134 фразы персонажа «Рассказчик» — избранное

Собрали 134 цитаты персонажа «Рассказчик» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Подобно Дон Кихоту, она сражалась с неутомимой мельницей человеческого горя. Эта безнадёжная битва безвозвратно поглотила её жизнь.

   Подобно Дон Кихоту, она сражалась с неутомимой мельницей человеческого горя. Эта безнадёжная битва безвозвратно поглотила её жизнь.

   — Амели (Amélie) · фильм
2. «

   Глаза большие, яркие, ясные, влажно сияли, румянец был природный — это под самой кожей пульсировала кровь, нагнетаемая ударами молодого, крепкого сердца. Вся она трепетала, казалось, на последней грани детства: без малого восемнадцать — уже почти расцвела, но еще в утренней росе.

   Глаза большие, яркие, ясные, влажно сияли, румянец был природный — это под самой кожей пульсировала кровь, нагнетаемая ударами молодого, крепкого сердца. Вся она трепетала, казалось, на последней грани детства: без малого восемнадцать — уже почти расцвела, но еще в утренней росе.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
3. «

   В мире нет более скоротечной красоты, чем красота кометы. Её пламенная жизнь внезапна и скоротечна, она подобна струе пара, которая вырвалась из котла.

   В мире нет более скоротечной красоты, чем красота кометы. Её пламенная жизнь внезапна и скоротечна, она подобна струе пара, которая вырвалась из котла.
4. «

   Возможность самоубийства — это в конце концов милосердие, и всё значение его можно постигнуть в очень редких случаях. Оно дарит иллюзию свободы воли, и, может быть, мы совершаем его гораздо чаще, чем нам это кажется. Мы только не осознаем этого.

   Возможность самоубийства — это в конце концов милосердие, и всё значение его можно постигнуть в очень редких случаях. Оно дарит иллюзию свободы воли, и, может быть, мы совершаем его гораздо чаще, чем нам это кажется. Мы только не осознаем этого.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   Когда у тебя нет родины, потери особенно тяжелы. Нигде не находишь опоры, а чужбина кажется особенно чужой.

   Когда у тебя нет родины, потери особенно тяжелы. Нигде не находишь опоры, а чужбина кажется особенно чужой.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   Амператор с семьёй чай пьють. Самовар матерущий, артельный. У кажного прибору ситного фунта пó три. Харчей много!

   Амператор с семьёй чай пьють. Самовар матерущий, артельный. У кажного прибору ситного фунта пó три. Харчей много!
7. «

   Через два года после событий, которыми оканчивается наш рассказ, здесь нашли два скелета — один из них обнимал другой. Когда попытались оторвать их друг от друга, они рассыпались в прах...

   Через два года после событий, которыми оканчивается наш рассказ, здесь нашли два скелета — один из них обнимал другой. Когда попытались оторвать их друг от друга, они рассыпались в прах...

   — Собор Парижской Богоматери (Notre-Dame de Paris) (1956) · фильм
8. «

   Сила, даже в отрицательных проявлениях, всегда вызывает у нас удивление и какое-то невольное восхищение.

   Сила, даже в отрицательных проявлениях, всегда вызывает у нас удивление и какое-то невольное восхищение.

   — Проспер Мериме · книга
9. «

   Нормальная девушка взяла бы и тут же позвонила. Назначила бы встречу, чтобы вернуть альбом и за пару минут выяснила, стоит о нём думать или нет. Это называется «взглянуть правде в глаза». Но это как раз не входит в планы Амели.

   Нормальная девушка взяла бы и тут же позвонила. Назначила бы встречу, чтобы вернуть альбом и за пару минут выяснила, стоит о нём думать или нет. Это называется «взглянуть правде в глаза». Но это как раз не входит в планы Амели.

   — Амели (Amélie) · фильм
10. «

    Старый друг заслуживает второго шанса.

    Старый друг заслуживает второго шанса.
11. «

    Ненависть — это кислота, которая разъедает душу; все равно — ненавидишь ли сам или испытываешь ненависть другого.

    Ненависть — это кислота, которая разъедает душу; все равно — ненавидишь ли сам или испытываешь ненависть другого.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Целыми столетиями церковь проливала потоки крови. И в те мгновения истории, когда ее не подвергали преследованиям, она начинала преследовать сама — пытками, кострами, огнем и мечом.

    Целыми столетиями церковь проливала потоки крови. И в те мгновения истории, когда ее не подвергали преследованиям, она начинала преследовать сама — пытками, кострами, огнем и мечом.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    Карабкаться — как заниматься йогой, с той разницей, что йога вас никуда не перемещает.

    Карабкаться — как заниматься йогой, с той разницей, что йога вас никуда не перемещает.
14. «

    Давно это было, ещё лишние буквы в словах писали и царей всюду пропасть была.

    Давно это было, ещё лишние буквы в словах писали и царей всюду пропасть была.
15. «

    Начать новую жизнь — на это я был неспособен. В сущности — я никогда этого особенно не желал. Я не покончил с прежней жизнью: я не мог ни расстаться с ней, ни преодолеть ее. Я был поражен гангреной души, поэтому пришлось выбирать — погибнуть в ее зловонном дыхании или вернуться и попробовать вылечиться.

    Начать новую жизнь — на это я был неспособен. В сущности — я никогда этого особенно не желал. Я не покончил с прежней жизнью: я не мог ни расстаться с ней, ни преодолеть ее. Я был поражен гангреной души, поэтому пришлось выбирать — погибнуть в ее зловонном дыхании или вернуться и попробовать вылечиться.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    И малыш ускакал прочь. Надо отдать должное малышу. Он идиот, но с характером.

    И малыш ускакал прочь. Надо отдать должное малышу. Он идиот, но с характером.
17. «

    Он понял: его ошибка в том, что он хочет изменить мир. Но мир будет вращаться, колесо будет крутиться, независимо от его действий...

    Он понял: его ошибка в том, что он хочет изменить мир. Но мир будет вращаться, колесо будет крутиться, независимо от его действий...
18. «

    Наша память — это не ларец из слоновой кости в пропитанном пылью музее. Это существо, которое живет, пожирает и переваривает. Оно пожирает и себя, как легендарный сфинкс, чтобы мы могли жить, чтобы оно не разрушало нас самих.

    Наша память — это не ларец из слоновой кости в пропитанном пылью музее. Это существо, которое живет, пожирает и переваривает. Оно пожирает и себя, как легендарный сфинкс, чтобы мы могли жить, чтобы оно не разрушало нас самих.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    ...во время бегства и опасности, в отчаянии, как раз и начинаешь верить в чудо: иначе нельзя выжить…

    ...во время бегства и опасности, в отчаянии, как раз и начинаешь верить в чудо: иначе нельзя выжить…

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    Если ты растерял весь опыт, то у тебя болезнь Альцгеймера. Но если тебе не хватает очков опыта, существует много способов их заработать.

    Если ты растерял весь опыт, то у тебя болезнь Альцгеймера. Но если тебе не хватает очков опыта, существует много способов их заработать.