150 цитат персонажа «Макс» на каждый день

Ниже 150 цитат персонажа «Макс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Когда думаешь, что тебе уже давным-давно всё на свете известно, и вдруг в самом конце жизни обнаруживаешь, что подвластное тебе знание легко умещается на одной-единственной страничке толстенного тома, да и тот — далеко не единственный в бесконечном лабиринте библиотеки, трудно сохранить невозмутимость.

   Когда думаешь, что тебе уже давным-давно всё на свете известно, и вдруг в самом конце жизни обнаруживаешь, что подвластное тебе знание легко умещается на одной-единственной страничке толстенного тома, да и тот — далеко не единственный в бесконечном лабиринте библиотеки, трудно сохранить невозмутимость.

   — Макс Фрай · книга
2. «

   ...и вообще я пребывал в удивительно благодушном настроении. Из меня верёвки можно было вить, из верёвок плести макраме, а результат работ подвешивать к люстре какой-нибудь трёхрожковой, и я висел бы как миленький и не квакал.

   ...и вообще я пребывал в удивительно благодушном настроении. Из меня верёвки можно было вить, из верёвок плести макраме, а результат работ подвешивать к люстре какой-нибудь трёхрожковой, и я висел бы как миленький и не квакал.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Вообще-то, каждый человек чудо как хорош, если правильно рассчитать дозировку. Самые невыносимые типы могут показаться почти ангелами, если видеть их один раз в три года и не больше тридцати секунд кряду.

   Вообще-то, каждый человек чудо как хорош, если правильно рассчитать дозировку. Самые невыносимые типы могут показаться почти ангелами, если видеть их один раз в три года и не больше тридцати секунд кряду.

   — Макс Фрай · книга
4. «

   Почему-то принято считать, что когда человек начинает во всеуслышание обращаться к себе, любимому, его душевное здоровье находится в большой опасности. Не знаю, как это бывает у всех остальных представителей человечества, но в моём случае всё обстоит как раз наоборот: самые разумные и практичные советы я даю себе именно вслух, а вот когда я умолкаю, от меня можно ожидать чего угодно, только не наглядных доказательств моей вменяемости…

   Почему-то принято считать, что когда человек начинает во всеуслышание обращаться к себе, любимому, его душевное здоровье находится в большой опасности. Не знаю, как это бывает у всех остальных представителей человечества, но в моём случае всё обстоит как раз наоборот: самые разумные и практичные советы я даю себе именно вслух, а вот когда я умолкаю, от меня можно ожидать чего угодно, только не наглядных доказательств моей вменяемости…

   — Макс Фрай · книга
5. «

   Не многие повелевать умеют И разум свой разумно применять.

   Не многие повелевать умеют И разум свой разумно применять.

   — Фридрих Шиллер · книга
6. «

   Ты никогда не замечала, что стоящего поблизости без движения человека воспринимают как угрозу? Он рождает множество вопросов – зачем стоит, на что смотрит, почему не двигается, кого ждёт? Вдруг высматривает, кого убить?

   Ты никогда не замечала, что стоящего поблизости без движения человека воспринимают как угрозу? Он рождает множество вопросов – зачем стоит, на что смотрит, почему не двигается, кого ждёт? Вдруг высматривает, кого убить?

   — Елена Усачева · книга
7. «

   У нас нет никаких идеалов, только любопытные уши и куча свободного времени.

   У нас нет никаких идеалов, только любопытные уши и куча свободного времени.

   — Макс Фрай · книга
8. «

   У гения и бога не так уж много различий. Первому просто недосуг хорошенько вымыть волосы, а второй… Второй набивает их песком, рыбьей чешуей, осколками раковин – и делает предметом культа.

   У гения и бога не так уж много различий. Первому просто недосуг хорошенько вымыть волосы, а второй… Второй набивает их песком, рыбьей чешуей, осколками раковин – и делает предметом культа.

   — Виктория Платова · книга
9. «

   Нет большего счастья, чем дожить до конца события, которое вызывало у тебя непреодолимый страх!

   Нет большего счастья, чем дожить до конца события, которое вызывало у тебя непреодолимый страх!

   — Макс Фрай · книга
10. «

    Керамические наши сердца, пригодные разве что для тушения сигарет с мундштуком и без, – керамические наши сердца разбиты. Не спутать бы осколки.

    Керамические наши сердца, пригодные разве что для тушения сигарет с мундштуком и без, – керамические наши сердца разбиты. Не спутать бы осколки.

    — Виктория Платова · книга
11. «

    Я домой не вернусь — решено! Это небо дрожит как вода... Сколько тысяч шагов от болотных низин до холодной как руки луны? Гнутся голые ветви под тяжестью птиц. Разум птицей кричит — не беда. Пусть кричит. У меня есть в запасе последний глоток тишины. Я домой не вернусь никогда, но зато доживу до утра. Темный ветер и вечер холодный, луны поворот на ущерб — ничего! Знаешь, птица, во мне не осталось ни капли раба, и ни капли добра, и ни капли любви, и ни капли меня самого.

    Я домой не вернусь — решено! Это небо дрожит как вода... Сколько тысяч шагов от болотных низин до холодной как руки луны? Гнутся голые ветви под тяжестью птиц. Разум птицей кричит — не беда. Пусть кричит. У меня есть в запасе последний глоток тишины. Я домой не вернусь никогда, но зато доживу до утра. Темный ветер и вечер холодный, луны поворот на ущерб — ничего! Знаешь, птица, во мне не осталось ни капли раба, и ни капли добра, и ни капли любви, и ни капли меня самого.

    — Макс Фрай · книга
12. «

    Вообще-то я люблю, когда окружающие ведут себя так, словно они меня обожают. Искренности я не требую; ритуального танца вполне достаточно. Но он совершенно необходим.

    Вообще-то я люблю, когда окружающие ведут себя так, словно они меня обожают. Искренности я не требую; ритуального танца вполне достаточно. Но он совершенно необходим.

    — Макс Фрай · книга
13. «

    ... То есть делать дыхательные упражнения еще не перестал, но начал подумывать, что сэр Шурф, во-первых, зануда, во-вторых — исключительный зануда, а в-третьих, совершенно исключительный зануда.

    ... То есть делать дыхательные упражнения еще не перестал, но начал подумывать, что сэр Шурф, во-первых, зануда, во-вторых — исключительный зануда, а в-третьих, совершенно исключительный зануда.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    Когда тебе пятьдесят, а никаких чудес в твоей жизни еще не было и, вроде бы, не предвидится, ожидание становится требовательным и неистовым, и разум готов в любую минуту уйти, обиженно хлопнув дверью…

    Когда тебе пятьдесят, а никаких чудес в твоей жизни еще не было и, вроде бы, не предвидится, ожидание становится требовательным и неистовым, и разум готов в любую минуту уйти, обиженно хлопнув дверью…

    — Макс Фрай · книга
15. «

    Великодушие – дело наживное, поскольку является прямым следствием приятно проживаемой жизни.

    Великодушие – дело наживное, поскольку является прямым следствием приятно проживаемой жизни.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    Ложь – пагубная привычка: стоит только однажды научиться, и тут же начинаешь лукавить даже наедине с самим собой.

    Ложь – пагубная привычка: стоит только однажды научиться, и тут же начинаешь лукавить даже наедине с самим собой.

    — Макс Фрай · книга
17. «

    Я зритель. Мы ничего не создаем, мы навсегда остались в том времени, когда ушли из мира людей. Мы можем только смотреть, как мир течёт отдельно от нас.

    Я зритель. Мы ничего не создаем, мы навсегда остались в том времени, когда ушли из мира людей. Мы можем только смотреть, как мир течёт отдельно от нас.

    — Елена Усачева · книга
18. «

    — Плакали? От меня ничего не скроется... Я психолог. Не нужно плакать. От этого нет ни выгоды, ни удовольствия. — Вам бы все выгода и удовольствие. — Обязательно. Вся жизнь соткана из этого.

    — Плакали? От меня ничего не скроется... Я психолог. Не нужно плакать. От этого нет ни выгоды, ни удовольствия. — Вам бы все выгода и удовольствие. — Обязательно. Вся жизнь соткана из этого.

    — Феликс Кривин · книга
19. «

    До сих пор мне не приходилось все время кого-то спасать, такой экшен могла подарить только ты.

    До сих пор мне не приходилось все время кого-то спасать, такой экшен могла подарить только ты.

    — Елена Усачева · книга
20. «

    — Дело определяет, кто ты. — Нет, дядя Тедди, всё как раз наоборот. Правда, Джуд? — Ну, точно не то, что ты делаешь, а как ты это делаешь.

    — Дело определяет, кто ты. — Нет, дядя Тедди, всё как раз наоборот. Правда, Джуд? — Ну, точно не то, что ты делаешь, а как ты это делаешь.

    — Макс · фильм