23 цитаты персонажа «Стивен Дедал» — от иронии до философии

23 цитаты персонажа «Стивен Дедал» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Человек, который так держится за то, что он именует своими правами на то, что он именует себе причитающимся, — он будет цепко держаться и за то, что он именует своими правами на ту, кого он именует своей женой. И пусть никакой окрестный сэр смайл не пожелает вола его, или жены его, или раба, или рабыни его, или осла его.

   Человек, который так держится за то, что он именует своими правами на то, что он именует себе причитающимся, — он будет цепко держаться и за то, что он именует своими правами на ту, кого он именует своей женой. И пусть никакой окрестный сэр смайл не пожелает вола его, или жены его, или раба, или рабыни его, или осла его.

   — Джеймс Джойс · книга
2. «

   Необходимость есть то, в силу чего вещам становится невозможно быть по-другому.

   Необходимость есть то, в силу чего вещам становится невозможно быть по-другому.

   — Джеймс Джойс · книга
3. «

   Я был как он, те же косые плечи, та же нескладность. Детство мое, сгорбясь подле меня. Ушло, и не коснуться его, пускай хоть раз, хоть слегка. Мое ушло, а его потаенно, как наши взгляды. Тайны, безмолвно застывшие в темных чертогах двух наших сердец, — тайны, уставшие тиранствовать: тираны, мечтающие быть свергнутыми.

   Я был как он, те же косые плечи, та же нескладность. Детство мое, сгорбясь подле меня. Ушло, и не коснуться его, пускай хоть раз, хоть слегка. Мое ушло, а его потаенно, как наши взгляды. Тайны, безмолвно застывшие в темных чертогах двух наших сердец, — тайны, уставшие тиранствовать: тираны, мечтающие быть свергнутыми.

   — Джеймс Джойс · книга
4. «

   — Знаете, чем англичане гордятся? Какие самые гордые слова у англичан? — Что над его империей никогда не заходит солнце. — Это совсем не англичанин. Я вам скажу, чем он больше всего гордится: «Я никому не должен. Я за всю жизнь не занял ни у кого ни шиллинга».

   — Знаете, чем англичане гордятся? Какие самые гордые слова у англичан? — Что над его империей никогда не заходит солнце. — Это совсем не англичанин. Я вам скажу, чем он больше всего гордится: «Я никому не должен. Я за всю жизнь не занял ни у кого ни шиллинга».

   — Джеймс Джойс · книга
5. «

   Уродлив и бестолков. Но ведь какая-то любила его, выносила под сердцем, нянчила на руках. Если бы не она, мир в своей гонке давно бы подмял его, растоптал.

   Уродлив и бестолков. Но ведь какая-то любила его, выносила под сердцем, нянчила на руках. Если бы не она, мир в своей гонке давно бы подмял его, растоптал.

   — Джеймс Джойс · книга
6. «

   На встряску время отзывается встряской.

   На встряску время отзывается встряской.

   — Джеймс Джойс · книга
7. «

   Вокруг меня насыщенные и насыщающиеся мозги — пришпиленные под лампочками, слабо подрагивающие щупиками, — а во тьме моего ума грузное подземное чудище, неповоротливое, боящееся света, шевелит драконовой чешуей. Мысль — это мысль о мысли. Безмятежная ясность. Душа — это неким образом всё сущее: душа — форма форм.

   Вокруг меня насыщенные и насыщающиеся мозги — пришпиленные под лампочками, слабо подрагивающие щупиками, — а во тьме моего ума грузное подземное чудище, неповоротливое, боящееся света, шевелит драконовой чешуей. Мысль — это мысль о мысли. Безмятежная ясность. Душа — это неким образом всё сущее: душа — форма форм.

   — Джеймс Джойс · книга
8. «

   Тема брата-обманщика, брата-захватчика, брата-прелюбодея или же брата, в котором все это сразу, была тем для Шекспира, что всегда с собой.

   Тема брата-обманщика, брата-захватчика, брата-прелюбодея или же брата, в котором все это сразу, была тем для Шекспира, что всегда с собой.

   — Джеймс Джойс · книга
9. «

   Ты не будешь ничьим господином и ничьим рабом.

   Ты не будешь ничьим господином и ничьим рабом.

   — Джеймс Джойс · книга
10. «

    Предрешенное пространство ожидает меня в предрешенное время — неотменимо.

    Предрешенное пространство ожидает меня в предрешенное время — неотменимо.

    — Джеймс Джойс · книга
11. «

    Где было примирение, там прежде должен быть разрыв.

    Где было примирение, там прежде должен быть разрыв.

    — Джеймс Джойс · книга
12. «

    Соблазнившая один раз, соблазнит и в другой.

    Соблазнившая один раз, соблазнит и в другой.

    — Джеймс Джойс · книга
13. «

    Воли к действию уж нет И в помине много лет.

    Воли к действию уж нет И в помине много лет.

    — Джеймс Джойс · книга
14. «

    Актер, который все годы своей жизни, не отданные суете сует, изучал «Гамлета», чтобы сыграть роль призрака.

    Актер, который все годы своей жизни, не отданные суете сует, изучал «Гамлета», чтобы сыграть роль призрака.

    — Джеймс Джойс · книга
15. «

    История — это сказка, давно навязшая в ушах.

    История — это сказка, давно навязшая в ушах.

    — Джеймс Джойс · книга
16. «

    Разве Пирр не пал в Аргосе от руки старой ведьмы, а Юлия Цезаря не закололи кинжалом? Их уже не изгнать из памяти. Время поставило на них свою мету и заключило, сковав, в пространстве, что занимали уничтоженные ими бесчисленные возможности. Но были ли они возможны, если их так и не было? Или то лишь было возможным, что состоялось? Тките, ветра ткачи.

    Разве Пирр не пал в Аргосе от руки старой ведьмы, а Юлия Цезаря не закололи кинжалом? Их уже не изгнать из памяти. Время поставило на них свою мету и заключило, сковав, в пространстве, что занимали уничтоженные ими бесчисленные возможности. Но были ли они возможны, если их так и не было? Или то лишь было возможным, что состоялось? Тките, ветра ткачи.

    — Джеймс Джойс · книга
17. «

    Его героини, которых играли юноши, это героини юношей. Их жизнь, их мысли, их речи — плоды мужского воображения.

    Его героини, которых играли юноши, это героини юношей. Их жизнь, их мысли, их речи — плоды мужского воображения.

    — Джеймс Джойс · книга
18. «

    Две мысли терзают призрака: нарушенный обет и тупоголовый мужлан, ставший ее избранником, брат покойного супруга.

    Две мысли терзают призрака: нарушенный обет и тупоголовый мужлан, ставший ее избранником, брат покойного супруга.

    — Джеймс Джойс · книга
19. «

    Ростовщица Элиза Тюдор роскошью своего белья могла бы поспорить с царицей Савской.

    Ростовщица Элиза Тюдор роскошью своего белья могла бы поспорить с царицей Савской.

    — Джеймс Джойс · книга
20. «

    Тут как в раскаленной печи. Час Пана, полуденый отдых Фавна. Средь соконалитых змеерастений, млекоточивых плодов, где широко раскинулись листья на бронзовоцветных водах. Боль далеко.

    Тут как в раскаленной печи. Час Пана, полуденый отдых Фавна. Средь соконалитых змеерастений, млекоточивых плодов, где широко раскинулись листья на бронзовоцветных водах. Боль далеко.

    — Джеймс Джойс · книга