22 цитаты персонажа «Курильщик» — подборка редакции

Собрали 22 цитаты персонажа «Курильщик» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Жизнь как коробка конфет. Дешевый дурацкий формальный подарок, которого никто не ждет. Его нельзя вернуть, потому что взамен получишь новую коробку конфет. И вот тебе достаются противные мятные леденцы, которые ты безумно суешь в рот, когда больше нечего есть. Изредка попадается конфета с орешком или тянучка, но их проглатываешь так быстро, и вкус моментально улетучивается. И наконец тебе остаются конфеты без обертки с затвердевшей начинкой и орехами, которые невозможно разгрызть. Но если ты съешь и их, все, что останется — пустая коробка с фантиками.

   Жизнь как коробка конфет. Дешевый дурацкий формальный подарок, которого никто не ждет. Его нельзя вернуть, потому что взамен получишь новую коробку конфет. И вот тебе достаются противные мятные леденцы, которые ты безумно суешь в рот, когда больше нечего есть. Изредка попадается конфета с орешком или тянучка, но их проглатываешь так быстро, и вкус моментально улетучивается. И наконец тебе остаются конфеты без обертки с затвердевшей начинкой и орехами, которые невозможно разгрызть. Но если ты съешь и их, все, что останется — пустая коробка с фантиками.
2. «

   — Дневник должен быть честным. Если встретили без восторга, так и надо писать. — А если восторг был, но спрятанный в душе? — Я пишу о том, что вижу, а не о том, где от меня чего спрятали.

   — Дневник должен быть честным. Если встретили без восторга, так и надо писать. — А если восторг был, но спрятанный в душе? — Я пишу о том, что вижу, а не о том, где от меня чего спрятали.

   — Мариам Петросян · книга
3. «

   – Почему ты позволяешь себя бить? Вроде бы он не издевался. Хотя сказанное звучало издевкой. Я представил, как я сопротивляюсь. Как визжу и отмахиваюсь от Лэри. Да он просто умрет от счастья. Неужели Сфинкс этого не понимает? Или он куда лучшего мнения обо мне, чем я сам. – По-твоему, это что-то даст? – Больше, чем ты думаешь. – Ага. Лэри так развеселится, что ослабеет и не сможет махать кулаками. – Или так удивится, что перестанет считать тебя Фазаном. Кажется, он верил тому, что говорил. Я даже не смог рассердиться по-настоящему. – Брось, Сфинкс, – сказал я. – Это просто смешно. Что я, по-твоему, должен успеть сделать? Оцарапать ему колено? – Да что угодно. Даже Толстый может укусить, когда его обижают. А у тебя в руках была чашка с горячим кофе. Ты, кажется, даже обжегся им, когда падал. – Я должен был облить его своим кофе? Сфинкс прикрыл глаза. – Лучше так, чем обжигаться самому.

   – Почему ты позволяешь себя бить? Вроде бы он не издевался. Хотя сказанное звучало издевкой. Я представил, как я сопротивляюсь. Как визжу и отмахиваюсь от Лэри. Да он просто умрет от счастья. Неужели Сфинкс этого не понимает? Или он куда лучшего мнения обо мне, чем я сам. – По-твоему, это что-то даст? – Больше, чем ты думаешь. – Ага. Лэри так развеселится, что ослабеет и не сможет махать кулаками. – Или так удивится, что перестанет считать тебя Фазаном. Кажется, он верил тому, что говорил. Я даже не смог рассердиться по-настоящему. – Брось, Сфинкс, – сказал я. – Это просто смешно. Что я, по-твоему, должен успеть сделать? Оцарапать ему колено? – Да что угодно. Даже Толстый может укусить, когда его обижают. А у тебя в руках была чашка с горячим кофе. Ты, кажется, даже обжегся им, когда падал. – Я должен был облить его своим кофе? Сфинкс прикрыл глаза. – Лучше так, чем обжигаться самому.

   — Мариам Петросян · книга
4. «

   Удивительно здорово эти люди умели превращать всё в цирк. Должно быть, годами тренировались.

   Удивительно здорово эти люди умели превращать всё в цирк. Должно быть, годами тренировались.

   — Мариам Петросян · книга
5. «

   Вы меня недооценили. Либо переоценили того человека, которому дали это задание.

   Вы меня недооценили. Либо переоценили того человека, которому дали это задание.
6. «

   Я не стыжусь своих ранних работ, но в двадцать два года слишком откровенно раскрываешь душу и делаешь это подчас неумело. Позже испытываешь неловкость. И за себя, и за то, что именно неумелое исполнение встречается с восторгом. Сейчас я поумнел, и мои картины тоже. Единственный фрагмент, кочующий из работы в работу, сохранившийся с давних пор, — плюшевый мишка, я так и не сумел от него избавиться, хотя он все лучше маскируется. На последних полотнах он замазан. Его не видно, но он там, прячется под слоем краски. Может, однажды я сумею обойтись без него, хотя он давно уже стал чем-то вроде страшноватого талисмана, обеспечивающего моим картинам долгую жизнь.

   Я не стыжусь своих ранних работ, но в двадцать два года слишком откровенно раскрываешь душу и делаешь это подчас неумело. Позже испытываешь неловкость. И за себя, и за то, что именно неумелое исполнение встречается с восторгом. Сейчас я поумнел, и мои картины тоже. Единственный фрагмент, кочующий из работы в работу, сохранившийся с давних пор, — плюшевый мишка, я так и не сумел от него избавиться, хотя он все лучше маскируется. На последних полотнах он замазан. Его не видно, но он там, прячется под слоем краски. Может, однажды я сумею обойтись без него, хотя он давно уже стал чем-то вроде страшноватого талисмана, обеспечивающего моим картинам долгую жизнь.

   — Мариам Петросян · книга
7. «

   Люди не могут быть свободны. Потому что они слабы, развращены, ничтожны и нетерпеливы. Они верят во власть. Они устали ждать чудес и волшебства. Наука — вот их религия.

   Люди не могут быть свободны. Потому что они слабы, развращены, ничтожны и нетерпеливы. Они верят во власть. Они устали ждать чудес и волшебства. Наука — вот их религия.
8. «

   Если бы люди знали то, что знаю я, все превратилось бы в прах.

   Если бы люди знали то, что знаю я, все превратилось бы в прах.
9. «

   Всякий, кто может успокоить совесть человека, в состоянии лишить его свободы.

   Всякий, кто может успокоить совесть человека, в состоянии лишить его свободы.
10. «

    Самая неприятная тишина там, где много людей молчат.

    Самая неприятная тишина там, где много людей молчат.

    — Мариам Петросян · книга
11. «

    Примерно в это же время кто-то погладил меня по голове <...> Я никогда не узнаю, кто же из них взъерошил мне волосы, уходя, так что всякий раз, думая об этом, я представляю разных людей, и получается, как будто они все сделали это.

    Примерно в это же время кто-то погладил меня по голове <...> Я никогда не узнаю, кто же из них взъерошил мне волосы, уходя, так что всякий раз, думая об этом, я представляю разных людей, и получается, как будто они все сделали это.

    — Мариам Петросян · книга
12. «

    Ничто не исчезает бесследно.

    Ничто не исчезает бесследно.
13. «

    — А-а-а, еще одна параноидальная улыбка, — сказал Сфинкс, входя в спальню. — Одним весельчаком больше стало. Он внимательно посмотрел на меня, на медведя Рыжей, которого я крепко держал, потому что пообещал стеречь, хотя так и не сумел выговорить это вслух, посмотрел и отвернулся.

    — А-а-а, еще одна параноидальная улыбка, — сказал Сфинкс, входя в спальню. — Одним весельчаком больше стало. Он внимательно посмотрел на меня, на медведя Рыжей, которого я крепко держал, потому что пообещал стеречь, хотя так и не сумел выговорить это вслух, посмотрел и отвернулся.

    — Мариам Петросян · книга
14. «

    В конце жизни человек окидывает ее прощальным взглядом, чтобы посмотреть, что он оставил после себя. Я вижу там только руины.

    В конце жизни человек окидывает ее прощальным взглядом, чтобы посмотреть, что он оставил после себя. Я вижу там только руины.
15. «

    Мало, что человек красив до неприличия и вытворяет невероятные вещи, так он этого еще и не замечает! Задирай он нос, подчеркивай свое превосходство, честное слово, было бы легче его переносить.

    Мало, что человек красив до неприличия и вытворяет невероятные вещи, так он этого еще и не замечает! Задирай он нос, подчеркивай свое превосходство, честное слово, было бы легче его переносить.

    — Мариам Петросян · книга
16. «

    Выдающиеся люди всегда одержимы жаждой простых вещей.

    Выдающиеся люди всегда одержимы жаждой простых вещей.
17. «

    Есть такие фразы, против которых мозг вырабатывает защитные реакции, и первая из них — ни о чем больше не спрашивать.

    Есть такие фразы, против которых мозг вырабатывает защитные реакции, и первая из них — ни о чем больше не спрашивать.

    — Мариам Петросян · книга
18. «

    На одной [фотографии] был Волк. Парень, который умер в начале лета. <...> Худой, с взъерошенными волосами, он смотрел исподлобья. В одной руке — незажженная сигарета, другая — на струнах гитары. Лицо серьезное, как будто он знает, что с ним случится, хотя на самом деле у каждого есть такая фотография, о которой в случае чего можно сказать: «Он знал», — просто потому, что человек не соизволил вовремя улыбнуться.

    На одной [фотографии] был Волк. Парень, который умер в начале лета. <...> Худой, с взъерошенными волосами, он смотрел исподлобья. В одной руке — незажженная сигарета, другая — на струнах гитары. Лицо серьезное, как будто он знает, что с ним случится, хотя на самом деле у каждого есть такая фотография, о которой в случае чего можно сказать: «Он знал», — просто потому, что человек не соизволил вовремя улыбнуться.

    — Мариам Петросян · книга
19. «

    Чистить начали с лазаретной площадки и потихоньку продвигаются к Перекрестку. Я выбрался поглядеть, на что это похоже. Вообще-то на что угодно, только не на наш коридор. Стены грязные и какие-то обскобленные, сплошь в шрамах.

    Чистить начали с лазаретной площадки и потихоньку продвигаются к Перекрестку. Я выбрался поглядеть, на что это похоже. Вообще-то на что угодно, только не на наш коридор. Стены грязные и какие-то обскобленные, сплошь в шрамах.

    — Мариам Петросян · книга
20. «

    «Игра» — это все, что меня окружает.

    «Игра» — это все, что меня окружает.

    — Мариам Петросян · книга