98 цитат персонажа «Сенека», которые захочется сохранить

98 цитат персонажа «Сенека» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В наибольший трепет приводит нас то, чем грозит чужое могущество: ведь такая беда приходит с великим шумом и смятением.

   В наибольший трепет приводит нас то, чем грозит чужое могущество: ведь такая беда приходит с великим шумом и смятением.

   — Луций Анней Сенека · книга
2. «

   Много неприятного ждет тех, кто рьяно заботится о теле: во-первых, утомительные упражнения истощают ум и делают его неспособным к вниманию и к занятиям предметами более тонкими; во-вторых, обильная пища лишает его изощренности.

   Много неприятного ждет тех, кто рьяно заботится о теле: во-первых, утомительные упражнения истощают ум и делают его неспособным к вниманию и к занятиям предметами более тонкими; во-вторых, обильная пища лишает его изощренности.

   — Луций Анней Сенека · книга
3. «

   Отведывать от множества блюд — признак пресыщенности, чрезмерное же разнообразие яств не питает, но портит желудок.

   Отведывать от множества блюд — признак пресыщенности, чрезмерное же разнообразие яств не питает, но портит желудок.

   — Луций Анней Сенека · книга
4. «

   Если не хочешь, чтобы воин дрогнул в бою, закаляй его перед боем.

   Если не хочешь, чтобы воин дрогнул в бою, закаляй его перед боем.

   — Луций Анней Сенека · книга
5. «

   У радости же один непременный признак: она не может ни прекратиться, ни обернуться своей противоположностью.

   У радости же один непременный признак: она не может ни прекратиться, ни обернуться своей противоположностью.

   — Луций Анней Сенека · книга
6. «

   Как Платоновы идеи могут сделать меня лучше? Можно ли извлечь из них что-нибудь для обуздания моих желаний? Да хотя бы вот что: все вещи, которые, как рабы, служат нашим чувствам, которые нас распаляют и подстрекают, Платон не считает истинно существующими. Значит, все вещи — воображаемые, лишь на короткий срок принявшие некое обличье; ни одна из них не прочна и не долговечна. А мы желаем их так, словно они будут при нас всегда или мы всегда будем владеть ими. Беспомощные и слабые, мы находимся среди вещей пустых и мнимых; так направим свой дух к тому, что вечно, а свой взгляд — на витающие в высоте образы всех предметов и на пребывающего среди них бога, помышляющего о том, как бы защитить от смерти все, что из-за сопротивления материи не удалось ему сделать бессмертным, и победить разумом пороки тела.

   Как Платоновы идеи могут сделать меня лучше? Можно ли извлечь из них что-нибудь для обуздания моих желаний? Да хотя бы вот что: все вещи, которые, как рабы, служат нашим чувствам, которые нас распаляют и подстрекают, Платон не считает истинно существующими. Значит, все вещи — воображаемые, лишь на короткий срок принявшие некое обличье; ни одна из них не прочна и не долговечна. А мы желаем их так, словно они будут при нас всегда или мы всегда будем владеть ими. Беспомощные и слабые, мы находимся среди вещей пустых и мнимых; так направим свой дух к тому, что вечно, а свой взгляд — на витающие в высоте образы всех предметов и на пребывающего среди них бога, помышляющего о том, как бы защитить от смерти все, что из-за сопротивления материи не удалось ему сделать бессмертным, и победить разумом пороки тела.

   — Луций Анней Сенека · книга
7. «

   Необходимое не приедается.

   Необходимое не приедается.

   — Луций Анней Сенека · книга
8. «

   Все, что ты видишь, в чем заключено и божественное и человеческое, — едино: мы все только члены огромного тела. Природа из одного и того же нас сотворившая и к одному предназначавшая, родила нас братьями. Она вложила в нас взаимную любовь, сделала нас общительными, она установила, что правильно и справедливо... мы родились, чтобы жить вместе.

   Все, что ты видишь, в чем заключено и божественное и человеческое, — едино: мы все только члены огромного тела. Природа из одного и того же нас сотворившая и к одному предназначавшая, родила нас братьями. Она вложила в нас взаимную любовь, сделала нас общительными, она установила, что правильно и справедливо... мы родились, чтобы жить вместе.

   — Юрий Николаевич Давыдов · книга
9. «

   Подлинна только та безмятежность, чей корень — совершенство духа.

   Подлинна только та безмятежность, чей корень — совершенство духа.

   — Луций Анней Сенека · книга
10. «

    Многие, накопив богатство, нашли не конец бедам, а другие беды.

    Многие, накопив богатство, нашли не конец бедам, а другие беды.

    — Луций Анней Сенека · книга
11. «

    Вершины сама их высота поражает громом.

    Вершины сама их высота поражает громом.

    — Луций Анней Сенека · книга
12. «

    Нередко учат обману тем, что обмана боятся, и подозрениями дают право быть вероломным.

    Нередко учат обману тем, что обмана боятся, и подозрениями дают право быть вероломным.

    — Луций Анней Сенека · книга
13. «

    Что случайно доставшееся, нельзя считать своим.

    Что случайно доставшееся, нельзя считать своим.

    — Луций Анней Сенека · книга
14. «

    Один из залогов безопасности — в том, чтобы не стремиться к ней открыто: ведь от чего мы держимся дальше, то осуждаем.

    Один из залогов безопасности — в том, чтобы не стремиться к ней открыто: ведь от чего мы держимся дальше, то осуждаем.

    — Луций Анней Сенека · книга
15. «

    Утром люди отданы на растерзанье львам и медведям, в полдень — зрителям. Это они велят убившим идти под удар тех, кто их убьет, а победителей щадят лишь для новой бойни. Для сражающихся нет иного выхода, кроме смерти.

    Утром люди отданы на растерзанье львам и медведям, в полдень — зрителям. Это они велят убившим идти под удар тех, кто их убьет, а победителей щадят лишь для новой бойни. Для сражающихся нет иного выхода, кроме смерти.

    — Луций Анней Сенека · книга
16. «

    Большинство людей мечется между страхом смерти и мучениями жизни; жалкие, они и жить не хотят, и умереть не умеют.

    Большинство людей мечется между страхом смерти и мучениями жизни; жалкие, они и жить не хотят, и умереть не умеют.

    — Луций Анней Сенека · книга
17. «

    Жить в нужде плохо, но только нет нужды жить в нужде.

    Жить в нужде плохо, но только нет нужды жить в нужде.

    — Луций Анней Сенека · книга
18. «

    Кто занимается своим произведением с душевным беспокойством, тот в самом занятии находит великую усладу.

    Кто занимается своим произведением с душевным беспокойством, тот в самом занятии находит великую усладу.

    — Луций Анней Сенека · книга
19. «

    Счастье — вещь беспокойная: оно само себе не дает ни отдыха, ни срока и на множество ладов тревожит наш ум. Каждого оно заставляет за чем-нибудь гнаться: одних — за властью, других — за роскошью, первых делая спесивыми, вторых — изнеженными, но губя и тех и этих.

    Счастье — вещь беспокойная: оно само себе не дает ни отдыха, ни срока и на множество ладов тревожит наш ум. Каждого оно заставляет за чем-нибудь гнаться: одних — за властью, других — за роскошью, первых делая спесивыми, вторых — изнеженными, но губя и тех и этих.

    — Луций Анней Сенека · книга
20. «

    Тот более всех наслаждается богатством, кто меньше всех в богатствах нуждается.

    Тот более всех наслаждается богатством, кто меньше всех в богатствах нуждается.

    — Луций Анней Сенека · книга