдень.

   — Виктор Гюго · книга
10. «

    Мой господин, мой спаситель, Ты слуга Божий, Есть у тебя сердце? Сердце... Сердце, которое способно любить... Сердце, которое способно плакать... Сердце, которое способно обливаться кровью... Сердце, которое способно убивать!

    Мой господин, мой спаситель, Ты слуга Божий, Есть у тебя сердце? Сердце... Сердце, которое способно любить... Сердце, которое способно плакать... Сердце, которое способно обливаться кровью... Сердце, которое способно убивать!

    — Клод Фролло
11. «

    И сладко мне, и тошно. Пусть будет то, что будет, Но будет только то, что Она меня погубит.

    И сладко мне, и тошно. Пусть будет то, что будет, Но будет только то, что Она меня погубит.
12. «

    Я плюнул в лицо своему богу! Все для тебя чаровница! Чтобы быть достойным твоего ада!

    Я плюнул в лицо своему богу! Все для тебя чаровница! Чтобы быть достойным твоего ада!

    — Виктор Гюго · книга