20 цитат персонажа «Нил Джостен» для вдохновения

Собрали 20 цитат персонажа «Нил Джостен» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Несколько недель назад вы с Рене обсуждали план действий на случай зомби-апокалипсиса. Она сказала, что сосредоточится на уцелевших. Ты сказал, что вернёшься только за некоторыми. За пятью из нас, — уточнил Нил, показав Эндрю раскрытую ладонь. — Ты не считал Эбби и тренера. Учитывая, что ты поручил Рене заботу об остальной части команды, думаю, последнее место для Добсон. Он знал, что Эндрю не ответит, поэтому опустил руку и добавил: — Я ничего не сказал тогда, потому что понимал, что, если мир полетит под откос, меня будет волновать только собственное выживание. Я больше не хочу быть таким человеком. Хочу вернуться за тобой.

   — Несколько недель назад вы с Рене обсуждали план действий на случай зомби-апокалипсиса. Она сказала, что сосредоточится на уцелевших. Ты сказал, что вернёшься только за некоторыми. За пятью из нас, — уточнил Нил, показав Эндрю раскрытую ладонь. — Ты не считал Эбби и тренера. Учитывая, что ты поручил Рене заботу об остальной части команды, думаю, последнее место для Добсон. Он знал, что Эндрю не ответит, поэтому опустил руку и добавил: — Я ничего не сказал тогда, потому что понимал, что, если мир полетит под откос, меня будет волновать только собственное выживание. Я больше не хочу быть таким человеком. Хочу вернуться за тобой.

   — Нора Сакавич · книга
2. «

   Тела танцующих людей и вспышки света смешались в одно скачущее пятно, от вида которого начинало подташнивать. В попытке высвободиться он расцарапал Хэммику всю руку, но тот не остановился, пока они не дошли до центра танцпола, в самое сердце бушующей толпы. Притянув Нила к себе, он схватил его подбородок пальцами и задрал лицо навстречу. Поцелуй Ники оказался жестче и настойчивей, чем ожидалось. Он ворвался в его рот языком, делясь обжигающей водкой со сладким привкусом крекерной пыли. Пытаясь избавиться от жжения во рту, Нил инстинктивно сглотнул. — Такие вот условия игры, — выдохнул Ники ему в губы. — Перестань постоянно огрызаться, если хочешь выжить.

   Тела танцующих людей и вспышки света смешались в одно скачущее пятно, от вида которого начинало подташнивать. В попытке высвободиться он расцарапал Хэммику всю руку, но тот не остановился, пока они не дошли до центра танцпола, в самое сердце бушующей толпы. Притянув Нила к себе, он схватил его подбородок пальцами и задрал лицо навстречу. Поцелуй Ники оказался жестче и настойчивей, чем ожидалось. Он ворвался в его рот языком, делясь обжигающей водкой со сладким привкусом крекерной пыли. Пытаясь избавиться от жжения во рту, Нил инстинктивно сглотнул. — Такие вот условия игры, — выдохнул Ники ему в губы. — Перестань постоянно огрызаться, если хочешь выжить.

   — Нора Сакавич · книга
3. «

   Ичиро не стал бы тратить своё время на Нила Джостена, а значит Нилу придётся говорить не от своего имени, а от имени Веснински.

   Ичиро не стал бы тратить своё время на Нила Джостена, а значит Нилу придётся говорить не от своего имени, а от имени Веснински.

   — Нора Сакавич · книга
4. «

   — Короче, я понял, — сказал Нил. — Из тебя растили суперзвезду, и тебе, наверное, пришлось очень, очень тяжко. В тебе видели только ресурс, но не человека, нечто совершенно бесполезное за пределами поля. Да, звучит жестко. Мы с Кевином постоянно обсуждаем твои многочисленные комплексы, которыми одарил тебя папаша. — Нил! — с тихой яростью в голосе процедил Кевин. Не обращая на него внимания, Нил продолжал: — Понимаю, в твоей психической неуравновешенности и беспредельной мании величия виноват не только ты. Кроме того, ясно, что ты чисто физически не способен разговаривать с окружающими как все нормальные люди. Тем не менее это не означает, что мы обязаны выслушивать все то дерьмо, которое из тебя льется. Жалость — это, конечно, повод во многом тебя оправдать, но свой лимит на жалость ты исчерпал примерно шесть оскорблений назад. Так что, пожалуйста — пожалуйста, — заткни уже пасть и не цепляйся к нам. Вороны разом уронили челюсти. Нарушив свою идеальную симметрию, они ошеломленно пялились на Нила.

   — Короче, я понял, — сказал Нил. — Из тебя растили суперзвезду, и тебе, наверное, пришлось очень, очень тяжко. В тебе видели только ресурс, но не человека, нечто совершенно бесполезное за пределами поля. Да, звучит жестко. Мы с Кевином постоянно обсуждаем твои многочисленные комплексы, которыми одарил тебя папаша. — Нил! — с тихой яростью в голосе процедил Кевин. Не обращая на него внимания, Нил продолжал: — Понимаю, в твоей психической неуравновешенности и беспредельной мании величия виноват не только ты. Кроме того, ясно, что ты чисто физически не способен разговаривать с окружающими как все нормальные люди. Тем не менее это не означает, что мы обязаны выслушивать все то дерьмо, которое из тебя льется. Жалость — это, конечно, повод во многом тебя оправдать, но свой лимит на жалость ты исчерпал примерно шесть оскорблений назад. Так что, пожалуйста — пожалуйста, — заткни уже пасть и не цепляйся к нам. Вороны разом уронили челюсти. Нарушив свою идеальную симметрию, они ошеломленно пялились на Нила.

   — Нора Сакавич · книга
5. «

   Нил шагнул вперёд, заслоняя его собой. Такая храбрость вызвала у Рико улыбку, только радостью его лицо не светилось. Нил не осознавал, что тоже улыбается — хищной улыбкой, унаследованной от отца. Он убрал стаканчик от губ, чтобы Рико мог получше её разглядеть.

   Нил шагнул вперёд, заслоняя его собой. Такая храбрость вызвала у Рико улыбку, только радостью его лицо не светилось. Нил не осознавал, что тоже улыбается — хищной улыбкой, унаследованной от отца. Он убрал стаканчик от губ, чтобы Рико мог получше её разглядеть.

   — Нора Сакавич · книга
6. «

   — На самом деле, — продолжил Таунс, — они, должно быть, уже выехали домой. Допрос прошёл быстро, и после этого мы их сразу отпустили. — Ошибаешься, — качнул головой Натаниэль. — Они не уедут без Эндрю, а Эндрю не уедет, пока не поговорит со мной. — Ты не можешь быть так уверен. — Нет, могу.

   — На самом деле, — продолжил Таунс, — они, должно быть, уже выехали домой. Допрос прошёл быстро, и после этого мы их сразу отпустили. — Ошибаешься, — качнул головой Натаниэль. — Они не уедут без Эндрю, а Эндрю не уедет, пока не поговорит со мной. — Ты не можешь быть так уверен. — Нет, могу.

   — Нора Сакавич · книга
7. «

   ‌— Скажи своему психованному животному остыть, пока он не покалечил кого-нибудь. — Не думаю, что он станет меня слушать, — усомнился Нил. — Мы оба знаем, что станет. Вперёд.

   ‌— Скажи своему психованному животному остыть, пока он не покалечил кого-нибудь. — Не думаю, что он станет меня слушать, — усомнился Нил. — Мы оба знаем, что станет. Вперёд.

   — Нора Сакавич · книга
8. «

   — Когда я пообещал, что мы с Эбби о тебе позаботимся, я совсем не имел в виду, что ты можешь сцепиться с Рико на национальном телевидении в прямом эфире. Или мне стоило произнести это по слогам заранее? — Видимо, — всё, что ответил Нил. — Всё нормально, тренер, — присоединившись к ним, вмешался Эндрю. Не сбавляя шаг, он едва осязаемо коснулся пальцами спины Нила, посылая волну незнакомых мурашек.

   — Когда я пообещал, что мы с Эбби о тебе позаботимся, я совсем не имел в виду, что ты можешь сцепиться с Рико на национальном телевидении в прямом эфире. Или мне стоило произнести это по слогам заранее? — Видимо, — всё, что ответил Нил. — Всё нормально, тренер, — присоединившись к ним, вмешался Эндрю. Не сбавляя шаг, он едва осязаемо коснулся пальцами спины Нила, посылая волну незнакомых мурашек.

   — Нора Сакавич · книга
9. «

   — Но я просто никто. — Ты не никто, — ответил Ичиро, — поэтому я здесь. Ты понимаешь это.

   — Но я просто никто. — Ты не никто, — ответил Ичиро, — поэтому я здесь. Ты понимаешь это.

   — Нора Сакавич · книга
10. «

    Как при твоей бешеной тяге к саморазрушению ты до сих пор жив?

    Как при твоей бешеной тяге к саморазрушению ты до сих пор жив?

    — Нора Сакавич · книга
11. «

    — Рене сказала, что старшекурсники поспорили на твою ориентацию. Их мнение разделилось. Мэтт рассказывал, что они ставили на Нила, но Джостен никак не ожидал, в чём окажется суть спора. На секунду он растерялся, не зная, как отреагировать, а затем произнёс: — Пустая трата их времени и денег. В конечном итоге они все проиграют. На протяжении года я абсолютно честно говорил, что не интересуюсь другим. Поцелуй с тобой ничего не изменил. Просто единственный, кем я интересуюсь, это ты. — Не говори чушь. — Останови меня.

    — Рене сказала, что старшекурсники поспорили на твою ориентацию. Их мнение разделилось. Мэтт рассказывал, что они ставили на Нила, но Джостен никак не ожидал, в чём окажется суть спора. На секунду он растерялся, не зная, как отреагировать, а затем произнёс: — Пустая трата их времени и денег. В конечном итоге они все проиграют. На протяжении года я абсолютно честно говорил, что не интересуюсь другим. Поцелуй с тобой ничего не изменил. Просто единственный, кем я интересуюсь, это ты. — Не говори чушь. — Останови меня.

    — Нора Сакавич · книга
12. «

    — Катись нахуй, калека. Даже через всю комнату Нил заметил, как побелело лицо Кевина. — Как ты назвал меня? — Я назвал тебя бесполезным балластом, — повторил Нил.

    — Катись нахуй, калека. Даже через всю комнату Нил заметил, как побелело лицо Кевина. — Как ты назвал меня? — Я назвал тебя бесполезным балластом, — повторил Нил.

    — Нора Сакавич · книга
13. «

    Он достал из бумажника запасную пару линз, заготовленную на всякий случай. Отклеив защитную пленку упаковки, он надел их и сменил клубный костюм на предложенные джинсы и футболку. Вещи сидели отлично, но воспоминание о том, как они разузнали его размер, разозлило Нила только сильнее. Он скомкал вчерашнюю одежду, запихнул её в унитаз так глубоко, как смог, полностью утопив ткань в воде, и опустил стульчак. Джостен отодвинул душевую шторку, врубил воду на максимум и снова задернул её. Шум воды почти полностью заглушил скрип отворяющихся створок окна. Выбраться из окна оказалось сложнее, чем ожидалось, но отчаяние, как известно, отличный лубрикант.

    Он достал из бумажника запасную пару линз, заготовленную на всякий случай. Отклеив защитную пленку упаковки, он надел их и сменил клубный костюм на предложенные джинсы и футболку. Вещи сидели отлично, но воспоминание о том, как они разузнали его размер, разозлило Нила только сильнее. Он скомкал вчерашнюю одежду, запихнул её в унитаз так глубоко, как смог, полностью утопив ткань в воде, и опустил стульчак. Джостен отодвинул душевую шторку, врубил воду на максимум и снова задернул её. Шум воды почти полностью заглушил скрип отворяющихся створок окна. Выбраться из окна оказалось сложнее, чем ожидалось, но отчаяние, как известно, отличный лубрикант.

    — Нора Сакавич · книга
14. «

    — Как ты? Он осушил оба стаканчика и только потом ответил: — В порядке. Ники победно дернул кулаком. — Спасибо тебе, Нил, за то, что ты такой предсказуемый. Два твоих слова только что принесли мне десять баксов. Мэтт вскинул глаза. Кевин выглядел рассерженным, однако злился он не на Хэммика, а на Нила. — Видишь это, идиот? — Он потряс в воздухе левой рукой. На расстоянии шрамы были не видны, однако Нил понял, что имеет в виду Кевин. — Травмы — это не шутка, их нельзя скрывать. Если получил травму, не молчи. Мне все равно: сбавишь ты скорость, попросишь тренера тебя заменить или обратишься за помощью к Эбби, — но если еще хоть раз скажешь: «Я в порядке», когда дело касается твоего здоровья, я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще родился на свет. Ясно? *** — Когда мне понадобилась помощь в Колумбии, я позвонил Мэтту. — О да, — сухо кивнул Ники. — Эту песню мы уже слышали. Ты позвонил Мэтту, выдал ему свою обычную присказку «Я в порядке» и дернул назад автостопом черт знает с кем. *** — Нил. Он слишком хорошо знал этот тон. — Я в порядке. — Еще раз услышу этот дебильный ответ, и ты у меня схлопочешь, — пригрозил Ваймак. *** — Ладно, хватит стоять столбом, иди спать. — Я в порядке. Слова вырвались у него сами собой. Ваймак ничего не сказал, но его взгляд был красноречивее всяких слов. ... — Нил, — произнес он, — между нами говоря, ты никогда не был в порядке. *** — У тебя тут все хорошо? — поинтересовался он. — Я в порядке. Ники продолжал взирать на него. — Слушай, мы не первый день знакомы. Хватит уже врать мне в лицо. Я же слышал — ни фига ты не в порядке, и вид у тебя соответствующий. *** — Ты в порядке? — В порядке, — машинально отозвался Нил. — Просто, чтобы ты знал, я в это не верю. Нил устало пожал плечами в ответ. — Наверное, тебе в принципе не следует верить тому, что я говорю. *** — Тренер пообещал нас поклясться, что мы не будем трогать в тебя в дороге, но… ты в порядке? — Нет, — честно ответил Нейл. — Но когда-нибудь обязательно буду

    — Как ты? Он осушил оба стаканчика и только потом ответил: — В порядке. Ники победно дернул кулаком. — Спасибо тебе, Нил, за то, что ты такой предсказуемый. Два твоих слова только что принесли мне десять баксов. Мэтт вскинул глаза. Кевин выглядел рассерженным, однако злился он не на Хэммика, а на Нила. — Видишь это, идиот? — Он потряс в воздухе левой рукой. На расстоянии шрамы были не видны, однако Нил понял, что имеет в виду Кевин. — Травмы — это не шутка, их нельзя скрывать. Если получил травму, не молчи. Мне все равно: сбавишь ты скорость, попросишь тренера тебя заменить или обратишься за помощью к Эбби, — но если еще хоть раз скажешь: «Я в порядке», когда дело касается твоего здоровья, я заставлю тебя пожалеть, что ты вообще родился на свет. Ясно? *** — Когда мне понадобилась помощь в Колумбии, я позвонил Мэтту. — О да, — сухо кивнул Ники. — Эту песню мы уже слышали. Ты позвонил Мэтту, выдал ему свою обычную присказку «Я в порядке» и дернул назад автостопом черт знает с кем. *** — Нил. Он слишком хорошо знал этот тон. — Я в порядке. — Еще раз услышу этот дебильный ответ, и ты у меня схлопочешь, — пригрозил Ваймак. *** — Ладно, хватит стоять столбом, иди спать. — Я в порядке. Слова вырвались у него сами собой. Ваймак ничего не сказал, но его взгляд был красноречивее всяких слов. ... — Нил, — произнес он, — между нами говоря, ты никогда не был в порядке. *** — У тебя тут все хорошо? — поинтересовался он. — Я в порядке. Ники продолжал взирать на него. — Слушай, мы не первый день знакомы. Хватит уже врать мне в лицо. Я же слышал — ни фига ты не в порядке, и вид у тебя соответствующий. *** — Ты в порядке? — В порядке, — машинально отозвался Нил. — Просто, чтобы ты знал, я в это не верю. Нил устало пожал плечами в ответ. — Наверное, тебе в принципе не следует верить тому, что я говорю. *** — Тренер пообещал нас поклясться, что мы не будем трогать в тебя в дороге, но… ты в порядке? — Нет, — честно ответил Нейл. — Но когда-нибудь обязательно буду

    — Нора Сакавич · книга
15. «

    — К слову, ты не против, если я воспользуюсь дополнительным ходом? — интерпретировав молчание Эндрю в свою пользу, Нил спросил: — Кто говорил пожалуйста, заставив тебя возненавидеть это слово? Эндрю смерил его долгим, испытующим взглядом. — Я. Нил не знал, на какой ответ он рассчитывал, но точно не на этот. В груди неприятно потяжелело, словно от сильного, неожиданного удара. Он открыл рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, но что он вообще мог сказать в этой ситуации? Эндрю терпел его поражённый, растерянный взгляд ещё пару секунд, а затем отмахнулся от темы будто от чего-то совсем неважного и незначительного: — Он пообещал, что остановится, если я попрошу. — И ты поверил ему, — догадался Нил. — Мне было семь, — пояснил Эндрю. — Конечно, я поверил ему. — Семь, — глухо и абсолютно тупо повторил за ним Нил.

    — К слову, ты не против, если я воспользуюсь дополнительным ходом? — интерпретировав молчание Эндрю в свою пользу, Нил спросил: — Кто говорил пожалуйста, заставив тебя возненавидеть это слово? Эндрю смерил его долгим, испытующим взглядом. — Я. Нил не знал, на какой ответ он рассчитывал, но точно не на этот. В груди неприятно потяжелело, словно от сильного, неожиданного удара. Он открыл рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, но что он вообще мог сказать в этой ситуации? Эндрю терпел его поражённый, растерянный взгляд ещё пару секунд, а затем отмахнулся от темы будто от чего-то совсем неважного и незначительного: — Он пообещал, что остановится, если я попрошу. — И ты поверил ему, — догадался Нил. — Мне было семь, — пояснил Эндрю. — Конечно, я поверил ему. — Семь, — глухо и абсолютно тупо повторил за ним Нил.

    — Нора Сакавич · книга
16. «

    — Я вам доверяю, — наконец сказал он. — Спасибо. — Ну ничего себе, — протянул Хэммик. — Кто кого очеловечивает в этих отношениях?

    — Я вам доверяю, — наконец сказал он. — Спасибо. — Ну ничего себе, — протянул Хэммик. — Кто кого очеловечивает в этих отношениях?

    — Нора Сакавич · книга
17. «

    ‌— Но… — Хочу услышать: «Вас понял, тренер». — Тренер… — дальнейшие аргументы мгновенно вылетели из головы, когда Эндрю перехватил запястье и несильно сжал его. Вспышка боли обожгла пальцы, и Нил быстро выдернул руку. Джостен окинул Миниярда недобрым взглядом, но тот даже не посмотрел в его сторону. Прижав руку к себе, Нил согнулся над ней, борясь с ощущениями и пытаясь защитить Её от повторного воздействия, а затем снова переключил внимание на Ваймака. — Спасибо, — кивнул тренер, обращаясь к Минъярду.

    ‌— Но… — Хочу услышать: «Вас понял, тренер». — Тренер… — дальнейшие аргументы мгновенно вылетели из головы, когда Эндрю перехватил запястье и несильно сжал его. Вспышка боли обожгла пальцы, и Нил быстро выдернул руку. Джостен окинул Миниярда недобрым взглядом, но тот даже не посмотрел в его сторону. Прижав руку к себе, Нил согнулся над ней, борясь с ощущениями и пытаясь защитить Её от повторного воздействия, а затем снова переключил внимание на Ваймака. — Спасибо, — кивнул тренер, обращаясь к Минъярду.

    — Нора Сакавич · книга
18. «

    Этот наряд оказался полностью черным и являлся абсолютной противоположностью его обычной одежде: лёгкие зауженные брюки заканчивались у тяжёлых шнурованных ботинок; декоративно порванный в паре мест лонгслив казался непривычно приталенным, сквозь прорехи виднелась угольно-чёрная подкладочная ткань, но Нил всё равно проверил каждый надрыв по несколько раз, чтобы убедиться, что в одежде нет реальных дыр и его кожу не видно. Он почти чувствовал каждый свой шрам сквозь тонкую материю. Оставалась только одна вещь, которую нужно было изменить. Волнение неприятно закололо под кожей, когда он доставал из глаз контактные линзы. Он проморгался, привыкая к их отсутствию, а смыл в туалет. От одного взгляда в зеркало дыхание застряло в горле − последний раз Нил видел свой натуральный цвет глаз больше года назад и с тех пор ни разу не вставал с кровати, не надев перед этим линзы. Холодный, словно лёд, голубой казался только ярче на фоне чёрных волос и одежды. Нил не мог равнодушно смотреть на этот подарок отца.

    Этот наряд оказался полностью черным и являлся абсолютной противоположностью его обычной одежде: лёгкие зауженные брюки заканчивались у тяжёлых шнурованных ботинок; декоративно порванный в паре мест лонгслив казался непривычно приталенным, сквозь прорехи виднелась угольно-чёрная подкладочная ткань, но Нил всё равно проверил каждый надрыв по несколько раз, чтобы убедиться, что в одежде нет реальных дыр и его кожу не видно. Он почти чувствовал каждый свой шрам сквозь тонкую материю. Оставалась только одна вещь, которую нужно было изменить. Волнение неприятно закололо под кожей, когда он доставал из глаз контактные линзы. Он проморгался, привыкая к их отсутствию, а смыл в туалет. От одного взгляда в зеркало дыхание застряло в горле − последний раз Нил видел свой натуральный цвет глаз больше года назад и с тех пор ни разу не вставал с кровати, не надев перед этим линзы. Холодный, словно лёд, голубой казался только ярче на фоне чёрных волос и одежды. Нил не мог равнодушно смотреть на этот подарок отца.

    — Нора Сакавич · книга
19. «

    — Мир жесток, верно, Нил? Будь это неправдой, тебя бы здесь не было. — Жесток не мир, а люди.

    — Мир жесток, верно, Нил? Будь это неправдой, тебя бы здесь не было. — Жесток не мир, а люди.

    — Нора Сакавич · книга
20. «

    — Пошёл на хуй, Калека. — Что ты сказал? — Я сказал, что ты — отработанный шлак.

    — Пошёл на хуй, Калека. — Что ты сказал? — Я сказал, что ты — отработанный шлак.

    — Нора Сакавич · книга