11 цитат персонажа «Триана» — подборка редакции

11 цитат персонажа «Триана» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Единственное, что важно, когда наливают кофе из серебряного носика, — то, как струя начинает светиться, то, как густой коричневый цвет становится янтарным и золотисто-желтым, а струя, извивающаяся как танцор, пока наполняется чашка, вдруг обрывается, словно призрак спрятался обратно в кофейник.

   Единственное, что важно, когда наливают кофе из серебряного носика, — то, как струя начинает светиться, то, как густой коричневый цвет становится янтарным и золотисто-желтым, а струя, извивающаяся как танцор, пока наполняется чашка, вдруг обрывается, словно призрак спрятался обратно в кофейник.

   — Энн Райс · книга
2. «

   Эта музыка была написана словно для того, чтобы помогать идти вперед, упрямо и почти мстительно карабкаться в гору. Она зовет вперед, вперед и вперед, не позволяя останавливаться. А затем наступает затишье, как в венском лесу, словно у человека внезапно перехватило в горле от вида города, куда он стремится, и тогда он раскидывает руки в стороны и принимается танцевать по кругу... Это беспощадная музыка. Идущий человек не собирается останавливаться. Вперед, вверх, дальше... Теперь уже не важно: леса, деревья — все это не имеет значения. Имеет значение только одно: ты продолжаешь шагать... И когда вновь приходит капелька счастья — благоуханного, ликующего счастья, вызваного тем, что шагаешь по плато, — то на этот раз в такт ему звучат шаги. Потому-то путь не заканчивается. До тех пор пока не перестанет звучать музыка.

   Эта музыка была написана словно для того, чтобы помогать идти вперед, упрямо и почти мстительно карабкаться в гору. Она зовет вперед, вперед и вперед, не позволяя останавливаться. А затем наступает затишье, как в венском лесу, словно у человека внезапно перехватило в горле от вида города, куда он стремится, и тогда он раскидывает руки в стороны и принимается танцевать по кругу... Это беспощадная музыка. Идущий человек не собирается останавливаться. Вперед, вверх, дальше... Теперь уже не важно: леса, деревья — все это не имеет значения. Имеет значение только одно: ты продолжаешь шагать... И когда вновь приходит капелька счастья — благоуханного, ликующего счастья, вызваного тем, что шагаешь по плато, — то на этот раз в такт ему звучат шаги. Потому-то путь не заканчивается. До тех пор пока не перестанет звучать музыка.

   — Энн Райс · книга
3. «

   Жизнь — это нечто огромное, ее нельзя вместить в рамки, от нее нельзя отмахнуться, и фантазии на тему «большого взрыва» имеют под собой не большую почву, чем легенды о воскрешении из мертвых или чудесах.

   Жизнь — это нечто огромное, ее нельзя вместить в рамки, от нее нельзя отмахнуться, и фантазии на тему «большого взрыва» имеют под собой не большую почву, чем легенды о воскрешении из мертвых или чудесах.

   — Энн Райс · книга
4. «

   В этой жизни реальность и сон переплились так тесно, что одно неизменно торжествует над другим.

   В этой жизни реальность и сон переплились так тесно, что одно неизменно торжествует над другим.

   — Энн Райс · книга
5. «

   Горе не проливает слёз. Горе приходит только после ужаса при виде могилы, ужаса у кровати больного, горе обладает мудростью и спокойствием.

   Горе не проливает слёз. Горе приходит только после ужаса при виде могилы, ужаса у кровати больного, горе обладает мудростью и спокойствием.

   — Энн Райс · книга
6. «

   Потолок на крыльце выкрашен светло-голубой краской, чтобы осы решили, будто это небо, и не устраивали там гнезда.

   Потолок на крыльце выкрашен светло-голубой краской, чтобы осы решили, будто это небо, и не устраивали там гнезда.

   — Энн Райс · книга
7. «

   Куда ни глянь — повсюду песни: и в дожде, и в ветре, и в стоне страждущего... Повсюду песни.

   Куда ни глянь — повсюду песни: и в дожде, и в ветре, и в стоне страждущего... Повсюду песни.

   — Энн Райс · книга
8. «

   Как легко желать смерти, когда она тебе не грозит! Как легко полюбить смерть — а лично я ее люблю всю свою жизнь и видела, как ее самые преданные обожатели в конце ломались, переходя на крик в своих мольбах пожить еще немного, как будто все темные вуали и лилии, и запах свечей, и грандиозные обещания могилы ничего не означают.

   Как легко желать смерти, когда она тебе не грозит! Как легко полюбить смерть — а лично я ее люблю всю свою жизнь и видела, как ее самые преданные обожатели в конце ломались, переходя на крик в своих мольбах пожить еще немного, как будто все темные вуали и лилии, и запах свечей, и грандиозные обещания могилы ничего не означают.

   — Энн Райс · книга
9. «

   Какая божественная пустота наступает вслед за исчезновением страха!

   Какая божественная пустота наступает вслед за исчезновением страха!

   — Энн Райс · книга
10. «

    Проклятие памяти заключается в следующем: ничто никогда не забывается.

    Проклятие памяти заключается в следующем: ничто никогда не забывается.

    — Энн Райс · книга
11. «

    И тем не менее, как это ни больно, я в своем уме. Вот в чем проблема.

    И тем не менее, как это ни больно, я в своем уме. Вот в чем проблема.

    — Энн Райс · книга