23 цитаты персонажа «Король Лир» без воды

Собрали 23 цитаты персонажа «Король Лир» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ее глаза суровы, а твои Не жгут, но утешают.

   Ее глаза суровы, а твои Не жгут, но утешают.

   — Уильям Шекспир · книга
2. «

   Лир: Ты называешь меня дураком, дружок? Шут: Ведь ты же сам отдал все свои другие звания; а с этим ты родился на свет.

   Лир: Ты называешь меня дураком, дружок? Шут: Ведь ты же сам отдал все свои другие звания; а с этим ты родился на свет.

   — Уильям Шекспир · книга
3. «

   Но сердце прежде На тысячу обломков разобьется, Чем я заплачу.

   Но сердце прежде На тысячу обломков разобьется, Чем я заплачу.

   — Уильям Шекспир · книга
4. «

   Плох тот, кто поздно кается.

   Плох тот, кто поздно кается.

   — Король Лир (1970) · фильм
5. «

   Через лохмотья малый грех заметен, Под шубой — скрыто все. Позолоти порок - И сломится оружье строгих судей; Одень в тряпье — пигмей былинкой свалит.

   Через лохмотья малый грех заметен, Под шубой — скрыто все. Позолоти порок - И сломится оружье строгих судей; Одень в тряпье — пигмей былинкой свалит.

   — Уильям Шекспир · книга
6. «

   Шут: А вот загадка: почему в Большой Медведице только семь звезд? Лир: Потому что не восемь? Шут: Верно. Из тебя вышел бы отличный дурак!

   Шут: А вот загадка: почему в Большой Медведице только семь звезд? Лир: Потому что не восемь? Шут: Верно. Из тебя вышел бы отличный дурак!

   — Уильям Шекспир · книга
7. «

   Терпи. В слезах явились мы на свет И в первый миг, едва вдохнули воздух, Мы стали жаловаться и кричать. Я проповедь скажу тебе, послушай. Мы плакали, пришедши в мир На это представление с шутами.

   Терпи. В слезах явились мы на свет И в первый миг, едва вдохнули воздух, Мы стали жаловаться и кричать. Я проповедь скажу тебе, послушай. Мы плакали, пришедши в мир На это представление с шутами.

   — Уильям Шекспир · книга
8. «

   Услышь меня, природа! О богиня, Услышь! Останови свое решенье: Коль этой твари дать хотела плод, Бесплодьем порази ее ты лоно! В ней иссуши всю внутренность, чтоб в теле Порочном никогда не зародился Младенец ей на радость! Коль родит, - Создай дитя из гнева, чтоб росло Невиданным злодеем ей на муку! Пусть врежет в юное чело морщины, Слезами щеки ей избороздит, За материнскую любовь и ласку Заплатит ей презреньем и насмешкой, Чтоб знала, что острей зубов змеиных Неблагодарность детища! — Прочь, прочь!

   Услышь меня, природа! О богиня, Услышь! Останови свое решенье: Коль этой твари дать хотела плод, Бесплодьем порази ее ты лоно! В ней иссуши всю внутренность, чтоб в теле Порочном никогда не зародился Младенец ей на радость! Коль родит, - Создай дитя из гнева, чтоб росло Невиданным злодеем ей на муку! Пусть врежет в юное чело морщины, Слезами щеки ей избороздит, За материнскую любовь и ласку Заплатит ей презреньем и насмешкой, Чтоб знала, что острей зубов змеиных Неблагодарность детища! — Прочь, прочь!

   — Уильям Шекспир · книга
9. «

   Утри глаза. Чума их сгложет, прежде чем мы решимся плакать из-за них.

   Утри глаза. Чума их сгложет, прежде чем мы решимся плакать из-за них.

   — Король Лир (1970) · фильм
10. «

    Когда свободен дух, тогда и тело Чувствительно; в душе смятенной буря Все чувства заглушила.

    Когда свободен дух, тогда и тело Чувствительно; в душе смятенной буря Все чувства заглушила.

    — Уильям Шекспир · книга
11. «

    Кто знает здесь меня? Нет, я не Лир! Да разве Лир так говорит? Так ходит? Но где его глаза? Иль ослабел Его рассудок? В летаргии ум? Как? Я не сплю? Кто скажет мне, кто я?

    Кто знает здесь меня? Нет, я не Лир! Да разве Лир так говорит? Так ходит? Но где его глаза? Иль ослабел Его рассудок? В летаргии ум? Как? Я не сплю? Кто скажет мне, кто я?

    — Уильям Шекспир · книга
12. «

    Пускай же боги, Гремящие над нашей головой, Найдут своих врагов! Дрожи, преступник, Чье преступленье скрыто от закона! Убийца, прячь кровавую десницу! Клятвопреступник и кровосмеситель, Невинный с виду! Трепещи, злодей, Под кроткою личиной лицемерья Замысливший убийство! Тайный грех, Свои покровы сбрось! И о пощаде Ты грозных вестников небес моли! Я — человек, перед которым грешны Другие больше, чем он грешен.

    Пускай же боги, Гремящие над нашей головой, Найдут своих врагов! Дрожи, преступник, Чье преступленье скрыто от закона! Убийца, прячь кровавую десницу! Клятвопреступник и кровосмеситель, Невинный с виду! Трепещи, злодей, Под кроткою личиной лицемерья Замысливший убийство! Тайный грех, Свои покровы сбрось! И о пощаде Ты грозных вестников небес моли! Я — человек, перед которым грешны Другие больше, чем он грешен.

    — Уильям Шекспир · книга
13. «

    — Ты зовешь меня дураком, голубчик? — Остальные титулы ты раздал, а это природный.

    — Ты зовешь меня дураком, голубчик? — Остальные титулы ты раздал, а это природный.

    — Уильям Шекспир · книга
14. «

    Видел ты, как цепной пес лает на нищего? А бродяга от него удирает. Заметь, это символ власти. Она требует повиновения. Пес этот изображает должностное лицо на служебном посту. Ты уличную женщину плетьми зачем сечешь, подлец, заплечный мастер? Ты б лучше сам хлестал себя кнутом за то, что в тайне хочешь согрешить с ней. Мошенника повесил ростовщик. Сквозь рубища грешок ничтожный виден, но бархат мантий прикрывает все. Позолоти порок, позолоту судья копье сломает, Но одень его в лохмотья — соломинкой проткнешь. Виновных нет, поверь, виновных нет: никто не совершает преступлений. Берусь тебе любого оправдать, затем, что вправе рот зажать любому. Купи себе стеклянные глаза и делай вид, как негодяй политик, Что видишь то, чего не видишь ты.

    Видел ты, как цепной пес лает на нищего? А бродяга от него удирает. Заметь, это символ власти. Она требует повиновения. Пес этот изображает должностное лицо на служебном посту. Ты уличную женщину плетьми зачем сечешь, подлец, заплечный мастер? Ты б лучше сам хлестал себя кнутом за то, что в тайне хочешь согрешить с ней. Мошенника повесил ростовщик. Сквозь рубища грешок ничтожный виден, но бархат мантий прикрывает все. Позолоти порок, позолоту судья копье сломает, Но одень его в лохмотья — соломинкой проткнешь. Виновных нет, поверь, виновных нет: никто не совершает преступлений. Берусь тебе любого оправдать, затем, что вправе рот зажать любому. Купи себе стеклянные глаза и делай вид, как негодяй политик, Что видишь то, чего не видишь ты.

    — Уильям Шекспир · книга
15. «

    Чтобы поймать счастье, надо уметь бегать.

    Чтобы поймать счастье, надо уметь бегать.

    — Уильям Шекспир · книга
16. «

    Ты, демон с сердцем мраморным! Когда Ты в детях проявляешься — страшней ты Чудовища морского!

    Ты, демон с сердцем мраморным! Когда Ты в детях проявляешься — страшней ты Чудовища морского!

    — Уильям Шекспир · книга
17. «

    Не встретимся, не свидимся мы больше; Но все ж ты — плоть и кровь и дочь моя. Или, скорей, болезнь моей ты плоти, Что должен я признать своей. Ты — язва, Чумной нарыв, гнойник распухший, мерзкий В моей больной крови!

    Не встретимся, не свидимся мы больше; Но все ж ты — плоть и кровь и дочь моя. Или, скорей, болезнь моей ты плоти, Что должен я признать своей. Ты — язва, Чумной нарыв, гнойник распухший, мерзкий В моей больной крови!

    — Уильям Шекспир · книга
18. «

    Оденьте преступление в золото — и крепкое копьё правосудия переломится, не поранив; оденьте в рубище — его пронзит и соломинка пигмея.

    Оденьте преступление в золото — и крепкое копьё правосудия переломится, не поранив; оденьте в рубище — его пронзит и соломинка пигмея.

    — Уильям Шекспир · книга
19. «

    Спаси, благое небо, от безумья! Дай сил: я не хочу сойти с ума!

    Спаси, благое небо, от безумья! Дай сил: я не хочу сойти с ума!

    — Уильям Шекспир · книга
20. «

    Мы — не мы, Когда природа заставляет дух наш Страдать совместно с телом.

    Мы — не мы, Когда природа заставляет дух наш Страдать совместно с телом.

    — Уильям Шекспир · книга