23 цитаты персонажа «Ральф де Брикассар» для статуса

Ниже 23 цитаты персонажа «Ральф де Брикассар»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Почему вы ее так не любите? — спросил он. — Потому что ее любите вы, — был ответ.

   — Почему вы ее так не любите? — спросил он. — Потому что ее любите вы, — был ответ.

   — Колин Маккалоу · книга
2. «

   Какая адская пытка — жизнь! Слава богу, у меня только и хватило мужества ходить по самому ее краешку.

   Какая адская пытка — жизнь! Слава богу, у меня только и хватило мужества ходить по самому ее краешку.

   — Колин Маккалоу · книга
3. «

   Пусть я буду гореть в аду рядом с тобой, но я знаю, какая адская мука уготована тебе — вечно гореть бок о бок со мной в том же огне и видеть, что я вечно остаюсь к тебе равнодушен…

   Пусть я буду гореть в аду рядом с тобой, но я знаю, какая адская мука уготована тебе — вечно гореть бок о бок со мной в том же огне и видеть, что я вечно остаюсь к тебе равнодушен…

   — Колин Маккалоу · книга
4. «

   Быть может, это и есть ад — долгий срок земного рабства. Быть может, сужденные нам адские муки мы терпим, когда живем...

   Быть может, это и есть ад — долгий срок земного рабства. Быть может, сужденные нам адские муки мы терпим, когда живем...

   — Колин Маккалоу · книга
5. «

   Никому и никогда не испытать чужую боль, каждому суждена своя.

   Никому и никогда не испытать чужую боль, каждому суждена своя.

   — Колин Маккалоу · книга
6. «

   Прежде одиночество было безликим, и он никогда не думал, что хоть один человек, войдя в его жизнь, мог бы принести ему исцеление. Теперь у одиночества было имя: Мэгги, Мэгги, Мэгги, Мэгги, ..

   Прежде одиночество было безликим, и он никогда не думал, что хоть один человек, войдя в его жизнь, мог бы принести ему исцеление. Теперь у одиночества было имя: Мэгги, Мэгги, Мэгги, Мэгги, ..

   — Колин Маккалоу · книга
7. «

   Да, я отчаянно воевал с тобой, моя Мэгги! И все же под конец не тебя, разбитую вдребезги, надо мне склеивать по кусочкам, а кое-как собирать собственные обломки.

   Да, я отчаянно воевал с тобой, моя Мэгги! И все же под конец не тебя, разбитую вдребезги, надо мне склеивать по кусочкам, а кое-как собирать собственные обломки.

   — Колин Маккалоу · книга
8. «

   — Прекрасный вечер, Мэри, — сказал он. — Последний для меня. — Не говорите так, дорогая. — Отчего же? Мне надоело жить, Ральф, с меня хватит. — Недобрые глаза ее смотрели насмешливо. — Вы что, не верите? Вот уже семьдесят лет с лишком я делаю только то, что хочу, и тогда, когда хочу, и если смерть воображает, будто в ее воле назначить мой последний час, она сильно ошибается. Я умру, когда сама захочу, и это никакое не самоубийство. Наша воля к жизни — вот что нас здесь держит, Ральф; а если всерьез хочешь с этим покончить, ничего нет проще. Мне надоело, и я хочу с этим покончить. Только и всего.

   — Прекрасный вечер, Мэри, — сказал он. — Последний для меня. — Не говорите так, дорогая. — Отчего же? Мне надоело жить, Ральф, с меня хватит. — Недобрые глаза ее смотрели насмешливо. — Вы что, не верите? Вот уже семьдесят лет с лишком я делаю только то, что хочу, и тогда, когда хочу, и если смерть воображает, будто в ее воле назначить мой последний час, она сильно ошибается. Я умру, когда сама захочу, и это никакое не самоубийство. Наша воля к жизни — вот что нас здесь держит, Ральф; а если всерьез хочешь с этим покончить, ничего нет проще. Мне надоело, и я хочу с этим покончить. Только и всего.

   — Колин Маккалоу · книга
9. «

   Мэгги — это зеркало, в котором мне суждено видеть, что я обыкновенный смертный.

   Мэгги — это зеркало, в котором мне суждено видеть, что я обыкновенный смертный.

   — Колин Маккалоу · книга
10. «

    Не понимаю, откуда у тебя такая власть над моим несуществующим сердцем?

    Не понимаю, откуда у тебя такая власть над моим несуществующим сердцем?

    — Колин Маккалоу · книга
11. «

    — ... Если нет веры — нет ничего. — Весьма непрочная основа.

    — ... Если нет веры — нет ничего. — Весьма непрочная основа.

    — Колин Маккалоу · книга
12. «

    — Я молился, чтобы судьба ваша оказалась лучше моей, ведь вы были совсем молоды. Нет такой цели, которая оправдывала бы любые средства. Но, должно быть, семена нашей гибели посеяны ещё до нашего рождения.

    — Я молился, чтобы судьба ваша оказалась лучше моей, ведь вы были совсем молоды. Нет такой цели, которая оправдывала бы любые средства. Но, должно быть, семена нашей гибели посеяны ещё до нашего рождения.

    — Колин Маккалоу · книга
13. «

    Понять, в чём ошибка, ещё не значит её исправить.

    Понять, в чём ошибка, ещё не значит её исправить.

    — Колин Маккалоу · книга
14. «

    — Давно, когда я был ещё молод, а ты была ребёнком, я рассказал тебе легенду — легенду о птице, которая поёт только тогда, когда умирает. — Птица, у которой внутри шип. Ты сказал, что она отдаёт жизнь за единственную песню, но весь мир затихает, чтобы услышать её, и Господь улыбается на небесах. — Да, она следует непреложному закону, её влечёт к шипам, она ещё не ведает о неминуемой смерти. Но когда мы прижимаем шип к своей груди, мы это знаем, мы понимаем, и тем не менее делаем это. И всё же делаем это!

    — Давно, когда я был ещё молод, а ты была ребёнком, я рассказал тебе легенду — легенду о птице, которая поёт только тогда, когда умирает. — Птица, у которой внутри шип. Ты сказал, что она отдаёт жизнь за единственную песню, но весь мир затихает, чтобы услышать её, и Господь улыбается на небесах. — Да, она следует непреложному закону, её влечёт к шипам, она ещё не ведает о неминуемой смерти. Но когда мы прижимаем шип к своей груди, мы это знаем, мы понимаем, и тем не менее делаем это. И всё же делаем это!

    — Ральф де Брикассар · фильм
15. «

    — Всё на свете имеет право родиться, даже мысль. — Ты знаешь, о чём я, правда? — Наверно, знаю. — Не всё, что рождается на свет, хорошо, Мэгги. — Да. Но уж если оно родилось, значит, так было суждено.

    — Всё на свете имеет право родиться, даже мысль. — Ты знаешь, о чём я, правда? — Наверно, знаю. — Не всё, что рождается на свет, хорошо, Мэгги. — Да. Но уж если оно родилось, значит, так было суждено.

    — Колин Маккалоу · книга
16. «

    Каждый день я медленно умираю и каждое утро, когда служу мессу, рождаюсь заново. Но почему? Оттого ли, что я — пастырь, избранный богом, или оттого, что слышу, как моя паства в благоговейном трепете затаила дыхание, знаю свою власть над каждым человеком в храме?

    Каждый день я медленно умираю и каждое утро, когда служу мессу, рождаюсь заново. Но почему? Оттого ли, что я — пастырь, избранный богом, или оттого, что слышу, как моя паства в благоговейном трепете затаила дыхание, знаю свою власть над каждым человеком в храме?

    — Колин Маккалоу · книга
17. «

    Никогда прежде я не был так счастлив и так несчастен.

    Никогда прежде я не был так счастлив и так несчастен.

    — Колин Маккалоу · книга
18. «

    Здесь, на краю света, у вас три неодолимых врага — жара, пыль и мухи. Как бы вы ни старались, вам от них не избавиться.

    Здесь, на краю света, у вас три неодолимых врага — жара, пыль и мухи. Как бы вы ни старались, вам от них не избавиться.

    — Колин Маккалоу · книга
19. «

    А какая разница, если бы он и знал, что Дэн — его сын? Можно ли было любить мальчика сильней, чем он любил? И разве, знай он, что это его сын, он поступал бы иначе? Да! — кричало его сердце. Нет, — насмехался рассудок.

    А какая разница, если бы он и знал, что Дэн — его сын? Можно ли было любить мальчика сильней, чем он любил? И разве, знай он, что это его сын, он поступал бы иначе? Да! — кричало его сердце. Нет, — насмехался рассудок.

    — Колин Маккалоу · книга
20. «

    Я никогда тебя не забуду, до самой смерти не забуду. А жить я буду долго, очень долго, это будет мне наказанием.

    Я никогда тебя не забуду, до самой смерти не забуду. А жить я буду долго, очень долго, это будет мне наказанием.

    — Колин Маккалоу · книга