55 цитат персонажа «Лестат де Лионкур»

Собрали 55 цитат персонажа «Лестат де Лионкур» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мир разделят на Тех, Кто Пьет Кровь, и тех, кто рожден лишь затем, чтобы её давать.

   Мир разделят на Тех, Кто Пьет Кровь, и тех, кто рожден лишь затем, чтобы её давать.

   — Энн Райс · книга
2. «

   Я дам тебе выбор, которого у меня никогда не было.

   Я дам тебе выбор, которого у меня никогда не было.

   — Интервью с вампиром (Interview with the Vampire: The Vampire Chronicles) · фильм
3. «

   От него исходило ощущение того, что он есть на самом деле. Древнее, очень древнее зло, чьи глаза воочию видели те мрачные времена, о которых я мог только мечтать.

   От него исходило ощущение того, что он есть на самом деле. Древнее, очень древнее зло, чьи глаза воочию видели те мрачные времена, о которых я мог только мечтать.

   — Энн Райс · книга
4. «

   — Я никогда не лгу, — ничуть не смущаясь, ответил я. – Во всяком случае тем, кого не люблю.

   — Я никогда не лгу, — ничуть не смущаясь, ответил я. – Во всяком случае тем, кого не люблю.

   — Энн Райс · книга
5. «

   Он приводил меня в восторг своей наивностью, странной свойственной буржуа верой в то, что Бог всегда остается Богом, даже если этот Бог напрочь отвернулся от людей, что границы этого маленького, лишенного всех надежд мира лежат между проклятием и спасением.

   Он приводил меня в восторг своей наивностью, странной свойственной буржуа верой в то, что Бог всегда остается Богом, даже если этот Бог напрочь отвернулся от людей, что границы этого маленького, лишенного всех надежд мира лежат между проклятием и спасением.

   — Энн Райс · книга
6. «

   Ты для меня — радость всех печалей.

   Ты для меня — радость всех печалей.

   — Энн Райс · книга
7. «

   Свой главный урок я усвоил без учителя: в конечном итоге все мы одиноки и вокруг нас ничего, кроме холодной черной пустыни вечности.

   Свой главный урок я усвоил без учителя: в конечном итоге все мы одиноки и вокруг нас ничего, кроме холодной черной пустыни вечности.

   — Королева проклятых (Queen of the Damned) · фильм
8. «

   Он вероломно похищал бессмертие, словно Прометей мрачного и темного мира, крадущий сияющий огонь.

   Он вероломно похищал бессмертие, словно Прометей мрачного и темного мира, крадущий сияющий огонь.

   — Энн Райс · книга
9. «

   — Я люблю тебя. — Конечно любишь. Я тебя прекрасно понимаю, потому что сам люблю себя. И мне стоит больших усилий не столбенеть перед каждым своим отражением в зеркале.

   — Я люблю тебя. — Конечно любишь. Я тебя прекрасно понимаю, потому что сам люблю себя. И мне стоит больших усилий не столбенеть перед каждым своим отражением в зеркале.

   — Энн Райс · книга
10. «

    Казалось, я сам превратился в жажду, я видел только красные сны, мною овладевали только красные мечты, и постепенно я начал осознавать, что слишком ослаб и едва ли смогу самостоятельно проделать путь наверх сквозь тяжелые песчаные комья. Я слишком ослаб, чтобы вновь запустить колесо жизни.

    Казалось, я сам превратился в жажду, я видел только красные сны, мною овладевали только красные мечты, и постепенно я начал осознавать, что слишком ослаб и едва ли смогу самостоятельно проделать путь наверх сквозь тяжелые песчаные комья. Я слишком ослаб, чтобы вновь запустить колесо жизни.

    — Энн Райс · книга
11. «

    Мне вдруг пришло в голову, что волосы ее можно сравнить с золотым дождем и что поистине, когда смотришь на того, кого любишь, все поэтические образы мира обретают смысл.

    Мне вдруг пришло в голову, что волосы ее можно сравнить с золотым дождем и что поистине, когда смотришь на того, кого любишь, все поэтические образы мира обретают смысл.

    — Энн Райс · книга
12. «

    Теперь для меня не имело никакого значения, существует ли на самом деле Бог. Он остался частью мрачного и унылого царства, все сокровища которого были давным-давно разграблены, тайны раскрыты и в котором давно уже погасли все огни...

    Теперь для меня не имело никакого значения, существует ли на самом деле Бог. Он остался частью мрачного и унылого царства, все сокровища которого были давным-давно разграблены, тайны раскрыты и в котором давно уже погасли все огни...

    — Энн Райс · книга
13. «

    Признаю, он обо мне горевал. Но ведь он такой мастер горевать! Он облачается в скорбь, как другие облачаются в бархат; печаль украшает его, как свет свечей; слёзы идут ему, как драгоценные камни. Что же, на меня подобная ерунда не действует.

    Признаю, он обо мне горевал. Но ведь он такой мастер горевать! Он облачается в скорбь, как другие облачаются в бархат; печаль украшает его, как свет свечей; слёзы идут ему, как драгоценные камни. Что же, на меня подобная ерунда не действует.

    — Энн Райс · книга
14. «

    Красота всегда больше походила на Сад Зла.

    Красота всегда больше походила на Сад Зла.

    — Энн Райс · книга
15. «

    Настоящий Дьявол может сделать что-то хорошее только одним способом — играть роль самого себя, чтобы выставить зло напоказ. Если только не считать, что он творит добро, когда сеет зло. Но в таком случае Бог получается чудовищем, правда? А Дьявол — просто частью божественного замысла.

    Настоящий Дьявол может сделать что-то хорошее только одним способом — играть роль самого себя, чтобы выставить зло напоказ. Если только не считать, что он творит добро, когда сеет зло. Но в таком случае Бог получается чудовищем, правда? А Дьявол — просто частью божественного замысла.

    — Энн Райс · книга
16. «

    Вечное забвение дарует нам отпущение всех грехов.

    Вечное забвение дарует нам отпущение всех грехов.

    — Энн Райс · книга
17. «

    Для любого вампира наступают времена, когда сама идея вечности на мгновение становится невыносимой. Жить в тенях, питаться во тьме только со своими, гнить в одиночестве, бессмысленно существуя. Бессмертие кажется хорошей идеей до тех пор, пока ты не осознаешь, что проведешь его в одиночестве. Поэтому я пошел спать, надеясь, что звуки проходящих мимо эпох утихнут, и настанет подобие смерти. Но пока я лежал, мир звучал иначе чем то место, которое я покинул [начинает играть рок-музыка] Лучше. Стоило восстать снова, поскольку новые боги рождались и им поклонялись. Ночью и днем ​​они никогда не были одни. Я бы стал одним из них.

    Для любого вампира наступают времена, когда сама идея вечности на мгновение становится невыносимой. Жить в тенях, питаться во тьме только со своими, гнить в одиночестве, бессмысленно существуя. Бессмертие кажется хорошей идеей до тех пор, пока ты не осознаешь, что проведешь его в одиночестве. Поэтому я пошел спать, надеясь, что звуки проходящих мимо эпох утихнут, и настанет подобие смерти. Но пока я лежал, мир звучал иначе чем то место, которое я покинул [начинает играть рок-музыка] Лучше. Стоило восстать снова, поскольку новые боги рождались и им поклонялись. Ночью и днем ​​они никогда не были одни. Я бы стал одним из них.

    — Королева проклятых (Queen of the Damned) · фильм
18. «

    Здорово. Я думал, что небо… настоящее.

    Здорово. Я думал, что небо… настоящее.

    — Энн Райс · книга
19. «

    Что же означает: жить в чьем-то сердце? Ничего. Во всяком случае, мне так кажется. Ведь на самом деле тебя там нет.

    Что же означает: жить в чьем-то сердце? Ничего. Во всяком случае, мне так кажется. Ведь на самом деле тебя там нет.

    — Энн Райс · книга
20. «

    Что за чудо! Один крошечный огонёк способен создать столько других огоньков; одна крошечная искра способна поджечь целый мир. Надо же, одним простым жестом я увеличил суммарное освещение Вселенной!

    Что за чудо! Один крошечный огонёк способен создать столько других огоньков; одна крошечная искра способна поджечь целый мир. Надо же, одним простым жестом я увеличил суммарное освещение Вселенной!

    — Энн Райс · книга