62 цитаты персонажа «Леонид» — читать онлайн

Собрали 62 цитаты персонажа «Леонид» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Когда женщина в гневе, мужчине лучше не сопротивляться.

   Когда женщина в гневе, мужчине лучше не сопротивляться.

   — Сергей Лукьяненко · книга
2. «

   Леонид: — Мне страшно, Вагин, за наши ещё молодые жизни... Признайся, ты хоть немного имеешь представление о затеянном? Жора Вагин: — Хрестоматийно. Терминология. Практики не хватает.

   Леонид: — Мне страшно, Вагин, за наши ещё молодые жизни... Признайся, ты хоть немного имеешь представление о затеянном? Жора Вагин: — Хрестоматийно. Терминология. Практики не хватает.

   — Леонид · фильм
3. «

   Мне, кстати, Женя на днях сказал, что я общаюсь недостаточно молодёжно. Теперь я знаю, что такое газлайт, абьюз и кринж.

   Мне, кстати, Женя на днях сказал, что я общаюсь недостаточно молодёжно. Теперь я знаю, что такое газлайт, абьюз и кринж.
4. «

   — Именно я могу прятаться вечно, — говорит Тёмный Дайвер. — В отличие от тебя. Улыбаюсь, глядя на него. Нечисть боится улыбки больше, чем креста и святой воды. Все подлости делаются с серьёзным лицом. Вся мерзость происходит от того, что кто-то испугался улыбки. Не важно, своей или чужой.

   — Именно я могу прятаться вечно, — говорит Тёмный Дайвер. — В отличие от тебя. Улыбаюсь, глядя на него. Нечисть боится улыбки больше, чем креста и святой воды. Все подлости делаются с серьёзным лицом. Вся мерзость происходит от того, что кто-то испугался улыбки. Не важно, своей или чужой.

   — Сергей Лукьяненко · книга
5. «

   Леонид: — С праздником вас! Кондуктор: — С каким ещё? Леонид: — У друга у моего день рождения. Кондуктор: — А мне-то до этого какое дело? Леонид: — Ну как? Человек же всё-таки! Год прожил, может, пользу какую-то принёс. Обществу... Кондуктор: — Работать людям надо, а не пользу обществу приносить!

   Леонид: — С праздником вас! Кондуктор: — С каким ещё? Леонид: — У друга у моего день рождения. Кондуктор: — А мне-то до этого какое дело? Леонид: — Ну как? Человек же всё-таки! Год прожил, может, пользу какую-то принёс. Обществу... Кондуктор: — Работать людям надо, а не пользу обществу приносить!

   — Леонид · фильм
6. «

   Мужская боль легко появляется и быстро проходит. Наши раны — телесные, и они ничтожны. Раны женщин — раны сердечные, это нескончаемая печаль, переносить которую гораздо горше.

   Мужская боль легко появляется и быстро проходит. Наши раны — телесные, и они ничтожны. Раны женщин — раны сердечные, это нескончаемая печаль, переносить которую гораздо горше.

   — Стивен Прессфилд · книга
7. «

   Легче быть праведником или подлецом, чем человеком.

   Легче быть праведником или подлецом, чем человеком.

   — Сергей Лукьяненко · книга
8. «

   «А у вас есть семья?» «Да. Моя подруга проститутка, у нас маленькая горная хижина в борделе. Заходите, она сварит прекасный кофе. У нас всегда чистенько и уютно, даже после землетрясения!»

   «А у вас есть семья?» «Да. Моя подруга проститутка, у нас маленькая горная хижина в борделе. Заходите, она сварит прекасный кофе. У нас всегда чистенько и уютно, даже после землетрясения!»

   — Сергей Лукьяненко · книга
9. «

   — Настоящая любовь ломает всю твою жизнь, ей плевать на обстоятельства. А игру можно в них вписать...

   — Настоящая любовь ломает всю твою жизнь, ей плевать на обстоятельства. А игру можно в них вписать...

   — Дмитрий Глуховский · книга
10. «

    … Мораль — хитрая штука, она никогда не даёт ответов, наоборот, мешает их найти.

    … Мораль — хитрая штука, она никогда не даёт ответов, наоборот, мешает их найти.

    — Сергей Лукьяненко · книга
11. «

    — Хорошо у вас здесь! Природная первозданность. Не слышно городской политической борьбы. — Недовольство масс выражается лишь в возмущении запредельной удалённости хозмага в зимних условиях.

    — Хорошо у вас здесь! Природная первозданность. Не слышно городской политической борьбы. — Недовольство масс выражается лишь в возмущении запредельной удалённости хозмага в зимних условиях.

    — Леонид · фильм
12. «

    Приятно смотреть на всё сверху вниз. Приятно видеть дождь через стекло. Приятно быть бесстрастным свидетелем.

    Приятно смотреть на всё сверху вниз. Приятно видеть дождь через стекло. Приятно быть бесстрастным свидетелем.

    — Сергей Лукьяненко · книга
13. «

    Быть честным — худший способ соблазнить девушку. Но я устал врать.

    Быть честным — худший способ соблазнить девушку. Но я устал врать.

    — Дмитрий Глуховский · книга
14. «

    Интересная штука жизнь — все можно заменить, но вечного ничего нет.

    Интересная штука жизнь — все можно заменить, но вечного ничего нет.
15. «

    У меня не хватит рук, чтобы обнять всех, кто нуждается в утешении. У меня не хватит сил вытащить всех, кто тонет. У меня не хватит жизни, чтобы прожить её так, как я хочу. Делай что можешь, и будь что будет.

    У меня не хватит рук, чтобы обнять всех, кто нуждается в утешении. У меня не хватит сил вытащить всех, кто тонет. У меня не хватит жизни, чтобы прожить её так, как я хочу. Делай что можешь, и будь что будет.

    — Сергей Лукьяненко · книга
16. «

    Кажется, помощь пришла вовремя. Как всегда… ведь если она приходит не вовремя, то помощью уже не является.

    Кажется, помощь пришла вовремя. Как всегда… ведь если она приходит не вовремя, то помощью уже не является.

    — Сергей Лукьяненко · книга
17. «

    Любое изменение общества — техническое, социальное или комплексное <...>, никоим образом не меняло индивидуальной морали. Постулировалось всё, что угодно — от презрения к холопам до равенства и братства, от аскетизма до вседозволенности. Но выбор всегда совершался индивидуально.

    Любое изменение общества — техническое, социальное или комплексное <...>, никоим образом не меняло индивидуальной морали. Постулировалось всё, что угодно — от презрения к холопам до равенства и братства, от аскетизма до вседозволенности. Но выбор всегда совершался индивидуально.

    — Сергей Лукьяненко · книга
18. «

    – Не факультет, а жульё, – скривился Леонид. – Тогда географы – пьяницы, – ответила Динара. – Хуже только менеджеры, – раздражённо продолжил тот. – Куча народу с корочкой, а толку ноль. – Ты из леса вышел, не разбираешься, – сказал Михаил, важно сложив руки на груди. – Очень «смешно». По тебе видно, что я прав. – Леонид, мы поняли, какой ты особенный, – с издёвкой сказала Вика. – Не завидуй. – Было бы чему. – Не ссорьтесь, филфак круче, – хихикнула Ангелина. – Нет, эконом, – вмешался незнакомый Маше парень. – Признайте, что философы лучшие, и никто не пострадает, – проговорил бородатый студент. – Ага, перепьёте географов. Великое достижение, – фыркнула Динара. – И доведём до экзистенциального кризиса. – А мы, психи, всех вылечим, – улыбнулась девушка с пирсингом и дредами. – Ох уж эти стереотипы, – вздохнула учащаяся социологического факультета.

    – Не факультет, а жульё, – скривился Леонид. – Тогда географы – пьяницы, – ответила Динара. – Хуже только менеджеры, – раздражённо продолжил тот. – Куча народу с корочкой, а толку ноль. – Ты из леса вышел, не разбираешься, – сказал Михаил, важно сложив руки на груди. – Очень «смешно». По тебе видно, что я прав. – Леонид, мы поняли, какой ты особенный, – с издёвкой сказала Вика. – Не завидуй. – Было бы чему. – Не ссорьтесь, филфак круче, – хихикнула Ангелина. – Нет, эконом, – вмешался незнакомый Маше парень. – Признайте, что философы лучшие, и никто не пострадает, – проговорил бородатый студент. – Ага, перепьёте географов. Великое достижение, – фыркнула Динара. – И доведём до экзистенциального кризиса. – А мы, психи, всех вылечим, – улыбнулась девушка с пирсингом и дредами. – Ох уж эти стереотипы, – вздохнула учащаяся социологического факультета.

    — Дарья Пырх · книга
19. «

    Любому поступку можно найти самое гнусное и самое благородное истолкование.

    Любому поступку можно найти самое гнусное и самое благородное истолкование.

    — Сергей Лукьяненко · книга
20. «

    Нет, не фиговые листочки использовали Адам с Евой, чтобы прикрыть наготу от Бога. Сделали себе по дубинке — и сразу стыд пропал.

    Нет, не фиговые листочки использовали Адам с Евой, чтобы прикрыть наготу от Бога. Сделали себе по дубинке — и сразу стыд пропал.

    — Сергей Лукьяненко · книга