149 цитат персонажа «Макс» с глубоким смыслом

Ниже 149 цитат персонажа «Макс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Мне всю жизнь не везло с девушками. То есть поначалу всегда везло, даже слишком... а потом они решали, что им зачем-то срочно нужно выйти замуж, причем за кого-нибудь другого. Это особенно странно, поскольку я, как правило, влюблялся в умных девушек. Но и это не помогало, хотя как может умный человек всерьез захотеть замуж — не понимаю!

   Мне всю жизнь не везло с девушками. То есть поначалу всегда везло, даже слишком... а потом они решали, что им зачем-то срочно нужно выйти замуж, причем за кого-нибудь другого. Это особенно странно, поскольку я, как правило, влюблялся в умных девушек. Но и это не помогало, хотя как может умный человек всерьез захотеть замуж — не понимаю!

   — Макс Фрай · книга
2. «

   Не самое драгоценное и необходимое приносится в жертву, а то, что лишь кажется драгоценным и необходимым, а на самом деле – лишнее. Только мешает. Когда жертва приносится должным образом, жертвующий поступает, как искусный скульптор, отсекая всё лишнее от каменной глыбы. Ваяет себя. Достойное занятие — вне зависимости от конечного результата.

   Не самое драгоценное и необходимое приносится в жертву, а то, что лишь кажется драгоценным и необходимым, а на самом деле – лишнее. Только мешает. Когда жертва приносится должным образом, жертвующий поступает, как искусный скульптор, отсекая всё лишнее от каменной глыбы. Ваяет себя. Достойное занятие — вне зависимости от конечного результата.

   — Макс Фрай · книга
3. «

   Запирсингованные по самые гланды, стриженные под ноль феминистки, сплошь представительницы творческих профессий – от ассистента монтажера до верстальщицы в типографии. Их пломбы набиты здоровым креативом, карманы их штанов (стиль «милитари») пухнут от амбиций. В сферу их интересов входят куннилингус, фистинг и армрестлинг, «гулять босиком, целовать тебя в ключицы и ниже», чемпионаты по выездке в Голландии, чемпионаты по поеданию саранчи в Уганде; они обожают клубные чилл-ауты и ненавидят глагол «лизать» – «потому что это по-другому называется». Все свои мыслишки о жизни, трахе и мелкой грызне в монтажной они выносят на страницы интернетского «Live journal».

   Запирсингованные по самые гланды, стриженные под ноль феминистки, сплошь представительницы творческих профессий – от ассистента монтажера до верстальщицы в типографии. Их пломбы набиты здоровым креативом, карманы их штанов (стиль «милитари») пухнут от амбиций. В сферу их интересов входят куннилингус, фистинг и армрестлинг, «гулять босиком, целовать тебя в ключицы и ниже», чемпионаты по выездке в Голландии, чемпионаты по поеданию саранчи в Уганде; они обожают клубные чилл-ауты и ненавидят глагол «лизать» – «потому что это по-другому называется». Все свои мыслишки о жизни, трахе и мелкой грызне в монтажной они выносят на страницы интернетского «Live journal».

   — Виктория Платова · книга
4. «

   Не всё так страшно. А даже если окажется, что всё действительно страшно… Ничего, что-нибудь придумаем!

   Не всё так страшно. А даже если окажется, что всё действительно страшно… Ничего, что-нибудь придумаем!

   — Макс Фрай · книга
5. «

   — Вы извините, если что не так.. — Вам серьги эти очень сильно идут. Всего доброго.

   — Вы извините, если что не так.. — Вам серьги эти очень сильно идут. Всего доброго.

   — София · фильм
6. «

   – Почему грустно? – Хэхэльф сочувственно посмотрел на меня и неожиданно подмигнул: – Мы-то с тобой не сидим на цепи, верно? Мы свободны как птицы и ничего не боимся! Кто знает, – подумал я, – может быть и сидим, просто наша цепь немного длиннее, чем у прочих.

   – Почему грустно? – Хэхэльф сочувственно посмотрел на меня и неожиданно подмигнул: – Мы-то с тобой не сидим на цепи, верно? Мы свободны как птицы и ничего не боимся! Кто знает, – подумал я, – может быть и сидим, просто наша цепь немного длиннее, чем у прочих.

   — Макс Фрай · книга
7. «

   Кто-то сказал, что темнота непроглядна, и все поверили, потому ничего не видят. А ты открой глаза и смотри...

   Кто-то сказал, что темнота непроглядна, и все поверили, потому ничего не видят. А ты открой глаза и смотри...

   — Елена Усачева · книга
8. «

   Часа два я трепался, не закрывая рот. Получился этакий дикий коктейль из воспоминаний детства и последних страниц славной истории Тайного Сыска. Это звучало так нелепо, что я сам себе не верил – а ведь говорил чистую правду, словно поклялся на Библии с утра пораньше.

   Часа два я трепался, не закрывая рот. Получился этакий дикий коктейль из воспоминаний детства и последних страниц славной истории Тайного Сыска. Это звучало так нелепо, что я сам себе не верил – а ведь говорил чистую правду, словно поклялся на Библии с утра пораньше.

   — Макс Фрай · книга
9. «

   Людям свойственно бояться неизвестного. Этот страх – самое общечеловеческое свойство. Наверное, гораздо более значительное, чем прочие антропологические признаки…

   Людям свойственно бояться неизвестного. Этот страх – самое общечеловеческое свойство. Наверное, гораздо более значительное, чем прочие антропологические признаки…

   — Макс Фрай · книга
10. «

    И ее губы – раковины, лепестки роз, скорпионьи хвосты, – слово «да» никогда не слетало с этих губ, зато «нет»… «Нет» засунуто за щеку подобно долгоиграющему леденцу. Который она посасывает с тех самых пор, как на ведущей к ней лестнице стали появляться жалкие типы, похожие на меня.

    И ее губы – раковины, лепестки роз, скорпионьи хвосты, – слово «да» никогда не слетало с этих губ, зато «нет»… «Нет» засунуто за щеку подобно долгоиграющему леденцу. Который она посасывает с тех самых пор, как на ведущей к ней лестнице стали появляться жалкие типы, похожие на меня.

    — Виктория Платова · книга
11. «

    Тот, кто хоть немного повисел над пропастью, способен испытать настоящее блаженство от самой обычной прогулки по твердой земле – по крайней мере, поначалу.

    Тот, кто хоть немного повисел над пропастью, способен испытать настоящее блаженство от самой обычной прогулки по твердой земле – по крайней мере, поначалу.

    — Макс Фрай · книга
12. «

    — Ты не смотришь новости, да? — Стараюсь не смотреть. Они очень страшные.

    — Ты не смотришь новости, да? — Стараюсь не смотреть. Они очень страшные.

    — Макс · сериал
13. «

    Люди – такие непредсказуемые существа… Впрочем, нет, вполне предсказуемые, и это ещё хуже.

    Люди – такие непредсказуемые существа… Впрочем, нет, вполне предсказуемые, и это ещё хуже.

    — Макс Фрай · книга
14. «

    Голова шла кругом от всех этих безобразий, но голова и должна идти кругом, это её основная обязанность!

    Голова шла кругом от всех этих безобразий, но голова и должна идти кругом, это её основная обязанность!

    — Макс Фрай · книга
15. «

    Реальность, а она — да вот же, рядом, вокруг, везде, лишь бы хватило сил наслаждаться.

    Реальность, а она — да вот же, рядом, вокруг, везде, лишь бы хватило сил наслаждаться.

    — Макс Фрай · книга
16. «

    Моя жизнь – самая невероятная и восхитительная штука, какие бы новые главы ни появлялись в списке невосполнимых потерь…

    Моя жизнь – самая невероятная и восхитительная штука, какие бы новые главы ни появлялись в списке невосполнимых потерь…

    — Макс Фрай · книга
17. «

    — Магистр Нуфлин при смерти? Как такое может быть? — ошеломленно переспросил я. — А чему ты удивляешься? — пожал плечами Джуффин. — Это как-то не вяжется с его имиджем, — растерянно объяснил я.

    — Магистр Нуфлин при смерти? Как такое может быть? — ошеломленно переспросил я. — А чему ты удивляешься? — пожал плечами Джуффин. — Это как-то не вяжется с его имиджем, — растерянно объяснил я.

    — Макс Фрай · книга
18. «

    Самые лучшие шутки всегда предназначены только для двоих: для того, кто шутит, и еще для некоего гипотетического невидимого, вездесущего и всепонимающего собеседника, которого, скорее всего, попросту не существует.

    Самые лучшие шутки всегда предназначены только для двоих: для того, кто шутит, и еще для некоего гипотетического невидимого, вездесущего и всепонимающего собеседника, которого, скорее всего, попросту не существует.

    — Макс Фрай · книга
19. «

    Стоит уяснить, что переменчивый мир, которому принадлежит твое сердце, куда более хрупок и ненадежен, чем ты когда-либо осмеливался предполагать, любая нехитрая радость заставляет пронзительно звенеть какие-то особо потаенные, доселе молчавшие струны в глубоких синих сумерках твоего существа.

    Стоит уяснить, что переменчивый мир, которому принадлежит твое сердце, куда более хрупок и ненадежен, чем ты когда-либо осмеливался предполагать, любая нехитрая радость заставляет пронзительно звенеть какие-то особо потаенные, доселе молчавшие струны в глубоких синих сумерках твоего существа.

    — Макс Фрай · книга
20. «

    На самом деле, времени, конечно, нет ни у кого, зато есть приятная, но бесполезная привычка планировать свою жизнь так, словно мы бессмертны. Планы – о, да, есть в изобилии, а вот времени нет; будущее никому не гарантировано. Это утверждение вполне общеизвестно, банально даже. Но для подавляющего большинства составителей планов безжалостная эта формула все же – абстракция. А для меня – непреложный факт, с которым я уже привык сосуществовать. Ну да, да, почти привык.

    На самом деле, времени, конечно, нет ни у кого, зато есть приятная, но бесполезная привычка планировать свою жизнь так, словно мы бессмертны. Планы – о, да, есть в изобилии, а вот времени нет; будущее никому не гарантировано. Это утверждение вполне общеизвестно, банально даже. Но для подавляющего большинства составителей планов безжалостная эта формула все же – абстракция. А для меня – непреложный факт, с которым я уже привык сосуществовать. Ну да, да, почти привык.

    — Макс Фрай · книга