30 цитат персонажа «Матео Торрес» — читаем и делимся

Собрали 30 цитат персонажа «Матео Торрес» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Любовь — это суперспособность, данная каждому из нас, только эту суперспособность я не всегда смогу контролировать. Особенно когда повзрослею. Иногда будет накатывать волна чистого безумия, и главное — не бояться, если моя сила заденет кого-то, кого я даже не планировал задеть.

   Любовь — это суперспособность, данная каждому из нас, только эту суперспособность я не всегда смогу контролировать. Особенно когда повзрослею. Иногда будет накатывать волна чистого безумия, и главное — не бояться, если моя сила заденет кого-то, кого я даже не планировал задеть.

   — Адам Сильвера · книга
2. «

   Не важно, какие решения мы примем — вместе или по отдельности, — финишная линия у нас одна. Не важно, сколько раз на перекрестке будем вертеть головой вправо и влево. Не важно, откажемся ли прыгать с парашютом в попытке не подвергать себя лишней опасности и лишаясь возможности полетать, как любимые супергерои. Не важно, опустим ли голову пониже, проходя мимо хулиганов в бандитском квартале. Не важно, как мы будем жить: в конце мы оба умрем.

   Не важно, какие решения мы примем — вместе или по отдельности, — финишная линия у нас одна. Не важно, сколько раз на перекрестке будем вертеть головой вправо и влево. Не важно, откажемся ли прыгать с парашютом в попытке не подвергать себя лишней опасности и лишаясь возможности полетать, как любимые супергерои. Не важно, опустим ли голову пониже, проходя мимо хулиганов в бандитском квартале. Не важно, как мы будем жить: в конце мы оба умрем.

   — Адам Сильвера · книга
3. «

   Когда я включаю газ, все внутри меня опускается от чувства сожаления. Даже когда знаешь, что перед тобой твоя смерть, вспышка все равно ошарашивает.

   Когда я включаю газ, все внутри меня опускается от чувства сожаления. Даже когда знаешь, что перед тобой твоя смерть, вспышка все равно ошарашивает.

   — Адам Сильвера · книга
4. «

   Когда кто-то выставляет перед вами свой жизненный путь, невозможно отвернуться, даже если вы точно знаете, что в конце этого пути он умрет.

   Когда кто-то выставляет перед вами свой жизненный путь, невозможно отвернуться, даже если вы точно знаете, что в конце этого пути он умрет.

   — Адам Сильвера · книга
5. «

   Иногда правда — это секрет, который ты скрываешь даже от самого себя, потому что жить во лжи гораздо проще.

   Иногда правда — это секрет, который ты скрываешь даже от самого себя, потому что жить во лжи гораздо проще.

   — Адам Сильвера · книга
6. «

   Я скучаю... Я скучаю по временам, когда был таким маленьким, что не боялся смерти. Скучаю даже по вчерашнему дню: вчера я был параноиком, но не должен был умереть.

   Я скучаю... Я скучаю по временам, когда был таким маленьким, что не боялся смерти. Скучаю даже по вчерашнему дню: вчера я был параноиком, но не должен был умереть.

   — Адам Сильвера · книга
7. «

   Погано, что мне больше никогда не приснятся сны. А ведь последний сон в моей жизни даже не был хорошим.

   Погано, что мне больше никогда не приснятся сны. А ведь последний сон в моей жизни даже не был хорошим.

   — Адам Сильвера · книга
8. «

   Я потратил впустую все вчера, а в запасе у меня не осталось ни единого завтра.

   Я потратил впустую все вчера, а в запасе у меня не осталось ни единого завтра.

   — Адам Сильвера · книга
9. «

   Я всегда боялся смерти. Не знаю почему, но мне казалось, что своим страхом я могу ее сглазить и она за мной не придет. Папа даже вбивал мне в голову, что надо притворятся, будто я главный герой какой-нибудь истории, с которым не может произойти ничего плохого. Ведь главные герои не умирают — они всегда должны быть на посту и всех спасать.

   Я всегда боялся смерти. Не знаю почему, но мне казалось, что своим страхом я могу ее сглазить и она за мной не придет. Папа даже вбивал мне в голову, что надо притворятся, будто я главный герой какой-нибудь истории, с которым не может произойти ничего плохого. Ведь главные герои не умирают — они всегда должны быть на посту и всех спасать.

   — Адам Сильвера · книга
10. «

    Я на финишной прямой, хотя никогда не участвовал в забеге.

    Я на финишной прямой, хотя никогда не участвовал в забеге.

    — Адам Сильвера · книга
11. «

    Я единственный ребенок в семье, и у меня есть только папа. Но он уже две недели в коме и, возможно, выйдет из нее уже после того, как меня не станет. Я хочу, чтобы он мной гордился, хочу успеть проявить себя. Я не могу и дальше быть мальчиком, который ходит с низко опущенной головой, потому что так обкрадываю себя, лишаю общения с вами. Наверное, стоило бы познакомиться с некоторыми из вас куда раньше.

    Я единственный ребенок в семье, и у меня есть только папа. Но он уже две недели в коме и, возможно, выйдет из нее уже после того, как меня не станет. Я хочу, чтобы он мной гордился, хочу успеть проявить себя. Я не могу и дальше быть мальчиком, который ходит с низко опущенной головой, потому что так обкрадываю себя, лишаю общения с вами. Наверное, стоило бы познакомиться с некоторыми из вас куда раньше.

    — Адам Сильвера · книга
12. «

    Как-то он сказал мне, что истории могут сделать человека бессмертным, пока есть те, кто готов их слушать.

    Как-то он сказал мне, что истории могут сделать человека бессмертным, пока есть те, кто готов их слушать.

    — Адам Сильвера · книга
13. «

    — Встать — значит уйти, — говорю я. — Ага, — говорит Руфус. — Уйти — значит умереть, — говорю я. — Не-а. Уйти — значит пожить перед тем, как умереть. Вперед.

    — Встать — значит уйти, — говорю я. — Ага, — говорит Руфус. — Уйти — значит умереть, — говорю я. — Не-а. Уйти — значит пожить перед тем, как умереть. Вперед.

    — Адам Сильвера · книга
14. «

    Мы все конечны, и не важно, когда произойдет конец. Ничья жизнь не продлится вечно, но то, что мы после себя оставляем, делает нас живыми для других людей.

    Мы все конечны, и не важно, когда произойдет конец. Ничья жизнь не продлится вечно, но то, что мы после себя оставляем, делает нас живыми для других людей.

    — Адам Сильвера · книга
15. «

    Знаешь, Кристиан страшно бы тобой гордился. Ты — шанс Пенни стать счастливой в мире, полном дешевых обещаний и нулевых гарантий. В мире, который не всегда вознаграждает тех, кто ни разу не ошибался. В том смысле, что мир способен изгадить жизнь хорошему человеку так же легко, как и не совсем хорошему, но ты все равно бескорыстно посвящаешь кому-то все свои дни без остатка. Не все запрограммированы так, как ты.

    Знаешь, Кристиан страшно бы тобой гордился. Ты — шанс Пенни стать счастливой в мире, полном дешевых обещаний и нулевых гарантий. В мире, который не всегда вознаграждает тех, кто ни разу не ошибался. В том смысле, что мир способен изгадить жизнь хорошему человеку так же легко, как и не совсем хорошему, но ты все равно бескорыстно посвящаешь кому-то все свои дни без остатка. Не все запрограммированы так, как ты.

    — Адам Сильвера · книга
16. «

    Но разве не было бы круче, если бы мы уже сейчас знали, что мертвы, и не проживали последний день в страхе, гадая, как это случится?

    Но разве не было бы круче, если бы мы уже сейчас знали, что мертвы, и не проживали последний день в страхе, гадая, как это случится?

    — Адам Сильвера · книга
17. «

    Здесь лежит Матео: он жил для всех.

    Здесь лежит Матео: он жил для всех.

    — Адам Сильвера · книга
18. «

    Надеюсь, кто-то окажется так же добр и к нам, когда пробьет наш час.

    Надеюсь, кто-то окажется так же добр и к нам, когда пробьет наш час.

    — Адам Сильвера · книга
19. «

    В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

    В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

    — Адам Сильвера · книга
20. «

    И я думаю: как же погано, что все мы рождаемся и растем, чтобы умереть.

    И я думаю: как же погано, что все мы рождаемся и растем, чтобы умереть.

    — Адам Сильвера · книга