62 сильных цитаты персонажа «Наташа»

Ниже 62 цитаты персонажа «Наташа»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Эта боль была особая — боль в душе.

   Эта боль была особая — боль в душе.

   — Вера Эфрон · книга
2. «

   И я шепчу, не подбирая слов, Как нравится тебе моя любовь Среды других событий? И вот она, пустая горсть, Опять порыв был так высок. Мы расстаемся пальцы врозь, Мы расстаемся пальцы врозь, И ты сквозь пальцы, как песок...

   И я шепчу, не подбирая слов, Как нравится тебе моя любовь Среды других событий? И вот она, пустая горсть, Опять порыв был так высок. Мы расстаемся пальцы врозь, Мы расстаемся пальцы врозь, И ты сквозь пальцы, как песок...

   — Алёша
3. «

   — Ну чего, чего ты смеёшься? [Кузя вымазался в краске] — Ты зелёный, как лягушка! [Наташа смеётся] — Спасибо этому дому, пойду к другому!

   — Ну чего, чего ты смеёшься? [Кузя вымазался в краске] — Ты зелёный, как лягушка! [Наташа смеётся] — Спасибо этому дому, пойду к другому!

   — Домовёнок Кузя · мультфильм
4. «

   — Если ты такая умная, что же ты до сих пор одна? — Я одна? Да у меня, между прочим, целый гарем! Слава богу, могу себе позволить! На все случаи жизни: Геннадий для безопасности, Василий для домашней работы, Евгений для устных разговоров, Этичка, можно сказать, для удовольствия, ну и Эдик так, для красоты. — А что, не бывает так, чтобы один и на все руки? — Бывает, но очень дорого. Даже я еще не заработала.

   — Если ты такая умная, что же ты до сих пор одна? — Я одна? Да у меня, между прочим, целый гарем! Слава богу, могу себе позволить! На все случаи жизни: Геннадий для безопасности, Василий для домашней работы, Евгений для устных разговоров, Этичка, можно сказать, для удовольствия, ну и Эдик так, для красоты. — А что, не бывает так, чтобы один и на все руки? — Бывает, но очень дорого. Даже я еще не заработала.

   — Вероника · фильм
5. «

   Мне даже кажется, что совсем и не бывает на свете такой любви, чтоб оба друг друга любили как ровные, а?

   Мне даже кажется, что совсем и не бывает на свете такой любви, чтоб оба друг друга любили как ровные, а?

   — Фёдор Михайлович Достоевский · книга
6. «

   Я была мертвой. Возможно, это прозвучит странно, но единственным способом выжить было...прекратить жить. Нет, не накинуть на шею петлю, а прекратить чувствовать, прекратить реагировать.

   Я была мертвой. Возможно, это прозвучит странно, но единственным способом выжить было...прекратить жить. Нет, не накинуть на шею петлю, а прекратить чувствовать, прекратить реагировать.

   — Вера Эфрон · книга
7. «

   — Работать буду по совести. За хозяйство не бойся. Конюшня есть? — Нет. — Это жаль. Родители есть? — Есть. — Присмотрю за ними.

   — Работать буду по совести. За хозяйство не бойся. Конюшня есть? — Нет. — Это жаль. Родители есть? — Есть. — Присмотрю за ними.

   — Домовёнок Кузя · мультфильм
8. «

   Небо разверзается надо мной, и нет в нем ни рая, ни ада, только бесконечная скорбь смерти. Смерти простой и не страшной, состоящей только из струй крови и хруста ломаемых хрящей. Смерти обыденной, как секс, который тоже пугает в детстве, пока не вырастаешь, и не становится понятно, что тем, чего ты боялся, занимаются все.

   Небо разверзается надо мной, и нет в нем ни рая, ни ада, только бесконечная скорбь смерти. Смерти простой и не страшной, состоящей только из струй крови и хруста ломаемых хрящей. Смерти обыденной, как секс, который тоже пугает в детстве, пока не вырастаешь, и не становится понятно, что тем, чего ты боялся, занимаются все.

   — Илья Масодов · книга
9. «

   Мы — это и есть воспоминания.

   Мы — это и есть воспоминания.
10. «

    — Какие там права, — махнула лапкой Наташа. — А ты знаешь, что такое цианамид кальция? Двести грамм на коровник? Или когда в закрытом навозохранилище рассыпляют железный купорос, а улететь уже поздно? У меня две подруги так погибли. А третью, Машеньку, хлористой известью залили. С вертолета. Французский учила, дура... Права насекомых, говоришь? А про серно-карболовую смесь слышал? Одна часть неочищенной серной кислоты на три части сырой карболки — вот и все наши права. Никаких прав ни у кого тут не было никогда и не будет, просто этим, — Наташа кивнула вверх, — валюта нужна. На теннисные ракетки и колготки для жен. Сэм, здесь страшно жить, понимаешь?

    — Какие там права, — махнула лапкой Наташа. — А ты знаешь, что такое цианамид кальция? Двести грамм на коровник? Или когда в закрытом навозохранилище рассыпляют железный купорос, а улететь уже поздно? У меня две подруги так погибли. А третью, Машеньку, хлористой известью залили. С вертолета. Французский учила, дура... Права насекомых, говоришь? А про серно-карболовую смесь слышал? Одна часть неочищенной серной кислоты на три части сырой карболки — вот и все наши права. Никаких прав ни у кого тут не было никогда и не будет, просто этим, — Наташа кивнула вверх, — валюта нужна. На теннисные ракетки и колготки для жен. Сэм, здесь страшно жить, понимаешь?

    — Виктор Пелевин · книга
11. «

    — Хорошо хоть было? — ... не выспалась. — Еще не хватало, чтоб ты с мужиком выспалась!

    — Хорошо хоть было? — ... не выспалась. — Еще не хватало, чтоб ты с мужиком выспалась!

    — Вероника · фильм
12. «

    Я должна тебе кое-что сказать. Я должна это сказать, даже если это будет самым глупым и унизительным поступком в моей жизни. Я люблю тебя. Всегда тебя любила, и даже если уже слишком поздно, я хочу, чтобы ты знал, что самой большой ошибкой в моей жизни было позволить тебе уйти. Ну вот, теперь ты знаешь. Если ты не любишь меня, ничего страшного. Потому что я сказала правду. Я буду знать, я сделала все, что могла, и если ты не любишь меня, это ничего не изменит. Если честно, неправда, что в этом нет ничего страшного. На самом деле это меня, вероятно, убьет. Но я все равно должна была сказать.

    Я должна тебе кое-что сказать. Я должна это сказать, даже если это будет самым глупым и унизительным поступком в моей жизни. Я люблю тебя. Всегда тебя любила, и даже если уже слишком поздно, я хочу, чтобы ты знал, что самой большой ошибкой в моей жизни было позволить тебе уйти. Ну вот, теперь ты знаешь. Если ты не любишь меня, ничего страшного. Потому что я сказала правду. Я буду знать, я сделала все, что могла, и если ты не любишь меня, это ничего не изменит. Если честно, неправда, что в этом нет ничего страшного. На самом деле это меня, вероятно, убьет. Но я все равно должна была сказать.

    — Джоджо Мойес · книга
13. «

    ... Самая главная свобода всегда была внутри человека. В душе. Даже самые страшные тираны не могли отнять у человека право думать по-своему.

    ... Самая главная свобода всегда была внутри человека. В душе. Даже самые страшные тираны не могли отнять у человека право думать по-своему.

    — Сергей Лукьяненко · книга
14. «

    — Иногда мне всё же надоедает быть эмигрантом, — сказал я, ещё более раздосадованный. — Сегодня я, к примеру, весь день быть эмигрантом. Сперва с Силверсом, потом с Каном. Как ты относишься к тому, чтобы побыть просто людьми? — Когда человеку не надо заботиться ни о своем пропитании, ни о крове, он перестаёт быть просто человеком, дорогой мой Руссо и Торо. Даже любовь вдет к катастрофам. — В том случае, если её воспринимать иначе, чем мы. — А как мы её воспринимаем? — В общем плане. А не в частном. — Боже правый! — сказала Наташа. — Воспринимаем как море. В целом. А не как отдельную волну. Ведь ты сама так думаешь? Или нет? — Я? — В голове Наташи слышалось удивление. — Да. Ты. Со всеми твоими многочисленными друзьями. Наступила краткая пауза. Потом она сказала: — Как, по-твоему, рюмка водки меня не убьёт?

    — Иногда мне всё же надоедает быть эмигрантом, — сказал я, ещё более раздосадованный. — Сегодня я, к примеру, весь день быть эмигрантом. Сперва с Силверсом, потом с Каном. Как ты относишься к тому, чтобы побыть просто людьми? — Когда человеку не надо заботиться ни о своем пропитании, ни о крове, он перестаёт быть просто человеком, дорогой мой Руссо и Торо. Даже любовь вдет к катастрофам. — В том случае, если её воспринимать иначе, чем мы. — А как мы её воспринимаем? — В общем плане. А не в частном. — Боже правый! — сказала Наташа. — Воспринимаем как море. В целом. А не как отдельную волну. Ведь ты сама так думаешь? Или нет? — Я? — В голове Наташи слышалось удивление. — Да. Ты. Со всеми твоими многочисленными друзьями. Наступила краткая пауза. Потом она сказала: — Как, по-твоему, рюмка водки меня не убьёт?

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Не клянись, и не станешь клятвопреступником.

    Не клянись, и не станешь клятвопреступником.

    — Лана Барсукова · книга
16. «

    — Записала я тебя на 3 к косметичке, а то выглядишь как Новый Орлеан после наводнения!

    — Записала я тебя на 3 к косметичке, а то выглядишь как Новый Орлеан после наводнения!

    — М+Ж (Я Люблю Тебя) · фильм
17. «

    — Я в этом городе лучший, Наташа, и ты знаешь об этом! Мне тут по кайфу! Я вышел — и тут река. А там что, в твоей Москве, по четыре раза в год плитку перекладывают... — То есть, такой предел мечтаний у моего мужчины: вышел — и река! А стать лучшим в стране ты не хочешь.

    — Я в этом городе лучший, Наташа, и ты знаешь об этом! Мне тут по кайфу! Я вышел — и тут река. А там что, в твоей Москве, по четыре раза в год плитку перекладывают... — То есть, такой предел мечтаний у моего мужчины: вышел — и река! А стать лучшим в стране ты не хочешь.

    — Наташа · фильм
18. «

    Чёртовы подсолнухи… Чёртовы подсолнухи, милые цветы зла.

    Чёртовы подсолнухи… Чёртовы подсолнухи, милые цветы зла.

    — Илья Масодов · книга
19. «

    Счастье – это когда постоянно хочется целоваться в лифте. А когда ты впервые не захочешь это делать в лифте – значит, счастье кончилось.

    Счастье – это когда постоянно хочется целоваться в лифте. А когда ты впервые не захочешь это делать в лифте – значит, счастье кончилось.

    — Сергей Минаев · книга
20. «

    — Кто только их не морочит? — Кого? — Людей. Ты — меня обманываешь, другой — тебя. Каждый готов обмануть другого.

    — Кто только их не морочит? — Кого? — Людей. Ты — меня обманываешь, другой — тебя. Каждый готов обмануть другого.

    — Панас Мирный · книга