«Рэй»: 26 цитат

Собрали 26 цитат персонажа «Рэй» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Карусели больше никому не нужны. Им подавай американские горки, которые переворачиваются вверх дном и заставляют тебя блевать.

   Карусели больше никому не нужны. Им подавай американские горки, которые переворачиваются вверх дном и заставляют тебя блевать.

   — Разрушение (Demolition) · фильм
2. «

   Наш мозг — как система национальных автострад. Проще ехать от одного хорошо известного места до другого, но вот те, что между ними — как бы в стороне. Они существуют, но большинство просто пролетает мимо.

   Наш мозг — как система национальных автострад. Проще ехать от одного хорошо известного места до другого, но вот те, что между ними — как бы в стороне. Они существуют, но большинство просто пролетает мимо.

   — Трасса 60 (Interstate 60) · фильм
3. «

   Мне, как всегда, везет на невезение.

   Мне, как всегда, везет на невезение.

   — Алексей Пехов · книга
4. «

   — И что ты теперь собираешься делать? — Спасать мир. А что мне ещё остаётся?! Это моя суть… Защищать и спасать, пока для этого есть смысл. — А потом? — А потом… «Потом» у меня не будет, Эльгор.

   — И что ты теперь собираешься делать? — Спасать мир. А что мне ещё остаётся?! Это моя суть… Защищать и спасать, пока для этого есть смысл. — А потом? — А потом… «Потом» у меня не будет, Эльгор.

   — Валерия Комарова · книга
5. «

   Видимо, в этом и заключается война. Страх, нищета, политические интриги. Ошибки, что допускают обе стороны. Множество причин может начать войну. Если бы они переживали о другой стороне, то не стали бы первым делом убивать их. Как только цепь ненависти возникнет — войну уже не остановить. Убивая друг друга, ненавидя друг друга, убивая ещё. Вот почему она никогда не исчезнет. Даже между людьми. Они повторяют это тысячи лет.

   Видимо, в этом и заключается война. Страх, нищета, политические интриги. Ошибки, что допускают обе стороны. Множество причин может начать войну. Если бы они переживали о другой стороне, то не стали бы первым делом убивать их. Как только цепь ненависти возникнет — войну уже не остановить. Убивая друг друга, ненавидя друг друга, убивая ещё. Вот почему она никогда не исчезнет. Даже между людьми. Они повторяют это тысячи лет.
6. «

   У гуркхов есть такой обычай: если вытаскиваешь нож из ножен, должен пролить кровь. Если не врага, то свою собственную.

   У гуркхов есть такой обычай: если вытаскиваешь нож из ножен, должен пролить кровь. Если не врага, то свою собственную.

   — Дэвид Моррелл · книга
7. «

   Пошатываясь, я пошла к выходу из зала, не обращая внимания на выкрики и аплодисменты. Песня закончилась, а боль только начала просыпаться… Та боль, что рвёт сердце на клочки, что заставляет царапать землю в бессильной злобе, обдирая кулаки в кровь.

   Пошатываясь, я пошла к выходу из зала, не обращая внимания на выкрики и аплодисменты. Песня закончилась, а боль только начала просыпаться… Та боль, что рвёт сердце на клочки, что заставляет царапать землю в бессильной злобе, обдирая кулаки в кровь.

   — Валерия Комарова · книга
8. «

   — Чёрные червы, красные пики, но это же обман? — А-а! Опыт приучил вас думать, что все червы красные, а пики чёрные, их формы схожи и мозгу проще интерпретировать их, исходя из прошлого опыта, нежели из идеи, что они могут отличаться. Мы видим то, что ожидаем увидеть, а необязательно правду. Дети, не игравшие в карты, легко проходят этот тест. Невольно задумаешься, что ещё мы можем увидеть услышать, ощутить, потому что приучены к другому. Зато, если повторить тест, вы справитесь, зная, что бывают чёрные черви и красные пики, вы можете их различить.

   — Чёрные червы, красные пики, но это же обман? — А-а! Опыт приучил вас думать, что все червы красные, а пики чёрные, их формы схожи и мозгу проще интерпретировать их, исходя из прошлого опыта, нежели из идеи, что они могут отличаться. Мы видим то, что ожидаем увидеть, а необязательно правду. Дети, не игравшие в карты, легко проходят этот тест. Невольно задумаешься, что ещё мы можем увидеть услышать, ощутить, потому что приучены к другому. Зато, если повторить тест, вы справитесь, зная, что бывают чёрные черви и красные пики, вы можете их различить.

   — Нил Оливер · фильм
9. «

   Жизнь — это путь, на котором всегда подстерегает смерть.

   Жизнь — это путь, на котором всегда подстерегает смерть.

   — Трасса 60 (Interstate 60) · фильм
10. «

    В этом твоя проблема, Виктория. Ты слишком сильно хочешь вписаться туда, где тебе не место! Как и всем нам. Не в этом мире точно. Мы должны ждать, когда наступит наш час, когда мы сможем творить свою собственную жизнь, наконец оставив позади все то, что было в жизни, которую нам навязали. Хватит уже пытаться везде стать своей.

    В этом твоя проблема, Виктория. Ты слишком сильно хочешь вписаться туда, где тебе не место! Как и всем нам. Не в этом мире точно. Мы должны ждать, когда наступит наш час, когда мы сможем творить свою собственную жизнь, наконец оставив позади все то, что было в жизни, которую нам навязали. Хватит уже пытаться везде стать своей.

    — Меган Брэнди · книга
11. «

    Кира приняла меня таким, какой я есть, ни секунды не задумавшись над этой чепухой. Правда классно? Что существует человек, чужой тебе, родившийся в совсем другом месте, выросший, не зная тебя, и все-таки ты ему нужен! Это дает тебе чувство, что ты не такой уж бесполезный!

    Кира приняла меня таким, какой я есть, ни секунды не задумавшись над этой чепухой. Правда классно? Что существует человек, чужой тебе, родившийся в совсем другом месте, выросший, не зная тебя, и все-таки ты ему нужен! Это дает тебе чувство, что ты не такой уж бесполезный!
12. «

    Наплевать. Наплевать на сожаления. Наплевать, что мы не любим друг друга. Это не имеет значения. Если я не умру, то я выйду за него замуж, но даже тогда мы будем друзьями. Я люблю человека, который ненавидит меня. Так что ж, теперь страдать оставшуюся вечность по тому, чего не вернуть? Жаждать того, что никогда не смогу получить?

    Наплевать. Наплевать на сожаления. Наплевать, что мы не любим друг друга. Это не имеет значения. Если я не умру, то я выйду за него замуж, но даже тогда мы будем друзьями. Я люблю человека, который ненавидит меня. Так что ж, теперь страдать оставшуюся вечность по тому, чего не вернуть? Жаждать того, что никогда не смогу получить?

    — Валерия Комарова · книга
13. «

    Он перекатился на постели, подмяв меня под себя, не давая вырваться. Ха! Будто я пыталась… — Я не могу нарушить клятву! Не могу! Кого он хотел в этом убедить? Меня? Себя? Нас? — Я и не прошу… Потому, что сейчас мы вместе, и мне наплевать, что будет дальше. Потому, что сейчас я знаю о тебе всё, все твои желания и мечты… И не важно, что сегодняшний закат встретит лишь один из нас, рассвет мы встретим вместе. Здесь. Вдвоём. Глядя друг другу в глаза. Задыхаясь, но не прерывая поцелуя, не обращая внимания на треск рвущейся одежды и слёзы, струящиеся по щекам…

    Он перекатился на постели, подмяв меня под себя, не давая вырваться. Ха! Будто я пыталась… — Я не могу нарушить клятву! Не могу! Кого он хотел в этом убедить? Меня? Себя? Нас? — Я и не прошу… Потому, что сейчас мы вместе, и мне наплевать, что будет дальше. Потому, что сейчас я знаю о тебе всё, все твои желания и мечты… И не важно, что сегодняшний закат встретит лишь один из нас, рассвет мы встретим вместе. Здесь. Вдвоём. Глядя друг другу в глаза. Задыхаясь, но не прерывая поцелуя, не обращая внимания на треск рвущейся одежды и слёзы, струящиеся по щекам…

    — Валерия Комарова · книга
14. «

    Ты прав, Кэс никогда не смирится, не примет меня, но разве это важно? — я ехидно улыбнулась тому, что Изменчивый вздрогнул, его пальцы соскользнули, завизжали струны. — Тебе не понять, что это такое — любить врага. Ты никогда не почувствуешь, что такое быть счастливым оттого, что кто-то тебя ненавидит, радоваться тому, что ты умрёшь от любимой руки… Неважно, что и Кэс этого не понимает… Он — мой подзащитный...

    Ты прав, Кэс никогда не смирится, не примет меня, но разве это важно? — я ехидно улыбнулась тому, что Изменчивый вздрогнул, его пальцы соскользнули, завизжали струны. — Тебе не понять, что это такое — любить врага. Ты никогда не почувствуешь, что такое быть счастливым оттого, что кто-то тебя ненавидит, радоваться тому, что ты умрёшь от любимой руки… Неважно, что и Кэс этого не понимает… Он — мой подзащитный...

    — Валерия Комарова · книга
15. «

    Кэс лежал на полу, свернувшись в клубочек, подтянув колени к груди и спрятав лицо в ладонях, будто ребёнок в утробе матери. Словно сломанная кукла. Сломанная мною. Моими словами. Я села рядом и запустила пальцы в шелковистые пряди его волос в попытке успокоить, унять боль. С той же силой, что Кэс ненавидел меня, теперь он хочет умереть сам. И я не знаю, как помочь ему.

    Кэс лежал на полу, свернувшись в клубочек, подтянув колени к груди и спрятав лицо в ладонях, будто ребёнок в утробе матери. Словно сломанная кукла. Сломанная мною. Моими словами. Я села рядом и запустила пальцы в шелковистые пряди его волос в попытке успокоить, унять боль. С той же силой, что Кэс ненавидел меня, теперь он хочет умереть сам. И я не знаю, как помочь ему.

    — Валерия Комарова · книга
16. «

    Когда он ушёл, я не страдала. Я знала, что где-то в смертных землях есть человек, ради которого стоит жить, есть существо, ради которого я могу смириться с существованием столь несовершенного смертного мира.

    Когда он ушёл, я не страдала. Я знала, что где-то в смертных землях есть человек, ради которого стоит жить, есть существо, ради которого я могу смириться с существованием столь несовершенного смертного мира.

    — Валерия Комарова · книга
17. «

    — Знай! Знай, знай козла своего! Зверь идёт, зверь наступает! Горе тебе, Уиллард Милл. Зверь грядёт по ваши души, зверь идёт за всеми нами. Зверь многие обличия принимает. — Слушай, а этот шизик орущий про зверя, что с ним? Почему ты его не штрафовал за нарушения? — Рей, он тупой, что твой валенок. Однажды я попробовал оштрафовать его. Ты можешь невзлюбить то, что использует вместо денег... Он расплачивается го... — Ну... О, нет!

    — Знай! Знай, знай козла своего! Зверь идёт, зверь наступает! Горе тебе, Уиллард Милл. Зверь грядёт по ваши души, зверь идёт за всеми нами. Зверь многие обличия принимает. — Слушай, а этот шизик орущий про зверя, что с ним? Почему ты его не штрафовал за нарушения? — Рей, он тупой, что твой валенок. Однажды я попробовал оштрафовать его. Ты можешь невзлюбить то, что использует вместо денег... Он расплачивается го... — Ну... О, нет!

    — Иви Баррет · сериал
18. «

    — Та-а-ак вкусно! И как ты только это все приготовил?.. — Руками.

    — Та-а-ак вкусно! И как ты только это все приготовил?.. — Руками.

    — Эмма (Emma)
19. «

    Странно, но в его голосе не было ничего, кроме отстранённого любопытства. Жаль, мальчик правда старается, но я смогла без труда увидеть, что под ледяной коркой бушует пламя, я была этим пламенем. Я была частицей его души, а он — частью моей сути.

    Странно, но в его голосе не было ничего, кроме отстранённого любопытства. Жаль, мальчик правда старается, но я смогла без труда увидеть, что под ледяной коркой бушует пламя, я была этим пламенем. Я была частицей его души, а он — частью моей сути.

    — Валерия Комарова · книга
20. «

    Мы много не знаем, но мы можем многому научиться.

    Мы много не знаем, но мы можем многому научиться.