Астма вернулась. Не знаю, как, но она вернулась, и приступы стали сильнее, чем были раньше, поэтому ингалятор всегда со мной, как и раньше. Прошло уже пять дней. За это время мы не встретили ни новых химер, ни Врачевателей страха. Мы ходим в школу и делаем вид, что ничего не произошло... но ощущение, что все всё знают. Идя по коридору, никто не улыбается и не смеётся. Такое чувство, что все предчувствуют, что что-то грядёт. Просто они не знают, что именно, и насколько это будет плохо. Всякий раз, осознавая, что надо что-то с этим делать, я достаю свой ингалятор, словно он может помочь мне придумать гениальный способ, как всех спасти... но я не знаю, что делать... и не думаю, что хоть кто-то знает. Возможно, поэтому мы и не говорим друг с другом... а иногда, словно не замечаем друг друга. Но, по-моему, некоторым это только на руку, потому что, не разговаривая, легче таить секреты. И я не знаю, специально ли кто-то лжёт о случившемся, или же, возможно, что-то просто не договаривает. Возможно, Стилински придётся куда хуже, потому что ему не сказали о Пэррише. Кстати, Пэрришу тоже ничего не сказали. Кажется, он даже не помнит, как похищал трупы, и мы считаем, что это очень опасно, мешать ему делать это. Если бы Стилински знал правду, он бы смог ему помешать. Поэтому Лидия и Стайлз пытаются найти трупы, чтобы найти неметон. Прошлый раз, когда мы его нашли, трое из нас чуть не утонули в ледяной воде. Мы не единственные, кто ищет химер. Стилински всё ещё ищет зацепки, пытаясь выявить генетических химер – тех, у кого два набора ДНК. Говоря по правде, они и сами не знают, что ищут. Кто-то думает, что серийного убийцу... другие, что какого-то психа. С двумя химерами, которых мы знаем, Хэйден и Кори... всё в порядке. Точнее, даже лучше. Они быстро исцеляются и набираются сил. Им не нужна наша помощь. Думаю, они и без нас справятся. О Кире до сих пор ничего не слышно. Я всё больше и больше беспокоюсь за Дитона. Я знаю, что что-то грядёт, но мои мысли об одном: справлюсь ли я, ведь я еле могу дышать.Астма вернулась. Не знаю, как, но она вернулась, и приступы стали сильнее, чем были раньше, поэтому ингалятор всегда со мной, как и раньше. Прошло уже пять дней. За это время мы не встретили ни новых химер, ни Врачевателей страха. Мы ходим в школу и делаем вид, что ничего не произошло... но ощущение, что все всё знают. Идя по коридору, никто не улыбается и не смеётся. Такое чувство, что все предчувствуют, что что-то грядёт. Просто они не знают, что именно, и насколько это будет плохо. Всякий раз, осознавая, что надо что-то с этим делать, я достаю свой ингалятор, словно он может помочь мне придумать гениальный способ, как всех спасти... но я не знаю, что делать... и не думаю, что хоть кто-то знает. Возможно, поэтому мы и не говорим друг с другом... а иногда, словно не замечаем друг друга. Но, по-моему, некоторым это только на руку, потому что, не разговаривая, легче таить секреты. И я не знаю, специально ли кто-то лжёт о случившемся, или же, возможно, что-то просто не договаривает. Возможно, Стилински придётся куда хуже, потому что ему не сказали о Пэррише. Кстати, Пэрришу тоже ничего не сказали. Кажется, он даже не помнит, как похищал трупы, и мы считаем, что это очень опасно, мешать ему делать это. Если бы Стилински знал правду, он бы смог ему помешать. Поэтому Лидия и Стайлз пытаются найти трупы, чтобы найти неметон. Прошлый раз, когда мы его нашли, трое из нас чуть не утонули в ледяной воде. Мы не единственные, кто ищет химер. Стилински всё ещё ищет зацепки, пытаясь выявить генетических химер – тех, у кого два набора ДНК. Говоря по правде, они и сами не знают, что ищут. Кто-то думает, что серийного убийцу... другие, что какого-то психа. С двумя химерами, которых мы знаем, Хэйден и Кори... всё в порядке. Точнее, даже лучше. Они быстро исцеляются и набираются сил. Им не нужна наша помощь. Думаю, они и без нас справятся. О Кире до сих пор ничего не слышно. Я всё больше и больше беспокоюсь за Дитона. Я знаю, что что-то грядёт, но мои мысли об одном: справлюсь ли я, ведь я еле могу дышать.