20 цитат персонажа «Лорд Дарлингтон» для поста в соцсетях

Ниже 20 цитат персонажа «Лорд Дарлингтон»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Да знаете, сейчас в обществе столько самодовольных людей притворяются хорошими, что притворяться плохим — это, по-моему, проявление милого и скромного нрава. А кроме того, тех, кто притворяется хорошим, свет принимает всерьёз. Тех, кто притворяется плохим — нет. Такова глупость оптимистов.

   Да знаете, сейчас в обществе столько самодовольных людей притворяются хорошими, что притворяться плохим — это, по-моему, проявление милого и скромного нрава. А кроме того, тех, кто притворяется хорошим, свет принимает всерьёз. Тех, кто притворяется плохим — нет. Такова глупость оптимистов.

   — Оскар Уайльд · книга
2. «

   Я могу противостоять всему, кроме соблазна.

   Я могу противостоять всему, кроме соблазна.

   — Оскар Уайльд · книга
3. «

   Если в наше время говорить понятно, тебя того и гляди, разгадают.

   Если в наше время говорить понятно, тебя того и гляди, разгадают.

   — Оскар Уайльд · книга
4. «

   Вы знаете — мне кажется, хорошие люди приносят много вреда в жизни... И главный вред в том, что они придают такое огромное значение дурному. Бессмысленно делить людей на хороших и дурных. Люди бывают либо очаровательные, либо скучные.

   Вы знаете — мне кажется, хорошие люди приносят много вреда в жизни... И главный вред в том, что они придают такое огромное значение дурному. Бессмысленно делить людей на хороших и дурных. Люди бывают либо очаровательные, либо скучные.

   — Оскар Уайльд · книга
5. «

   Я не стану вас уверять, что мнение света, мнение общества ничего не значит, что это пустяки. Это не пустяки, оно много значит, слишком много. Но бывают минуты, когда нужно выбирать: либо жить своей жизнью — смело, свободно, до конца, либо влачить унизительное, фальшивое, жалкое существование, какое свет в своем ханжестве нам предписывает.

   Я не стану вас уверять, что мнение света, мнение общества ничего не значит, что это пустяки. Это не пустяки, оно много значит, слишком много. Но бывают минуты, когда нужно выбирать: либо жить своей жизнью — смело, свободно, до конца, либо влачить унизительное, фальшивое, жалкое существование, какое свет в своем ханжестве нам предписывает.

   — Оскар Уайльд · книга
6. «

   – А почему же вы так фривольно рассуждаете о жизни? – Потому что жизнь, на мой взгляд, слишком важна, чтобы рассуждать о ней серьезно.

   – А почему же вы так фривольно рассуждаете о жизни? – Потому что жизнь, на мой взгляд, слишком важна, чтобы рассуждать о ней серьезно.

   — Оскар Уайльд · книга
7. «

   – Что есть циник? – Человек, знающий цену всему и не ценящий ничего.

   – Что есть циник? – Человек, знающий цену всему и не ценящий ничего.

   — Оскар Уайльд · книга
8. «

   Встретить вызов каждой новой эпохи можно, лишь отбросив старые, подчас дорогие сердцу порядки.

   Встретить вызов каждой новой эпохи можно, лишь отбросив старые, подчас дорогие сердцу порядки.

   — Кадзуо Исигуро · книга
9. «

   Негоже злобствовать на противника после того, как конфликт исчерпан.

   Негоже злобствовать на противника после того, как конфликт исчерпан.

   — Кадзуо Исигуро · книга
10. «

    Поверженного врага не бьют ногами.

    Поверженного врага не бьют ногами.

    — Кадзуо Исигуро · книга
11. «

    Мне кажется, жизнь слишком сложна, чтобы подходить к ней с такими жестокими правилами.

    Мне кажется, жизнь слишком сложна, чтобы подходить к ней с такими жестокими правилами.

    — Оскар Уайльд · книга
12. «

    Воспитывать человека — опасное дело.

    Воспитывать человека — опасное дело.

    — Оскар Уайльд · книга
13. «

    Это нелепо — разделять людей на хороших и плохих. Люди бывают либо обаятельны, либо скучны.

    Это нелепо — разделять людей на хороших и плохих. Люди бывают либо обаятельны, либо скучны.

    — Оскар Уайльд · книга
14. «

    – Так вы, значит, не хотите, чтобы свет принимал вас всерьез? – Свет? Нет, не хочу. Кого свет вообще принимает всерьез? Всех самых нудных людей, от епископов до фатов. Чего мне хочется, леди Уиндермир, – это чтобы вы принимали меня всерьез, именно вы, и никто другой.

    – Так вы, значит, не хотите, чтобы свет принимал вас всерьез? – Свет? Нет, не хочу. Кого свет вообще принимает всерьез? Всех самых нудных людей, от епископов до фатов. Чего мне хочется, леди Уиндермир, – это чтобы вы принимали меня всерьез, именно вы, и никто другой.

    — Оскар Уайльд · книга
15. «

    Испорченного человека из меня не вышло. Многие утверждают, что я за всю жизнь не совершил ни одного дурного поступка. Разумеется, они говорят это только за моей спиной.

    Испорченного человека из меня не вышло. Многие утверждают, что я за всю жизнь не совершил ни одного дурного поступка. Разумеется, они говорят это только за моей спиной.

    — Оскар Уайльд · книга
16. «

    Дружба между мужчиной и женщиной невозможна. Страсть, вражда, обожание, любовь — только не дружба.

    Дружба между мужчиной и женщиной невозможна. Страсть, вражда, обожание, любовь — только не дружба.

    — Оскар Уайльд · книга
17. «

    Да, все мы сейчас так обеднели, что комплименты — это единственное подношение, какое мы можем себе позволить. Ничего другого мы просто не в состоянии преподнести.

    Да, все мы сейчас так обеднели, что комплименты — это единственное подношение, какое мы можем себе позволить. Ничего другого мы просто не в состоянии преподнести.

    — Оскар Уайльд · книга
18. «

    — Не разбивайте мне сердце. — Моё уже разбито...

    — Не разбивайте мне сердце. — Моё уже разбито...

    — Оскар Уайльд · книга
19. «

    Испорченного человека из меня не вышло. Многие даже утверждают, что я за всю жизнь не совершил ни одного по-настоящему дурного поступка. Разумеется, они говорят это только за моей спиной.

    Испорченного человека из меня не вышло. Многие даже утверждают, что я за всю жизнь не совершил ни одного по-настоящему дурного поступка. Разумеется, они говорят это только за моей спиной.

    — Оскар Уайльд · книга
20. «

    На мгновение наши жизни скрестились, наши души коснулись друг друга.

    На мгновение наши жизни скрестились, наши души коснулись друг друга.

    — Оскар Уайльд · книга