20 цитат персонажа «Роберт Локамп» — большая подборка

Собрали 20 цитат персонажа «Роберт Локамп» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Счастье — самая неопределённая и дорогостоящая вещь на свете.

   Счастье — самая неопределённая и дорогостоящая вещь на свете.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
2. «

   Между нами никогда не было больше того, что приносил случай. Но, может быть, как раз это и привязывает и обязывает людей сильней, чем многое другое.

   Между нами никогда не было больше того, что приносил случай. Но, может быть, как раз это и привязывает и обязывает людей сильней, чем многое другое.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
3. «

   Для оскорблённого чувства правда почти всегда груба и невыносима.

   Для оскорблённого чувства правда почти всегда груба и невыносима.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
4. «

   Я не хочу никаких детей и никакой жены, кроме тебя. Ты мой ребенок и моя жена.

   Я не хочу никаких детей и никакой жены, кроме тебя. Ты мой ребенок и моя жена.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
5. «

   Мне хотелось сказать ей что-нибудь, но я не мог.... И даже если нужные слова приходят, то стыдишься их произнести. Все эти слова принадлежат прошлым столетиям. Наше время не нашло ещё слов для выражения своих чувств. Оно умеет быть только развязным, всё остальное — искусственно.

   Мне хотелось сказать ей что-нибудь, но я не мог.... И даже если нужные слова приходят, то стыдишься их произнести. Все эти слова принадлежат прошлым столетиям. Наше время не нашло ещё слов для выражения своих чувств. Оно умеет быть только развязным, всё остальное — искусственно.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
6. «

   Она прикоснулась руками к моим вискам. Было бы чудесно остаться здесь в этот вечер, быть возле нее, под мягким голубым одеялом... Но что-то удерживало меня. Не скованность, не страх и не осторожность, — просто очень большая нежность, нежность, в которой растворялось желание.

   Она прикоснулась руками к моим вискам. Было бы чудесно остаться здесь в этот вечер, быть возле нее, под мягким голубым одеялом... Но что-то удерживало меня. Не скованность, не страх и не осторожность, — просто очень большая нежность, нежность, в которой растворялось желание.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
7. «

   Человек всегда велик в намерениях. Но не в их выполнении. В этом и состоит его очарование.

   Человек всегда велик в намерениях. Но не в их выполнении. В этом и состоит его очарование.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
8. «

   Всякая любовь хочет быть вечной, в этом и состоит её вечная мука.

   Всякая любовь хочет быть вечной, в этом и состоит её вечная мука.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
9. «

   Насчёт лени ещё далеко не всё ясно. Она — начало всякого счастья и конец всяческой философии.

   Насчёт лени ещё далеко не всё ясно. Она — начало всякого счастья и конец всяческой философии.

   — Эрих Мария Ремарк · книга
10. «

    Не следует затевать ссоры с женщиной, в которой пробудились материнские чувства. На её стороне вся мораль мира.

    Не следует затевать ссоры с женщиной, в которой пробудились материнские чувства. На её стороне вся мораль мира.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
11. «

    Она улыбнулась, и мне показалось, что весь мир стал светлее.

    Она улыбнулась, и мне показалось, что весь мир стал светлее.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    — Но ты не должна меня ждать. Никогда. Очень страшно ждать чего-то. — Это ты не понимаешь, Робби. Страшно, когда нечего ждать.

    — Но ты не должна меня ждать. Никогда. Очень страшно ждать чего-то. — Это ты не понимаешь, Робби. Страшно, когда нечего ждать.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
13. «

    Люди становятся сентиментальными скорее от огорчений, нежели от любви.

    Люди становятся сентиментальными скорее от огорчений, нежели от любви.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
14. «

    Если не танцевать, так и жить-то незачем.

    Если не танцевать, так и жить-то незачем.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
15. «

    Наглость — лучшее средство в борьбе с законом.

    Наглость — лучшее средство в борьбе с законом.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
16. «

    — Всегда кто-нибудь умирает первым. Так всегда бывает в жизни. Но нам еще до этого далеко. — Нужно, чтобы умирали только одинокие. Или когда ненавидят друг друга. Но не тогда, когда любят. <...> — Если бы мы с тобой создавали этот мир, он выглядел бы лучше, не правда ли? <...> — Жизнь так плохо устроена, что она не может на этом закончиться...

    — Всегда кто-нибудь умирает первым. Так всегда бывает в жизни. Но нам еще до этого далеко. — Нужно, чтобы умирали только одинокие. Или когда ненавидят друг друга. Но не тогда, когда любят. <...> — Если бы мы с тобой создавали этот мир, он выглядел бы лучше, не правда ли? <...> — Жизнь так плохо устроена, что она не может на этом закончиться...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
17. «

    Дальше полуправд нам идти не дано. На то мы и люди. Зная одни только полуправды, мы и то творим немало глупостей. А уж если бы знали всю правду целиком, то вообще не могли бы жить.

    Дальше полуправд нам идти не дано. На то мы и люди. Зная одни только полуправды, мы и то творим немало глупостей. А уж если бы знали всю правду целиком, то вообще не могли бы жить.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
18. «

    Деньги, правда, не приносят счастья, но действуют чрезвычайно успокаивающе.

    Деньги, правда, не приносят счастья, но действуют чрезвычайно успокаивающе.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
19. «

    Важное, значительное не может успокоить нас... Утешает всегда мелочь, пустяк...

    Важное, значительное не может успокоить нас... Утешает всегда мелочь, пустяк...

    — Эрих Мария Ремарк · книга
20. «

    ...кто одинок, тот не будет покинут.

    ...кто одинок, тот не будет покинут.

    — Эрих Мария Ремарк · книга