20 фраз персонажа «Миссис Оллонби» — избранное

Собрали 20 цитат персонажа «Миссис Оллонби» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мужчина всегда хочет быть первой любовью женщины. Такое у них нелепое тщеславие. Мы, женщины, более чутки в таких вещах. Нам хотелось бы стать последней любовью мужчины.

   Мужчина всегда хочет быть первой любовью женщины. Такое у них нелепое тщеславие. Мы, женщины, более чутки в таких вещах. Нам хотелось бы стать последней любовью мужчины.

   — Оскар Уайльд · книга
2. «

   Жизнь, леди Статфилд, есть просто «un mauvaise quart d`heure»*, составленное из мгновений счастья.

   Жизнь, леди Статфилд, есть просто «un mauvaise quart d`heure»*, составленное из мгновений счастья.

   — Оскар Уайльд · книга
3. «

   Не знаю, можно ли вообще говорить о нас как о чужой собственности. Все мужчины — собственность замужних женщин. Это единственно верное определение того, что такое собственность замужних женщин. Мы же не принадлежим никому.

   Не знаю, можно ли вообще говорить о нас как о чужой собственности. Все мужчины — собственность замужних женщин. Это единственно верное определение того, что такое собственность замужних женщин. Мы же не принадлежим никому.

   — Оскар Уайльд · книга
4. «

   — Любопытно, что некрасивые женщины всегда ревнуют своих мужей, а красивые — никогда. — Красивым женщинам некогда. Они всегда так заняты — ревнуют чужих мужей.

   — Любопытно, что некрасивые женщины всегда ревнуют своих мужей, а красивые — никогда. — Красивым женщинам некогда. Они всегда так заняты — ревнуют чужих мужей.

   — Оскар Уайльд · книга
5. «

   — Но вы не сказали мне, какую же награду получит идеальный мужчина? — Какую награду? О, возможность бесконечно надеяться. Этого ему вполне достаточно.

   — Но вы не сказали мне, какую же награду получит идеальный мужчина? — Какую награду? О, возможность бесконечно надеяться. Этого ему вполне достаточно.

   — Оскар Уайльд · книга
6. «

   Я обожаю мужчин за семьдесят. Они всегда предлагают женщинам любовь до гроба.

   Я обожаю мужчин за семьдесят. Они всегда предлагают женщинам любовь до гроба.

   — Оскар Уайльд · книга
7. «

   — Какое облегчение избавиться от мужчин хоть ненадолго! — Да, мужчины нас так преследуют, правда? — Преследуют? Хотелось бы мне, чтоб они нас преследовали. — Дорогая моя! — Досадно, что эти негодные могут быть совершенно счастливы и без нас. Вот почему, мне кажется, долг каждой женщины не оставлять их ни на минуту...

   — Какое облегчение избавиться от мужчин хоть ненадолго! — Да, мужчины нас так преследуют, правда? — Преследуют? Хотелось бы мне, чтоб они нас преследовали. — Дорогая моя! — Досадно, что эти негодные могут быть совершенно счастливы и без нас. Вот почему, мне кажется, долг каждой женщины не оставлять их ни на минуту...

   — Оскар Уайльд · книга
8. «

   — А вы знаете, что такое хорошая репутация? — Это одна из многих неприятностей, которых мне не пришлось испытать.

   — А вы знаете, что такое хорошая репутация? — Это одна из многих неприятностей, которых мне не пришлось испытать.

   — Оскар Уайльд · книга
9. «

   — А знаете ли, мне всегда удается все, что бы я ни задумал. — Очень жаль это слышать. Мы, женщины, обожаем неудачников. Мы их опора. — Вы поклоняетесь победителям. Вы льнете к ним. — Мы – лавровые венки, прикрывающие их лысину. — А вы им нужны постоянно, кроме минуты торжества. — В эту минуту они неинтересны.

   — А знаете ли, мне всегда удается все, что бы я ни задумал. — Очень жаль это слышать. Мы, женщины, обожаем неудачников. Мы их опора. — Вы поклоняетесь победителям. Вы льнете к ним. — Мы – лавровые венки, прикрывающие их лысину. — А вы им нужны постоянно, кроме минуты торжества. — В эту минуту они неинтересны.

   — Оскар Уайльд · книга
10. «

    — Какой вы, должно быть, насквозь испорченный человек! — Кого вы считаете испорченным? — Тех мужчин, которые восхищаются невинностью.

    — Какой вы, должно быть, насквозь испорченный человек! — Кого вы считаете испорченным? — Тех мужчин, которые восхищаются невинностью.

    — Оскар Уайльд · книга
11. «

    Семья распадается гораздо чаще от здравомыслия мужа, чем от чего-нибудь другого. Как может женщина быть счастливой с человеком, который упорно желает видеть в ней вполне разумное существо?

    Семья распадается гораздо чаще от здравомыслия мужа, чем от чего-нибудь другого. Как может женщина быть счастливой с человеком, который упорно желает видеть в ней вполне разумное существо?

    — Оскар Уайльд · книга
12. «

    Мы, женщины, обожаем неудачников. Мы их опора.

    Мы, женщины, обожаем неудачников. Мы их опора.

    — Оскар Уайльд · книга
13. «

    — Всё это вздор и чепуха — насчёт мужчин. Надо только, чтобы мужчина знал свое место. — А где же его место, леди Кэролайн? — Возле жены, миссис Оллонби. — Вот как?... А если он не женат? — Если он не женат, так должен искать себе жену. Это просто позор, сколько холостяков встречаешь нынче в обществе. Надо бы провести такой закон, чтобы заставить их всех жениться в течение года.

    — Всё это вздор и чепуха — насчёт мужчин. Надо только, чтобы мужчина знал свое место. — А где же его место, леди Кэролайн? — Возле жены, миссис Оллонби. — Вот как?... А если он не женат? — Если он не женат, так должен искать себе жену. Это просто позор, сколько холостяков встречаешь нынче в обществе. Надо бы провести такой закон, чтобы заставить их всех жениться в течение года.

    — Оскар Уайльд · книга
14. «

    Мужчина, бедненький, неловкий, основательный и надежный мужчина принадлежит к тому полу, который уже целые миллионы лет был разумен. Он ничего с собой поделать не может. Это у него в крови. А история женщины совершенно иная. Мы всегда были живописным протестом против самого существования здравого смысла. Мы заметили его опасность с самого начала.

    Мужчина, бедненький, неловкий, основательный и надежный мужчина принадлежит к тому полу, который уже целые миллионы лет был разумен. Он ничего с собой поделать не может. Это у него в крови. А история женщины совершенно иная. Мы всегда были живописным протестом против самого существования здравого смысла. Мы заметили его опасность с самого начала.

    — Оскар Уайльд · книга
15. «

    — Книга Жизни начинается с мужчины и женщины в саду. — А кончается Откровением.

    — Книга Жизни начинается с мужчины и женщины в саду. — А кончается Откровением.

    — Оскар Уайльд · книга
16. «

    Я думаю, бежать — это трусость. Это значит избегать опасности. А опасности так редко встречаются в нашей жизни.

    Я думаю, бежать — это трусость. Это значит избегать опасности. А опасности так редко встречаются в нашей жизни.

    — Оскар Уайльд · книга
17. «

    — Ах, мир был создан для мужчин, а не для женщин! — Не скажите, леди Статфилд. Нам живется гораздо веселее. Для нас существует гораздо больше запретного, чем для них.

    — Ах, мир был создан для мужчин, а не для женщин! — Не скажите, леди Статфилд. Нам живется гораздо веселее. Для нас существует гораздо больше запретного, чем для них.

    — Оскар Уайльд · книга
18. «

    — Разве она такая загадка? — Больше чем загадка – она настроение. — Настроения длятся недолго. — В этом их главное очарование.

    — Разве она такая загадка? — Больше чем загадка – она настроение. — Настроения длятся недолго. — В этом их главное очарование.

    — Оскар Уайльд · книга
19. «

    — Как вы думаете, что она сделает, если я ее поцелую? — Заставит вас жениться на ней или даст пощечину. А что бы вы сделали, если бы она ударила вас по щеке перчаткой? — Вероятно, влюбился бы в нее.

    — Как вы думаете, что она сделает, если я ее поцелую? — Заставит вас жениться на ней или даст пощечину. А что бы вы сделали, если бы она ударила вас по щеке перчаткой? — Вероятно, влюбился бы в нее.

    — Оскар Уайльд · книга
20. «

    Идеальный мужчина должен говорить с нами как с богинями, а обращаться с нами – как с детьми. Он должен отказывать нам во всех серьезных просьбах и потакать всем нашим капризам. Потворствовать всем нашим прихотям и запрещать нам иметь призвание. Он должен всегда говорить не то, что думает, и думать не то, что говорит… Он не должен пренебрегать другими хорошенькими женщинами. Это доказало бы, что у него нет вкуса, или вызвало бы подозрение, что вкуса у него слишком много. Нет, он должен быть мил со всеми женщинами, но говорить, что они почему-то его не привлекают.

    Идеальный мужчина должен говорить с нами как с богинями, а обращаться с нами – как с детьми. Он должен отказывать нам во всех серьезных просьбах и потакать всем нашим капризам. Потворствовать всем нашим прихотям и запрещать нам иметь призвание. Он должен всегда говорить не то, что думает, и думать не то, что говорит… Он не должен пренебрегать другими хорошенькими женщинами. Это доказало бы, что у него нет вкуса, или вызвало бы подозрение, что вкуса у него слишком много. Нет, он должен быть мил со всеми женщинами, но говорить, что они почему-то его не привлекают.

    — Оскар Уайльд · книга