21 известных цитата персонажа «Сфинкс»

Ниже 21 цитата персонажа «Сфинкс»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   – Почему ты позволяешь себя бить? Вроде бы он не издевался. Хотя сказанное звучало издевкой. Я представил, как я сопротивляюсь. Как визжу и отмахиваюсь от Лэри. Да он просто умрет от счастья. Неужели Сфинкс этого не понимает? Или он куда лучшего мнения обо мне, чем я сам. – По-твоему, это что-то даст? – Больше, чем ты думаешь. – Ага. Лэри так развеселится, что ослабеет и не сможет махать кулаками. – Или так удивится, что перестанет считать тебя Фазаном. Кажется, он верил тому, что говорил. Я даже не смог рассердиться по-настоящему. – Брось, Сфинкс, – сказал я. – Это просто смешно. Что я, по-твоему, должен успеть сделать? Оцарапать ему колено? – Да что угодно. Даже Толстый может укусить, когда его обижают. А у тебя в руках была чашка с горячим кофе. Ты, кажется, даже обжегся им, когда падал. – Я должен был облить его своим кофе? Сфинкс прикрыл глаза. – Лучше так, чем обжигаться самому.

   – Почему ты позволяешь себя бить? Вроде бы он не издевался. Хотя сказанное звучало издевкой. Я представил, как я сопротивляюсь. Как визжу и отмахиваюсь от Лэри. Да он просто умрет от счастья. Неужели Сфинкс этого не понимает? Или он куда лучшего мнения обо мне, чем я сам. – По-твоему, это что-то даст? – Больше, чем ты думаешь. – Ага. Лэри так развеселится, что ослабеет и не сможет махать кулаками. – Или так удивится, что перестанет считать тебя Фазаном. Кажется, он верил тому, что говорил. Я даже не смог рассердиться по-настоящему. – Брось, Сфинкс, – сказал я. – Это просто смешно. Что я, по-твоему, должен успеть сделать? Оцарапать ему колено? – Да что угодно. Даже Толстый может укусить, когда его обижают. А у тебя в руках была чашка с горячим кофе. Ты, кажется, даже обжегся им, когда падал. – Я должен был облить его своим кофе? Сфинкс прикрыл глаза. – Лучше так, чем обжигаться самому.

   — Мариам Петросян · книга
2. «

   ... Если подумать, сколько несчастий и страданий любовь приносит людям, то это никакой не дар, а страшное проклятие! Любовь — просто попытка людей избавиться от страха перед жизнью!

   ... Если подумать, сколько несчастий и страданий любовь приносит людям, то это никакой не дар, а страшное проклятие! Любовь — просто попытка людей избавиться от страха перед жизнью!

   — Сергей Лукьяненко · книга
3. «

   – Что ходит на четырех ногах утром, на двух днем, на трех вечером? – Уильям – цирковой пес. – Нет. Правильный ответ – человек. – Не-а, не правда. Это Уильям, я видела. Он был на четырех лапах утром, на двух во время дневного шоу, а вечером хромал на трех, потому что ушиб четвертую. А еще он на скейтборде катается!

   – Что ходит на четырех ногах утром, на двух днем, на трех вечером? – Уильям – цирковой пес. – Нет. Правильный ответ – человек. – Не-а, не правда. Это Уильям, я видела. Он был на четырех лапах утром, на двух во время дневного шоу, а вечером хромал на трех, потому что ушиб четвертую. А еще он на скейтборде катается!

   — Сфинкс · фильм
4. «

   Некоторые темы не обсуждаются. В домах повешенных — веревки. Может быть, даже мыло и гвозди.

   Некоторые темы не обсуждаются. В домах повешенных — веревки. Может быть, даже мыло и гвозди.

   — Мариам Петросян · книга
5. «

   К людям, которые смотрят на тебя определенным образом, лучше не поворачиваться спиной, стоя в опасных местах.

   К людям, которые смотрят на тебя определенным образом, лучше не поворачиваться спиной, стоя в опасных местах.

   — Мариам Петросян · книга
6. «

   — Ты разве меня не боишься? — Сфинкс уже не таясь начал меняться. <...> С трудом проглотив вязкую слюну враз пересохшим горлом, я прошипел ответ. — Видали мы карликов и покрупнее.

   — Ты разве меня не боишься? — Сфинкс уже не таясь начал меняться. <...> С трудом проглотив вязкую слюну враз пересохшим горлом, я прошипел ответ. — Видали мы карликов и покрупнее.

   — Тимофей Петрович Царенко · книга
7. «

   Нет человека счастливее, чем настоящий дурак.

   Нет человека счастливее, чем настоящий дурак.

   — Мариам Петросян · книга
8. «

   Зеркала — насмешники. Любители злых розыгрышей, трудно постижимых нами, чье время течет быстрее. Намного быстрее, чем требуется для того, чтобы по достоинству оценить их юмор. Но я помню. Я, несчетное число раз смотревший в глаза забитого мальчугана, шепча: «хочу быть как Череп»… встречаю теперь взгляд человека, намного больше похожего на череп, чем носивший когда-то эту кличку. И, словно этого мало, я — единственный владелец безделушки, благодаря которой его так прозвали. Я могу оценить зазеркальный юмор, потому что помню то, что я помню, но многие ли тратили такую уйму времени на общение с зеркалами? Я знаю красивейшего человека, который шарахается от зеркал, как от чумы. Я знаю девушку, которая носит на шее целую коллекцию маленьких зеркал. Она чаще глядит в них, чем вокруг, и видит все фрагментами, в перевернутом виде. Я знаю незрячего, иногда настороженно замирающего перед собственным отражением. И помню хомяка, бросавшегося на свое отражение с яростью берсеркера. Так что пусть мне не говорят, что в зеркалах не прячется магия. Она там есть, даже когда ты устал и ни на что не способен.

   Зеркала — насмешники. Любители злых розыгрышей, трудно постижимых нами, чье время течет быстрее. Намного быстрее, чем требуется для того, чтобы по достоинству оценить их юмор. Но я помню. Я, несчетное число раз смотревший в глаза забитого мальчугана, шепча: «хочу быть как Череп»… встречаю теперь взгляд человека, намного больше похожего на череп, чем носивший когда-то эту кличку. И, словно этого мало, я — единственный владелец безделушки, благодаря которой его так прозвали. Я могу оценить зазеркальный юмор, потому что помню то, что я помню, но многие ли тратили такую уйму времени на общение с зеркалами? Я знаю красивейшего человека, который шарахается от зеркал, как от чумы. Я знаю девушку, которая носит на шее целую коллекцию маленьких зеркал. Она чаще глядит в них, чем вокруг, и видит все фрагментами, в перевернутом виде. Я знаю незрячего, иногда настороженно замирающего перед собственным отражением. И помню хомяка, бросавшегося на свое отражение с яростью берсеркера. Так что пусть мне не говорят, что в зеркалах не прячется магия. Она там есть, даже когда ты устал и ни на что не способен.

   — Мариам Петросян · книга
9. «

   — Не лю-бит, — повторил Сфинкс по слогам. — Когда его замечают. Заговаривают. О чем-то спрашивают, обращают на него внимание. Его от этого коробит.

   — Не лю-бит, — повторил Сфинкс по слогам. — Когда его замечают. Заговаривают. О чем-то спрашивают, обращают на него внимание. Его от этого коробит.

   — Мариам Петросян · книга
10. «

    И я вдруг понимаю, что, может быть, мне этот разговор даже нужнее, чем ему. Потому что никто никогда не спрашивает себя о том, что и так понятно. Или кажется понятным.

    И я вдруг понимаю, что, может быть, мне этот разговор даже нужнее, чем ему. Потому что никто никогда не спрашивает себя о том, что и так понятно. Или кажется понятным.

    — Мариам Петросян · книга
11. «

    Ты — это то, в чем силою одной Нуждаются и праведный и грешный: Один, чтоб злу всегда сопротивляться, Другой, чтоб злу всецело подпадать. Всё для того, чтоб Зевсу повод дать Премило над обоими смеяться.

    Ты — это то, в чем силою одной Нуждаются и праведный и грешный: Один, чтоб злу всегда сопротивляться, Другой, чтоб злу всецело подпадать. Всё для того, чтоб Зевсу повод дать Премило над обоими смеяться.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
12. «

    ...послушание на уровне дрессуры.

    ...послушание на уровне дрессуры.

    — Мариам Петросян · книга
13. «

    Время не течет, как река, в которую нельзя войти дважды. Оно как расходящиеся по воде круги.

    Время не течет, как река, в которую нельзя войти дважды. Оно как расходящиеся по воде круги.

    — Мариам Петросян · книга
14. «

    Только редко высказывающиеся люди умеют произносить такие убийственные в своей простоте фразы.

    Только редко высказывающиеся люди умеют произносить такие убийственные в своей простоте фразы.

    — Мариам Петросян · книга
15. «

    Это ужасно, Курильщик. Когда твои вопросы глупее тебя. А когда они намного глупее, это еще ужаснее. Они как содержимое этой урны. Тебе не нравится ее запах, а мне не нравится запах мертвых слов. Ты ведь не стал бы вытряхивать на меня все эти вонючие окурки и плевки? Но ты засыпаешь меня гнилыми словами-пустышками, ни на секунду не задумываясь, приятно мне это или нет.

    Это ужасно, Курильщик. Когда твои вопросы глупее тебя. А когда они намного глупее, это еще ужаснее. Они как содержимое этой урны. Тебе не нравится ее запах, а мне не нравится запах мертвых слов. Ты ведь не стал бы вытряхивать на меня все эти вонючие окурки и плевки? Но ты засыпаешь меня гнилыми словами-пустышками, ни на секунду не задумываясь, приятно мне это или нет.

    — Мариам Петросян · книга
16. «

    Торжественно прощаешься со всеми и понимаешь, что с тебя хватит. Что пора уже начинать с кем-то здороваться. А поскольку ничего не можешь делать сам, здороваешься с собой — давним и беспомощным. С тем, кому все помогали и никто не смел обидеть. Чем плохо?

    Торжественно прощаешься со всеми и понимаешь, что с тебя хватит. Что пора уже начинать с кем-то здороваться. А поскольку ничего не можешь делать сам, здороваешься с собой — давним и беспомощным. С тем, кому все помогали и никто не смел обидеть. Чем плохо?

    — Мариам Петросян · книга
17. «

    — Не лю-бит, — повторил Сфинкс по слогам. — Когда его замечают. Заговаривают. О чем-то спрашивают, обращают на него внимание. Его от этого коробит.

    — Не лю-бит, — повторил Сфинкс по слогам. — Когда его замечают. Заговаривают. О чем-то спрашивают, обращают на него внимание. Его от этого коробит.

    — Мариам Петросян · книга
18. «

    Найди свою шкуру, Македонский, найди свою маску, говори о чем-нибудь, делай что-нибудь, тебя должны чувствовать, понимаешь? Или ты исчезнешь.

    Найди свою шкуру, Македонский, найди свою маску, говори о чем-нибудь, делай что-нибудь, тебя должны чувствовать, понимаешь? Или ты исчезнешь.

    — Мариам Петросян · книга
19. «

    Дом требует терпеливого отношения. Тайны. Почтения и благоговения. Он принимает или не принимает, одаряет или грабит, подсовывает сказку или кошмар, убивает, старит, дает крылья... Это могущественное и капризное божество, и если оно чего-то не любит, так это когда его пытаются упросить словами. За это приходится платить.

    Дом требует терпеливого отношения. Тайны. Почтения и благоговения. Он принимает или не принимает, одаряет или грабит, подсовывает сказку или кошмар, убивает, старит, дает крылья... Это могущественное и капризное божество, и если оно чего-то не любит, так это когда его пытаются упросить словами. За это приходится платить.

    — Мариам Петросян · книга
20. «

    — Забудем того тебя, который живет в зеркале. — По-твоему, это не я? — Ты. Но не совсем. Это ты, искаженный собственным восприятием. В зеркалах мы все хуже, чем на самом деле, не замечал?

    — Забудем того тебя, который живет в зеркале. — По-твоему, это не я? — Ты. Но не совсем. Это ты, искаженный собственным восприятием. В зеркалах мы все хуже, чем на самом деле, не замечал?

    — Мариам Петросян · книга