11 цитат персонажа «Татьяна» для размышлений

Ниже 11 цитат персонажа «Татьяна»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Жизнь ломает людей без шума, без криков... без слез... незаметно...

   Жизнь ломает людей без шума, без криков... без слез... незаметно...

   — Максим Горький · книга
2. «

   Не уважая других, вы не уважаете себя.

   Не уважая других, вы не уважаете себя.

   — Виктория Токарева · книга
3. «

   Пока народ еще способен смеяться даже над самой черной своей бедой, значит, есть у него самосознание.

   Пока народ еще способен смеяться даже над самой черной своей бедой, значит, есть у него самосознание.

   — Юлия Вознесенская · книга
4. «

   Я научилась жить среди равнодушия, без горячей заботы о себе, без подарков судьбы, в беспокойстве и раздражении постоянном. Когда меня оскорбляют, мне больно, но через два – три дня всё проходит. Женщины часто воспринимают триаду «деньги – слава – любовь» как возможную защиту от холода и боли (любовь тоже боль, но иного рода) – однако я выучилась жить и с холодом и с болью. Я терплю холод, как почтальон в старину, отправленный в дальнее поселение с важным письмом, я терплю боль, как терпит её человек с вылезшим гвоздём в ботинке, который ежеминутно терзает пятку, – и ботинок почему-то нельзя снять. Тем более что радость хоть не каждый день, как солнце на Севере, но согревает душу. Пока что – всё терпимо. ...

   Я научилась жить среди равнодушия, без горячей заботы о себе, без подарков судьбы, в беспокойстве и раздражении постоянном. Когда меня оскорбляют, мне больно, но через два – три дня всё проходит. Женщины часто воспринимают триаду «деньги – слава – любовь» как возможную защиту от холода и боли (любовь тоже боль, но иного рода) – однако я выучилась жить и с холодом и с болью. Я терплю холод, как почтальон в старину, отправленный в дальнее поселение с важным письмом, я терплю боль, как терпит её человек с вылезшим гвоздём в ботинке, который ежеминутно терзает пятку, – и ботинок почему-то нельзя снять. Тем более что радость хоть не каждый день, как солнце на Севере, но согревает душу. Пока что – всё терпимо. ...

   — Татьяна Владимировна Москвина · книга
5. «

   Очень тяжело переживать зрелые страдания своего ребенка.

   Очень тяжело переживать зрелые страдания своего ребенка.

   — Виктория Токарева · книга
6. «

   Сколь вокруг благородных ни трись, а сама дворянкой не станешь.

   Сколь вокруг благородных ни трись, а сама дворянкой не станешь.

   — Татьяна · сериал
7. «

   Чудес не бывает, детка! Никакой принц в тебя, конечно же, не влюбится, через пару лет из миленькой девочки ты превратишься в несвежую девицу, и закончится всё тем, что завалит тебя соседский конюх на сеновале, обрюхатит, и родишь ты ещё одну такую же замарашку-неудачницу, обречённую на метлу и грязную тряпку. Никакого чуда, Золушка. И не проси о нём, не раздражай лишний раз окружающих, вынужденных развенчивать твои детские фантазии. Чудес не бывает — в твоём возрасте пора бы это знать.

   Чудес не бывает, детка! Никакой принц в тебя, конечно же, не влюбится, через пару лет из миленькой девочки ты превратишься в несвежую девицу, и закончится всё тем, что завалит тебя соседский конюх на сеновале, обрюхатит, и родишь ты ещё одну такую же замарашку-неудачницу, обречённую на метлу и грязную тряпку. Никакого чуда, Золушка. И не проси о нём, не раздражай лишний раз окружающих, вынужденных развенчивать твои детские фантазии. Чудес не бывает — в твоём возрасте пора бы это знать.

   — Елена Михалкова · книга
8. «

   Курочка по зернышку клюет, а весь двор в помете.

   Курочка по зернышку клюет, а весь двор в помете.

   — Олег Рой · книга
9. «

   Страх перед насмешками и осуждением людским ушёл вместе с другими человеческими свойствами, из которых более всего мне жаль чудесной способности любить на ровном месте. Она, эта способность, очень скрасила мне жизнь.

   Страх перед насмешками и осуждением людским ушёл вместе с другими человеческими свойствами, из которых более всего мне жаль чудесной способности любить на ровном месте. Она, эта способность, очень скрасила мне жизнь.

   — Татьяна Москвина · книга
10. «

    Катится по лесу Колобок, а навстречу ему Лиса. «Колобок, колобок, а я тебя съем!» — «Не советую. Я же не Колобок, а Ежик из Чернобыля.

    Катится по лесу Колобок, а навстречу ему Лиса. «Колобок, колобок, а я тебя съем!» — «Не советую. Я же не Колобок, а Ежик из Чернобыля.

    — Юлия Вознесенская · книга
11. «

    На самом деле ей, конечно, было наплевать на его благосостояние. Хотелось, чтобы он сидел подле нее и говорил, какая она потрясающая, и глаза бы его горели восхищением и восторгом. Какие, к черту, деньги — все вторично. Тем более какой там, к черту, секс, который все и везде пропихивают как чуть ли не главный двигатель человеческих поступков? Тьфу, и растереть! Оставьте этот примитив дядюшке Фрейду. В живой человеческой душе все куда сложнее.

    На самом деле ей, конечно, было наплевать на его благосостояние. Хотелось, чтобы он сидел подле нее и говорил, какая она потрясающая, и глаза бы его горели восхищением и восторгом. Какие, к черту, деньги — все вторично. Тем более какой там, к черту, секс, который все и везде пропихивают как чуть ли не главный двигатель человеческих поступков? Тьфу, и растереть! Оставьте этот примитив дядюшке Фрейду. В живой человеческой душе все куда сложнее.

    — Олег Рой · книга