Подборка персонажа: 16 цитат — «Рябинин»

Собрали 16 цитат персонажа «Рябинин» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   ... Жанна опять говорила неправду. В этом был виноват и он, знавший, что нельзя допускать лжи; и не только потому, что ему нужна правда и ложь аморальна, а и потому, что эта ложь наслаивалась и каменела, как пласты стылого бетона, — потом её никаким ломом не возьмешь. Трудно говорить правду после лжи — легче вовсе не говорить. И после лжи бывала уже другая правда, второго сорта, что ли...

   ... Жанна опять говорила неправду. В этом был виноват и он, знавший, что нельзя допускать лжи; и не только потому, что ему нужна правда и ложь аморальна, а и потому, что эта ложь наслаивалась и каменела, как пласты стылого бетона, — потом её никаким ломом не возьмешь. Трудно говорить правду после лжи — легче вовсе не говорить. И после лжи бывала уже другая правда, второго сорта, что ли...

   — Станислав Родионов · книга
2. «

   Главные враги интуиции — дураки и ученые. Главные защитники интуиции — женщины.

   Главные враги интуиции — дураки и ученые. Главные защитники интуиции — женщины.

   — Станислав Родионов · книга
3. «

   — Она красивая? — Обыкновенная. — Умная? — Обыкновенная. Хотите спросить, за что полюбил?... Любовь та, которая ни за что.

   — Она красивая? — Обыкновенная. — Умная? — Обыкновенная. Хотите спросить, за что полюбил?... Любовь та, которая ни за что.

   — Станислав Родионов · книга
4. «

   — А по-вашему, кто интересный человек? Который план перевыполняет? — Который мыслит. Она молчала, ожидая других слов, растолковывающих, поэтому Рябинин добавил: — Интересны люди думающие. — И всё? — Что — мало? — А если он думающий, да не образован? — Он всё равно интереснее образованного, но не думающего.

   — А по-вашему, кто интересный человек? Который план перевыполняет? — Который мыслит. Она молчала, ожидая других слов, растолковывающих, поэтому Рябинин добавил: — Интересны люди думающие. — И всё? — Что — мало? — А если он думающий, да не образован? — Он всё равно интереснее образованного, но не думающего.

   — Станислав Родионов · книга
5. «

   ... Мошенники существуют за счет простодушных, я люблю простодушных, тогда пусть будут мошенники — лишь бы жили простодушные...

   ... Мошенники существуют за счет простодушных, я люблю простодушных, тогда пусть будут мошенники — лишь бы жили простодушные...

   — Станислав Родионов · книга
6. «

   …Осенью воздух мы пьём, зимой дышим, летом вдыхаем, а весной им задыхаемся…

   …Осенью воздух мы пьём, зимой дышим, летом вдыхаем, а весной им задыхаемся…

   — Станислав Родионов · книга
7. «

   Информированные никогда не понимали думающих.

   Информированные никогда не понимали думающих.

   — Станислав Родионов · книга
8. «

   Интуицией Рябинин и объяснял вещие сны. Известны случаи, когда спящий мозг решал задачи, делал открытия, сочинял музыку… Почему же во сне он не способен к интуиции, которая по своей неощутимой сути ближе всего к сновиденьям? В обрывок забытой реальности; в какой-нибудь всплывший кусок жизни вкрадывалась та далёкая догадка, которая не смогла пробиться при свете дня. Догадка, зревшая днём и всплывшая ночью… Рябинин потерялся, следя за убегающей мыслью… …Пророческий сон — это интуитивный сон…

   Интуицией Рябинин и объяснял вещие сны. Известны случаи, когда спящий мозг решал задачи, делал открытия, сочинял музыку… Почему же во сне он не способен к интуиции, которая по своей неощутимой сути ближе всего к сновиденьям? В обрывок забытой реальности; в какой-нибудь всплывший кусок жизни вкрадывалась та далёкая догадка, которая не смогла пробиться при свете дня. Догадка, зревшая днём и всплывшая ночью… Рябинин потерялся, следя за убегающей мыслью… …Пророческий сон — это интуитивный сон…

   — Станислав Родионов · книга
9. «

   Человеческая душа устроена сложно — пятнышко, точечка, пылинка могут неосторожно толкнуть её в прошлое. А прошлое редко трогает ум — чаще оно сжимает наше сердце.

   Человеческая душа устроена сложно — пятнышко, точечка, пылинка могут неосторожно толкнуть её в прошлое. А прошлое редко трогает ум — чаще оно сжимает наше сердце.

   — Станислав Родионов · книга
10. «

    Он смотрел в небо, пытаясь спрятать взгляд там, меж радужных столбов. Да и видел он это небо лишь глазами, не сознанием. Хочешь быть свободным, носи дешёвые костюмы…

    Он смотрел в небо, пытаясь спрятать взгляд там, меж радужных столбов. Да и видел он это небо лишь глазами, не сознанием. Хочешь быть свободным, носи дешёвые костюмы…

    — Станислав Родионов · книга
11. «

    А быть добрым — стыдно? Ну да, быть добрым — это быть тихим, непробивным, непрестижным, второсортным…

    А быть добрым — стыдно? Ну да, быть добрым — это быть тихим, непробивным, непрестижным, второсортным…

    — Станислав Родионов · книга
12. «

    — Чего ж тогда осуждаете мужа? — За ложь, за двуличие. Или со мной живи, или к ней уходи. — И только-то? — усмехнулся Рябинин. Не искромсанная любовь, не обида, не одиночество и даже не женская гордыня... Её мучит неопределенность.

    — Чего ж тогда осуждаете мужа? — За ложь, за двуличие. Или со мной живи, или к ней уходи. — И только-то? — усмехнулся Рябинин. Не искромсанная любовь, не обида, не одиночество и даже не женская гордыня... Её мучит неопределенность.

    — Станислав Родионов · книга
13. «

    – И так все люди. Страдаем и думаем, как бы отстрадать; болеем и думаем, как бы отболеть; работаем и думаем, как бы отработать… Мы все чего-то ждем и куда-то спешим. Куда, Сережа? – Гм… К горизонту. – Именно. И спешим бессознательно, генетически, что ли… Значит, там, за горизонтом, что-то есть? Если мы хотим скорее прожить эту жизнь, то, выходит, есть другая? Там, куда мы спешим. – И поэтому нашу, первую, мы живем по-дурацки, – буркнул я.

    – И так все люди. Страдаем и думаем, как бы отстрадать; болеем и думаем, как бы отболеть; работаем и думаем, как бы отработать… Мы все чего-то ждем и куда-то спешим. Куда, Сережа? – Гм… К горизонту. – Именно. И спешим бессознательно, генетически, что ли… Значит, там, за горизонтом, что-то есть? Если мы хотим скорее прожить эту жизнь, то, выходит, есть другая? Там, куда мы спешим. – И поэтому нашу, первую, мы живем по-дурацки, – буркнул я.

    — Станислав Родионов · книга
14. «

    … Поражают нас запахи не сильные, не приятные, не новые — нам ложатся на душу запахи прошлого, ушедшего, забытого…

    … Поражают нас запахи не сильные, не приятные, не новые — нам ложатся на душу запахи прошлого, ушедшего, забытого…

    — Станислав Родионов · книга
15. «

    Самодовольный человек закрыт от плохого, но он закрыт и от хорошего.

    Самодовольный человек закрыт от плохого, но он закрыт и от хорошего.

    — Станислав Родионов · книга
16. «

    Благоухая одеколоном, я заварил крепкий чай, и в Лидиных кастрюлях обнаружил множество еды. Жевал и пил, разглядывая хохлатого петуха, сидевшего на чайнике. Желтое дерево кухни, золотистый торшер, хохлатый петух, запах чая и того же одеколона размягчили мою волю, а ей следовало твердеть и готовиться. Родной дом, жизнь, смерть… В конце концов, как я понимаю свою смерть? Нет, не жар крематория и не осыпь могилы, не слияние с природой и не приобщение к планетарному духу… Для меня смерть – это прежде всего уход из дому. И нет ничего страшней.

    Благоухая одеколоном, я заварил крепкий чай, и в Лидиных кастрюлях обнаружил множество еды. Жевал и пил, разглядывая хохлатого петуха, сидевшего на чайнике. Желтое дерево кухни, золотистый торшер, хохлатый петух, запах чая и того же одеколона размягчили мою волю, а ей следовало твердеть и готовиться. Родной дом, жизнь, смерть… В конце концов, как я понимаю свою смерть? Нет, не жар крематория и не осыпь могилы, не слияние с природой и не приобщение к планетарному духу… Для меня смерть – это прежде всего уход из дому. И нет ничего страшней.

    — Станислав Родионов · книга