61 цитата персонажа «Лилиан Дюнкерк» со смыслом

61 цитата персонажа «Лилиан Дюнкерк» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Кажется, я выпил слишком много, — сказал он. — Что ты называешь слишком много? — Когда теряешь ощущение собственного «Я». — Раз так, я всегда хочу пить слишком много. Я не люблю своего «я».

   — Кажется, я выпил слишком много, — сказал он. — Что ты называешь слишком много? — Когда теряешь ощущение собственного «Я». — Раз так, я всегда хочу пить слишком много. Я не люблю своего «я».

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   Он не понимает меня. Он не знает, что я любым колдовством хотела бы вырвать у смерти те несколько дней, которые в действительности мне уже не суждено прожить. Зато я никогда не стану ворчливой восьмидесятилетней старухой и меня не постигнет участь стареющей женщины, которую не хочет больше видеть ее любовник и от которой он в испуге отшатывается, встретив ее через много лет. В памяти моих возлюбленных я останусь вечно молодой; я буду сильнее всех остальных женщин, которые проживут дольше и станут старше меня.

   Он не понимает меня. Он не знает, что я любым колдовством хотела бы вырвать у смерти те несколько дней, которые в действительности мне уже не суждено прожить. Зато я никогда не стану ворчливой восьмидесятилетней старухой и меня не постигнет участь стареющей женщины, которую не хочет больше видеть ее любовник и от которой он в испуге отшатывается, встретив ее через много лет. В памяти моих возлюбленных я останусь вечно молодой; я буду сильнее всех остальных женщин, которые проживут дольше и станут старше меня.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   Только женщине дано знать, сколько утешения способна подарить малюсенькая шляпка.

   Только женщине дано знать, сколько утешения способна подарить малюсенькая шляпка.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Фейерверк погас, зачем рыться в золе?

   Фейерверк погас, зачем рыться в золе?

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   Дело не в ком-то другом, а только в твоем собственном чувстве.

   Дело не в ком-то другом, а только в твоем собственном чувстве.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   Я буду стоять ещё у многих окон, — подумала она. — И это будут окна в жизнь!

   Я буду стоять ещё у многих окон, — подумала она. — И это будут окна в жизнь!

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   — Очутиться лицом к лицу со смертью — совсем иное, чем говорить о ней.

   — Очутиться лицом к лицу со смертью — совсем иное, чем говорить о ней.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   — Просто поразительно, — сказала Лилиан. — Сколько людей знают, где мне жить, лучше, чем я.

   — Просто поразительно, — сказала Лилиан. — Сколько людей знают, где мне жить, лучше, чем я.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Говорят, что в наше время можно разделаться с деньгами двумя способами. Один из них — копить деньги, а затем потерять их во время инфляции, другой — потратить их.

   Говорят, что в наше время можно разделаться с деньгами двумя способами. Один из них — копить деньги, а затем потерять их во время инфляции, другой — потратить их.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    — Когда я тебя видел в последний раз? — Две недели назад. — Да я не о том. До этого. — Пять лет назад… Тогда я была полуголодной и совершенно растерянной. — А теперь? — Теперь я тоже голодна, но полна решимости.

    — Когда я тебя видел в последний раз? — Две недели назад. — Да я не о том. До этого. — Пять лет назад… Тогда я была полуголодной и совершенно растерянной. — А теперь? — Теперь я тоже голодна, но полна решимости.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Ты считаешь, что я бросаю на ветер свои деньги, а я считаю, что ты бросаешь на ветер свою жизнь.

    Ты считаешь, что я бросаю на ветер свои деньги, а я считаю, что ты бросаешь на ветер свою жизнь.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    — Любовь без страха и без трудностей. — Такой не бывает. — Нет, бывает. Это составная часть той единственной любви, которая вообще имеет смысл, — любви к самому себе.

    — Любовь без страха и без трудностей. — Такой не бывает. — Нет, бывает. Это составная часть той единственной любви, которая вообще имеет смысл, — любви к самому себе.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    — Что ты нюхаешь? Чем я пахну? — Чесноком, луной и ложью, которую я никак не могу распознать.

    — Что ты нюхаешь? Чем я пахну? — Чесноком, луной и ложью, которую я никак не могу распознать.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    Почему все они обязательно хотят изменить жизнь? Почему они стремятся изменить то, что помогло им некогда произвести впечатление на любимую женщину? Неужели им не приходит в голову, что они могут потерять эту женщину??

    Почему все они обязательно хотят изменить жизнь? Почему они стремятся изменить то, что помогло им некогда произвести впечатление на любимую женщину? Неужели им не приходит в голову, что они могут потерять эту женщину??

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    За неделю с тобой происходит столько превращений, сколько с другими женщинами не происходит за годы; ты похожа на растение в руках йога: за несколько минут оно успевает вырасти и расцвести… «И умереть», — подумала Лилиан.

    За неделю с тобой происходит столько превращений, сколько с другими женщинами не происходит за годы; ты похожа на растение в руках йога: за несколько минут оно успевает вырасти и расцвести… «И умереть», — подумала Лилиан.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    — Не убегай. — Больше я не убегу. Почему об этом думает каждый? — Не так уж плохо, если об этом думают, душка. Значит, хотят, чтобы ты осталась.

    — Не убегай. — Больше я не убегу. Почему об этом думает каждый? — Не так уж плохо, если об этом думают, душка. Значит, хотят, чтобы ты осталась.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Что я знаю о жизни? Разрушения, бегство из Бельгии, слёзы, страх, смерть родителей, голод, а потом болезнь из-за голода и бегства. До этого я была ребенком. Я уже почти не помню, как выглядят города ночью. Что я знаю о море огней, о проспектах и улицах, сверкающих по ночам? Мне знакомы лишь затемненные окна и град бомб, падающих из мрака. Мне знакомы лишь оккупация, поиски убежища и холод. Счастье? Как сузилось это беспредельное слово, сиявшее некогда в моих мечтах. Счастьем стало казаться нетопленая комната, кусок хлеба, убежище, любое место, которое не обстреливалось.

    Что я знаю о жизни? Разрушения, бегство из Бельгии, слёзы, страх, смерть родителей, голод, а потом болезнь из-за голода и бегства. До этого я была ребенком. Я уже почти не помню, как выглядят города ночью. Что я знаю о море огней, о проспектах и улицах, сверкающих по ночам? Мне знакомы лишь затемненные окна и град бомб, падающих из мрака. Мне знакомы лишь оккупация, поиски убежища и холод. Счастье? Как сузилось это беспредельное слово, сиявшее некогда в моих мечтах. Счастьем стало казаться нетопленая комната, кусок хлеба, убежище, любое место, которое не обстреливалось.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    У меня нет будущего. Никакого. Вы себе не представляете, как это многое облегчает.

    У меня нет будущего. Никакого. Вы себе не представляете, как это многое облегчает.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    — Где бы ты вообще хотела жить? <...> — А я не знаю, — сказала Лилиан, слегка растерявшись. – Нигде. Если ты хочешь где-нибудь жить, значит, ты хочешь там умереть.

    — Где бы ты вообще хотела жить? <...> — А я не знаю, — сказала Лилиан, слегка растерявшись. – Нигде. Если ты хочешь где-нибудь жить, значит, ты хочешь там умереть.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    — Так почему же я люблю тебя? — Потому, что я с тобой. И потому, что ты любишь жизнь. А я для тебя безымянная частица жизни. Это опасно. — Для кого? — Для того, у кого нет имени. Его в любое время можно заменить.

    — Так почему же я люблю тебя? — Потому, что я с тобой. И потому, что ты любишь жизнь. А я для тебя безымянная частица жизни. Это опасно. — Для кого? — Для того, у кого нет имени. Его в любое время можно заменить.

    — Эрих Мария Ремарк · книга