17 лучших цитат персонажа «Наташа Петрова»

Ниже 17 цитат персонажа «Наташа Петрова»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Уже осень. А осенью не следует оставаться одной. Пережить осень и так достаточно трудно.

   Уже осень. А осенью не следует оставаться одной. Пережить осень и так достаточно трудно.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   — Да, в чем можно быть уверенным? — В этой водке, что у меня в стакане, в куске мяса на плите и, надеюсь, в нас обоих…

   — Да, в чем можно быть уверенным? — В этой водке, что у меня в стакане, в куске мяса на плите и, надеюсь, в нас обоих…

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   — Тебе нравятся слезливые дуры, которые грозятся уйти в монастырь? — Когда я здесь, не нравятся, а когда уезжаю, очень нравятся. — Нельзя иметь все сразу. — Это самая грустная сентенция из всех, какие существуют. — Не самая грустная, а самая мудрая.

   — Тебе нравятся слезливые дуры, которые грозятся уйти в монастырь? — Когда я здесь, не нравятся, а когда уезжаю, очень нравятся. — Нельзя иметь все сразу. — Это самая грустная сентенция из всех, какие существуют. — Не самая грустная, а самая мудрая.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   — Я не умею ездить верхом, плавать или играть в теннис. Я из тех, кто любит валяться на диване и болтать. — Что вы еще можете о себе рассказать? — Я сентиментальна, романтична и невыносима. Обожаю дешевую романтику. И чем дешевле, тем лучше.

   — Я не умею ездить верхом, плавать или играть в теннис. Я из тех, кто любит валяться на диване и болтать. — Что вы еще можете о себе рассказать? — Я сентиментальна, романтична и невыносима. Обожаю дешевую романтику. И чем дешевле, тем лучше.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   — Уже осень. А осенью не следует оставаться одной. Пережить осень и так достаточно трудно. — Для тебя настала зима. Ты ведь всегда на один сезон опережаешь время. Помнишь, ты мне говорила? А сейчас ты в разгаре зимних мод и снежных вьюг.

   — Уже осень. А осенью не следует оставаться одной. Пережить осень и так достаточно трудно. — Для тебя настала зима. Ты ведь всегда на один сезон опережаешь время. Помнишь, ты мне говорила? А сейчас ты в разгаре зимних мод и снежных вьюг.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   — ... быть может, во всём виновата осень; я ощущаю её сильнее, чем ты. Осенью рвутся пакты и всё становится недействительным. И человек хочет... Да, чего же он хочет? — Любви.

   — ... быть может, во всём виновата осень; я ощущаю её сильнее, чем ты. Осенью рвутся пакты и всё становится недействительным. И человек хочет... Да, чего же он хочет? — Любви.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Все, на что находятся причины, уже само по себе подозрительно.

   Все, на что находятся причины, уже само по себе подозрительно.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   — Как трудно бедному человеку в Америке наслаждаться любовью! Без собственной квартиры это почти невозможно. Страна, наверное, полна безутешных онанистов. Проституток в этих стерильных широтах я тоже не видел. Богатырского телосложения полицейские, освобожденные от военной службы именно благодаря своей комплекции, хватают эти хилые зачатки эротики на улицах, как собачники бродячих мопсов, и доставляют их безжалостным судьям, которые приговаривают их к большим штрафам. А где же людям заниматься любовью? — В автомобилях.

   — Как трудно бедному человеку в Америке наслаждаться любовью! Без собственной квартиры это почти невозможно. Страна, наверное, полна безутешных онанистов. Проституток в этих стерильных широтах я тоже не видел. Богатырского телосложения полицейские, освобожденные от военной службы именно благодаря своей комплекции, хватают эти хилые зачатки эротики на улицах, как собачники бродячих мопсов, и доставляют их безжалостным судьям, которые приговаривают их к большим штрафам. А где же людям заниматься любовью? — В автомобилях.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Почему, собственно, мы проявляем гораздо больший интерес к несчастью своих ближних, нежели к счастью? Значит ли это, что человек — завистливая скотина?

   Почему, собственно, мы проявляем гораздо больший интерес к несчастью своих ближних, нежели к счастью? Значит ли это, что человек — завистливая скотина?

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Просто мы чужие люди, которые случайно прошли вместе какой-то отрезок пути, так и не поняв друг друга.

    Просто мы чужие люди, которые случайно прошли вместе какой-то отрезок пути, так и не поняв друг друга.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Все люди еще радуются лету, а у меня в крови уже осень.

    Все люди еще радуются лету, а у меня в крови уже осень.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Как хорошо было в старину, когда неправду называли не ложью, а фантазией и когда о чувствах судили по их силе, а не по абстрактным моральным нормам.

    Как хорошо было в старину, когда неправду называли не ложью, а фантазией и когда о чувствах судили по их силе, а не по абстрактным моральным нормам.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    — Я вообще люблю сидеть в гостиницах. В гостиницах не бывает скучно. Люди приходят и уходят. Здороваются и прощаются. Это и есть лучшие минуты в жизни. — Вы так считаете? — Наименее скучные, во всяком случае. А все, что между ними... Правда, большие гостиницы безлики. Там человек слишком тщательно скрывает свои эмоции. Тебе кажется, что в воздухе пахнет приключениями, но приобщиться к ним невозможно.

    — Я вообще люблю сидеть в гостиницах. В гостиницах не бывает скучно. Люди приходят и уходят. Здороваются и прощаются. Это и есть лучшие минуты в жизни. — Вы так считаете? — Наименее скучные, во всяком случае. А все, что между ними... Правда, большие гостиницы безлики. Там человек слишком тщательно скрывает свои эмоции. Тебе кажется, что в воздухе пахнет приключениями, но приобщиться к ним невозможно.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    — Ты будешь мне изменять? — Естественно, — сказала она. — По-твоему, это естественно? — Я не изменяю тебе, когда ты здесь. Когда человека нет, у тебя появляется чувство, будто он уже никогда не вернётся. Не сразу появляется, но очень скоро. — Как скоро? — Разве это можно сказать заранее? Не оставляй меня одну, и тебе не придётся задавать таких вопросов. — Да, это удобнее всего. — Проще всего, — поправила она. — Когда рядом кто-то есть, тебе ничего больше не нужно. А когда нет, наступает одиночество. Кто же в силах вынести одиночество? Я не в силах. — И это происходит мгновенно? Просто меняют одного на другого? — Нет, конечно. Совсем не так. Меняют не одного на другого, а одиночество на неодиночество.

    — Ты будешь мне изменять? — Естественно, — сказала она. — По-твоему, это естественно? — Я не изменяю тебе, когда ты здесь. Когда человека нет, у тебя появляется чувство, будто он уже никогда не вернётся. Не сразу появляется, но очень скоро. — Как скоро? — Разве это можно сказать заранее? Не оставляй меня одну, и тебе не придётся задавать таких вопросов. — Да, это удобнее всего. — Проще всего, — поправила она. — Когда рядом кто-то есть, тебе ничего больше не нужно. А когда нет, наступает одиночество. Кто же в силах вынести одиночество? Я не в силах. — И это происходит мгновенно? Просто меняют одного на другого? — Нет, конечно. Совсем не так. Меняют не одного на другого, а одиночество на неодиночество.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Женщины любят беспомощных мужчин. Это их сокровенная тайна.

    Женщины любят беспомощных мужчин. Это их сокровенная тайна.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    — Я человек скромный. Я думаю всего лишь о прокате, а ты сразу грабеже. Ты далеко пойдешь. — Зато проживу, наверное, меньше.

    — Я человек скромный. Я думаю всего лишь о прокате, а ты сразу грабеже. Ты далеко пойдешь. — Зато проживу, наверное, меньше.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    — Собственно, я вообще ничего толком о тебе не знаю. — Знаешь слишком много. И это мешает любви.

    — Собственно, я вообще ничего толком о тебе не знаю. — Знаешь слишком много. И это мешает любви.

    — Эрих Мария Ремарк · книга