«Тевье (молочник)»: 19 цитат

Ниже 19 цитат персонажа «Тевье (молочник)»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Я считаю, что злиться — значит дьяволу угождать.

   Я считаю, что злиться — значит дьяволу угождать.

   — Шолом-Алейхем · книга
2. «

   То ли ты сдурел, то ли спятил, то ли рехнулся, то ли с ума сошел?

   То ли ты сдурел, то ли спятил, то ли рехнулся, то ли с ума сошел?

   — Шолом-Алейхем · книга
3. «

   Давайте поговорим о более весёлых вещах. Что слышно насчёт холеры в Одессе?

   Давайте поговорим о более весёлых вещах. Что слышно насчёт холеры в Одессе?

   — Шолом-Алейхем · книга
4. «

   Казалось бы, уж если господь тебя наказал и остался ты невеждой, неучем, – так уж пусть это будет шито-крыто! Нашел тоже, чем хвастать!

   Казалось бы, уж если господь тебя наказал и остался ты невеждой, неучем, – так уж пусть это будет шито-крыто! Нашел тоже, чем хвастать!

   — Шолом-Алейхем · книга
5. «

   — Дело тут сурьезное... — Что это опять? — Обстановка сейчас очень обострилась. Сейчас быстро разберемся: кто такой, откуда идет, а главное — к кому... — Идёт ко мне. — Зачем? — Учить моих девочек, этим, как его?... Французскими! — Зачем? — Ну Вы уж совсем, Ваше Благородие! У меня девчонки — три, на выданье. Ну придёт в дом посвататься богатейший человек, как его? Ротшильд! На каком языке мы ему скажем: «да»?

   — Дело тут сурьезное... — Что это опять? — Обстановка сейчас очень обострилась. Сейчас быстро разберемся: кто такой, откуда идет, а главное — к кому... — Идёт ко мне. — Зачем? — Учить моих девочек, этим, как его?... Французскими! — Зачем? — Ну Вы уж совсем, Ваше Благородие! У меня девчонки — три, на выданье. Ну придёт в дом посвататься богатейший человек, как его? Ротшильд! На каком языке мы ему скажем: «да»?

   — Урядник
6. «

   Знаете, что я вам скажу? Кода видишь перед собой смерть, поневоле вольнодумцем становишься, начинаешь размышлять, «что мы и что наша жизнь», — что такое наш мир с его планетами, что вертятся, с поездами, которые бешено несутся, со всем этим шумом и треском и что такое даже сам Бродский с его миллионами? Суета сует, чепуха и ерунда!

   Знаете, что я вам скажу? Кода видишь перед собой смерть, поневоле вольнодумцем становишься, начинаешь размышлять, «что мы и что наша жизнь», — что такое наш мир с его планетами, что вертятся, с поездами, которые бешено несутся, со всем этим шумом и треском и что такое даже сам Бродский с его миллионами? Суета сует, чепуха и ерунда!

   — Шолом-Алейхем · книга
7. «

   — Умный ты человек, Тевль, хоть и еврей. — Ваше благородие, кому-то надо быть евреем. Уж лучше я, чем Вы...

   — Умный ты человек, Тевль, хоть и еврей. — Ваше благородие, кому-то надо быть евреем. Уж лучше я, чем Вы...

   — Урядник
8. «

   Счастье детей — счастье родителей!

   Счастье детей — счастье родителей!
9. «

   Как это говорится, — червонцем меньше, червонцем больше... Нищий беднее не станет...

   Как это говорится, — червонцем меньше, червонцем больше... Нищий беднее не станет...

   — Шолом-Алейхем · книга
10. «

    — Моя начнет голосить — хоть святых выноси! — Нет, моя начнёт — вашу слышно не будет. — Бабы, ядри их в корень! — Ой, как хорошо сказал! Всегда хочется из святого Писания что-то вклинить, но лучше урядника разве скажешь!

    — Моя начнет голосить — хоть святых выноси! — Нет, моя начнёт — вашу слышно не будет. — Бабы, ядри их в корень! — Ой, как хорошо сказал! Всегда хочется из святого Писания что-то вклинить, но лучше урядника разве скажешь!

    — Тевье (молочник)
11. «

    — Отец как говорил? Дело мое – табак, а деньги – дым! — Перчик-папиросник? Хороший у тебя был отец, царство ему небесное. У него как получилось: он сам не курил и другим не советовал... Ну и по миру пошел со своей табачной лавкой-то. Ну вы видите, кое-что оставил, раз сын в учится университетах.

    — Отец как говорил? Дело мое – табак, а деньги – дым! — Перчик-папиросник? Хороший у тебя был отец, царство ему небесное. У него как получилось: он сам не курил и другим не советовал... Ну и по миру пошел со своей табачной лавкой-то. Ну вы видите, кое-что оставил, раз сын в учится университетах.

    — Тевье (молочник)
12. «

    — Очень хорошо Вы сейчас сказали, батюшка, складно. Прошу простить меня, но, поди, Вы сами не верите в простоту своих слов. Батюшка, батюшка… Да разве человек сам решает, кто он? Разве нет у него отца, деда? Разве ему в детстве не сказали, кто он? — Ну, и кто ты? — Русский человек еврейского происхождения иудейской веры... Вот она, моя троица! Я ни от чего не отрекусь! Ни от земли своей родной, ни от веры предков! Зачем? Вы сказали: у нас Бог один! Это верно, батюшка! Бог один, но дороги к нему разные... разные.

    — Очень хорошо Вы сейчас сказали, батюшка, складно. Прошу простить меня, но, поди, Вы сами не верите в простоту своих слов. Батюшка, батюшка… Да разве человек сам решает, кто он? Разве нет у него отца, деда? Разве ему в детстве не сказали, кто он? — Ну, и кто ты? — Русский человек еврейского происхождения иудейской веры... Вот она, моя троица! Я ни от чего не отрекусь! Ни от земли своей родной, ни от веры предков! Зачем? Вы сказали: у нас Бог один! Это верно, батюшка! Бог один, но дороги к нему разные... разные.

    — Тевье (молочник)
13. «

    — Добрый вечер, мадам Голда. Вы знаете, если это инфлюэнца, как сказал реб Тевье... — Причём тут я? Это сказал доктор. — Главное, чтоб Вы правильно повторяли. Так вот, если это инфлюэнца, то таблетки — что-то отдельное. Их прислали моей теще Хане-Мириам, из Америки, упокой Бог её душу. — Она-то от них померла?! — Вот оно! Язычок-то у вас ворочается, слава Богу, в нужном направлении. Но за таблетки я гарантирую. Вы посмотрите на коробочку. В такую коробочку дерьмо не кладут. Здесь написано: они быстродействующие. Просто не рассчитаны на нашу почту. Пока дошли до адресата — клиент выбыл... Не, моя мама пьет их с чаем – и ничего... А мама-то уже в том возрасте, когда уже и чай опасен...

    — Добрый вечер, мадам Голда. Вы знаете, если это инфлюэнца, как сказал реб Тевье... — Причём тут я? Это сказал доктор. — Главное, чтоб Вы правильно повторяли. Так вот, если это инфлюэнца, то таблетки — что-то отдельное. Их прислали моей теще Хане-Мириам, из Америки, упокой Бог её душу. — Она-то от них померла?! — Вот оно! Язычок-то у вас ворочается, слава Богу, в нужном направлении. Но за таблетки я гарантирую. Вы посмотрите на коробочку. В такую коробочку дерьмо не кладут. Здесь написано: они быстродействующие. Просто не рассчитаны на нашу почту. Пока дошли до адресата — клиент выбыл... Не, моя мама пьет их с чаем – и ничего... А мама-то уже в том возрасте, когда уже и чай опасен...

    — Менахем-Мендл
14. «

    И думаете, меня очень огорчало то, что я деньги потерял? Право же, нет! Ведь мы с вами знаем, что в Писании сказано: «И серебро мое и злато мое» — деньги — чепуха! Главное — человек, то есть чтобы человек оставался человеком!

    И думаете, меня очень огорчало то, что я деньги потерял? Право же, нет! Ведь мы с вами знаем, что в Писании сказано: «И серебро мое и злато мое» — деньги — чепуха! Главное — человек, то есть чтобы человек оставался человеком!

    — Шолом-Алейхем · книга
15. «

    — Подождите, батюшка! А не скажете, в конце концов, что же было раньше, курица или яйцо? — Раньше, голубчик, всё было.

    — Подождите, батюшка! А не скажете, в конце концов, что же было раньше, курица или яйцо? — Раньше, голубчик, всё было.

    — Ребе
16. «

    Горе многих — половина утешения.

    Горе многих — половина утешения.

    — Шолом-Алейхем · книга
17. «

    Чем больше горестей, тем больше надежд, чем беднее, тем сильнее упование... Ибо...

    Чем больше горестей, тем больше надежд, чем беднее, тем сильнее упование... Ибо...

    — Шолом-Алейхем · книга
18. «

    Чужое поделить — не велика премудрость, сынок! Трудно свое отдать, кровное...

    Чужое поделить — не велика премудрость, сынок! Трудно свое отдать, кровное...
19. «

    Лучше быть последним на свадьбе, чем первым на похоронах.

    Лучше быть последним на свадьбе, чем первым на похоронах.