115 цитат персонажа «Утред Беббанбургский» для поста в соцсетях

115 цитат персонажа «Утред Беббанбургский» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Я не пожертвую одним сыном, ради другого. — Он должен хотеть чего-то еще. — Моей смерти. Так сказал Хэстин. — Он не отдаст за тебя моих сыновей. Ты не представляешь для меня такой ценности. — Знаю. Но для данов ценна моя слава. Победа над Убийцей данов принесет уважение, он может польститься. А Брида пожелает возмездия за свое пленение. Хоть посмотрим, что они скажут. — Уэссекс снова окажется у тебя в долгу. Если ты не вернешься, я сделаю все, чтобы история о твоей чести сохранилась в веках.

   — Я не пожертвую одним сыном, ради другого. — Он должен хотеть чего-то еще. — Моей смерти. Так сказал Хэстин. — Он не отдаст за тебя моих сыновей. Ты не представляешь для меня такой ценности. — Знаю. Но для данов ценна моя слава. Победа над Убийцей данов принесет уважение, он может польститься. А Брида пожелает возмездия за свое пленение. Хоть посмотрим, что они скажут. — Уэссекс снова окажется у тебя в долгу. Если ты не вернешься, я сделаю все, чтобы история о твоей чести сохранилась в веках.

   — король Эдуард Старший · сериал
2. «

   Я стал даном для саксов и саксом для данов и поэтому мне никто не верит. Но я Утред, сын Утреда и судьба правит всем.

   Я стал даном для саксов и саксом для данов и поэтому мне никто не верит. Но я Утред, сын Утреда и судьба правит всем.
3. «

   — Больше не упоминай Уоттона и ему подобных. — А если я пса Уоттоном назову? — У тебя нет такого пса. Ты еще свинью Тором назови.

   — Больше не упоминай Уоттона и ему подобных. — А если я пса Уоттоном назову? — У тебя нет такого пса. Ты еще свинью Тором назови.

   — отец Беокка · сериал
4. «

   — В Кокэме меня ничего не ждет. — Мы сможем снова быть одной семьей. — Мы оба хотим не этого. Ты хочешь так считать, но это неправда. Твоя семья — твои воины. — Я хочу быть со своими детьми. — В Беббанбурге еще может быть, но ты не хочешь оставаться лордом Кокэма. И я тоже не хочу прозябать там. Отец, мы странники, мы идем туда, куда направляют боги и они ведут меня в земли данов. Отпусти меня, ради блага всех саксов. — Я уже многим ради них жертвовал! — Я не ничем не жертвовала. Отец, я хочу пожить среди народа моей матери. Хочу вернуть ту часть себя, что погибла вместе с ней. К тому же... Сигтриггр нежен. Он человек чести. — О тебе должен заботится я. Ты ничего от меня не получила. — Ты отдал мне очень многое. В моих жилах — твоя кровь. И она гонит меня вперед. Дай мне возможность пожить твоей жизнью, пойти путем, не зная, куда он в итоге приведет. Отпусти меня.

   — В Кокэме меня ничего не ждет. — Мы сможем снова быть одной семьей. — Мы оба хотим не этого. Ты хочешь так считать, но это неправда. Твоя семья — твои воины. — Я хочу быть со своими детьми. — В Беббанбурге еще может быть, но ты не хочешь оставаться лордом Кокэма. И я тоже не хочу прозябать там. Отец, мы странники, мы идем туда, куда направляют боги и они ведут меня в земли данов. Отпусти меня, ради блага всех саксов. — Я уже многим ради них жертвовал! — Я не ничем не жертвовала. Отец, я хочу пожить среди народа моей матери. Хочу вернуть ту часть себя, что погибла вместе с ней. К тому же... Сигтриггр нежен. Он человек чести. — О тебе должен заботится я. Ты ничего от меня не получила. — Ты отдал мне очень многое. В моих жилах — твоя кровь. И она гонит меня вперед. Дай мне возможность пожить твоей жизнью, пойти путем, не зная, куда он в итоге приведет. Отпусти меня.

   — Стиорра · сериал
5. «

   — Чего ты хочешь? — Мира. И еще земель. — Добивался мира, развязав войну? — Какая это война, если не было битвы? — Я знал, что ты хочешь переговоров! Король мне не верил. Кто рассказал, что я буду готов к сделке? — Сказал ты, когда решил войти в город.

   — Чего ты хочешь? — Мира. И еще земель. — Добивался мира, развязав войну? — Какая это война, если не было битвы? — Я знал, что ты хочешь переговоров! Король мне не верил. Кто рассказал, что я буду готов к сделке? — Сказал ты, когда решил войти в город.

   — Утред Беббанбургский · сериал
6. «

   — Разве ваши боги не вознаграждают вас за хорошее поведение? — Мои боги своенравны, господин. — Как ты можешь служить своенравному богу? — Я и не служу. — Но ты сказал... — Что они своенравны, но так уж боги развлекаются. Моя задача — не служить им, а развлекать их, и, если мне это удастся, они вознаградят меня в следующей жизни.

   — Разве ваши боги не вознаграждают вас за хорошее поведение? — Мои боги своенравны, господин. — Как ты можешь служить своенравному богу? — Я и не служу. — Но ты сказал... — Что они своенравны, но так уж боги развлекаются. Моя задача — не служить им, а развлекать их, и, если мне это удастся, они вознаградят меня в следующей жизни.

   — Бернард Корнуэлл · книга
7. «

   — Ты хотел принести в Эгельсбург мир. — По меньшей мере, я стараюсь избегать битв. — А я, по-твоему, к ним стремлюсь? — Может, и нет, но так и будет. Олдермены не отступят. И вы закончите бойню, которую начали даны. — Боюсь, что ты прав, кровопролитие очень возможно, пострадают невинные. — Но решаете за нас вы. — Скажем, я оставлю здесь своего человека, чтобы тот постарался добиться мира, того, кто может быть неугоден олдерменам, но любовь народа заставит их смириться. Назовем его, например, лордом-защитником. Он будет править здесь несколько лет, пока угроза не минует. Что скажешь, если это будешь ты? — Я? Я не хочу здесь править. — Очевидно, что ты пользуешься уважением у местных жителей, тебя слушаются, так почему бы нам не воспользоваться этим? — Я не воспользуюсь их уважением. — Даже, ради мира? Согласишься, сможешь вернуть былую Мерсию, ту которую усердно уничтожал Этельред. — А если откажусь? — Как сам сказал — будет бойня, но это уже будет твое решение.

   — Ты хотел принести в Эгельсбург мир. — По меньшей мере, я стараюсь избегать битв. — А я, по-твоему, к ним стремлюсь? — Может, и нет, но так и будет. Олдермены не отступят. И вы закончите бойню, которую начали даны. — Боюсь, что ты прав, кровопролитие очень возможно, пострадают невинные. — Но решаете за нас вы. — Скажем, я оставлю здесь своего человека, чтобы тот постарался добиться мира, того, кто может быть неугоден олдерменам, но любовь народа заставит их смириться. Назовем его, например, лордом-защитником. Он будет править здесь несколько лет, пока угроза не минует. Что скажешь, если это будешь ты? — Я? Я не хочу здесь править. — Очевидно, что ты пользуешься уважением у местных жителей, тебя слушаются, так почему бы нам не воспользоваться этим? — Я не воспользуюсь их уважением. — Даже, ради мира? Согласишься, сможешь вернуть былую Мерсию, ту которую усердно уничтожал Этельред. — А если откажусь? — Как сам сказал — будет бойня, но это уже будет твое решение.

   — король Эдуард Старший · сериал
8. «

   Мы способны многого достичь в этой жизни, если постараемся. Мы рожаем детей и наживаем богатство, копим земли и строим дома, собираем армии и задаем роскошные пиры, но только одно переживет нас: доброе имя.

   Мы способны многого достичь в этой жизни, если постараемся. Мы рожаем детей и наживаем богатство, копим земли и строим дома, собираем армии и задаем роскошные пиры, но только одно переживет нас: доброе имя.

   — Бернард Корнуэлл · книга
9. «

   — Милорд, зачем вы спасли меня? Зачем привели сюда? — Я спас тебя прежде всего, потому что мог, но еще и потому, что ты это заслужил.

   — Милорд, зачем вы спасли меня? Зачем привели сюда? — Я спас тебя прежде всего, потому что мог, но еще и потому, что ты это заслужил.

   — Утред Беббанбургский · сериал
10. «

    Я не могу поверить, что вот-вот отпущу тебя, потеряю тебя. Ты половина моей жизни. Все мое безумие! ... Будь счастлива!..

    Я не могу поверить, что вот-вот отпущу тебя, потеряю тебя. Ты половина моей жизни. Все мое безумие! ... Будь счастлива!..
11. «

    — Он сошел с ума. Безумен и счастлив. — Это лучше, чем быть безумным и несчастным. — За ним присматривают священники, но он не ест. Гутред швыряется едой в стены и заявляет, что он Соломон. — Значит, он все еще христианин? — Гутред поклоняется всем богам. На всякий случай.

    — Он сошел с ума. Безумен и счастлив. — Это лучше, чем быть безумным и несчастным. — За ним присматривают священники, но он не ест. Гутред швыряется едой в стены и заявляет, что он Соломон. — Значит, он все еще христианин? — Гутред поклоняется всем богам. На всякий случай.

    — Бернард Корнуэлл · книга
12. «

    — Что ты тут делаешь? — Ты сам знаешь — пользуюсь возможностью забрать свое. Это мой шанс. — Этельвольд, для тебя это игры, не более. Твое законное место в питейной Винтанкестера и даже не думай, что ты выше этого. — Я такой же король Уэссекса, как ты лорд Беббанбурга. Нас обоих обокрали дяди. Я не могу упустить возможность... — Ты забыл о чести!? Прежде всего ты сын короля Уэссекса! Тебе здесь не место!

    — Что ты тут делаешь? — Ты сам знаешь — пользуюсь возможностью забрать свое. Это мой шанс. — Этельвольд, для тебя это игры, не более. Твое законное место в питейной Винтанкестера и даже не думай, что ты выше этого. — Я такой же король Уэссекса, как ты лорд Беббанбурга. Нас обоих обокрали дяди. Я не могу упустить возможность... — Ты забыл о чести!? Прежде всего ты сын короля Уэссекса! Тебе здесь не место!

    — Утред Беббанбургский · сериал
13. «

    — Рагнар объявит себя королем? — Он этого не говорит. — А тебе бы этого хотелось? — Я хочу, чтобы Рагнар нашёл свою судьбу.

    — Рагнар объявит себя королем? — Он этого не говорит. — А тебе бы этого хотелось? — Я хочу, чтобы Рагнар нашёл свою судьбу.

    — Бернард Корнуэлл · книга
14. «

    — С этого дня ты помилован. — При условии, что я останусь в Винтанкестере? — Ты помилован вне зависимости от решения. И если за этой дверью жена уже привела стражу, что вероятно, я их распущу. Я сделал свое дело — я озвучил просьбу и не требую ответа. — Спасибо, милорд, что исправили свою ошибку. — Я давно должен был сомкнуть глаза и предстать перед небесными вратами. Надежда на нашу встречу поддерживала во мне жизнь. За Утреда, истинного лорда Беббанбурга! Тот, кого я так и не смог понять, но без которого не умер бы королем.

    — С этого дня ты помилован. — При условии, что я останусь в Винтанкестере? — Ты помилован вне зависимости от решения. И если за этой дверью жена уже привела стражу, что вероятно, я их распущу. Я сделал свое дело — я озвучил просьбу и не требую ответа. — Спасибо, милорд, что исправили свою ошибку. — Я давно должен был сомкнуть глаза и предстать перед небесными вратами. Надежда на нашу встречу поддерживала во мне жизнь. За Утреда, истинного лорда Беббанбурга! Тот, кого я так и не смог понять, но без которого не умер бы королем.

    — Король Уэссекса Альфред Великий · сериал
15. «

    Законы — лишь выражение надежды, потому что реальностью были бурги, стены, копья на укреплениях и блеск шлемов на рассвете, страх перед облаченными в кольчуги грабителями, стук копыт и вопли жертв.

    Законы — лишь выражение надежды, потому что реальностью были бурги, стены, копья на укреплениях и блеск шлемов на рассвете, страх перед облаченными в кольчуги грабителями, стук копыт и вопли жертв.

    — Бернард Корнуэлл · книга
16. «

    — Кого сейчас убили? — Короля. — Он славно умер? — Нет. — Значит, он был недостойным королем.

    — Кого сейчас убили? — Короля. — Он славно умер? — Нет. — Значит, он был недостойным королем.

    — Бернард Корнуэлл · книга
17. «

    — Он дан? — Он мертвый дан, а значит, добрый дан.

    — Он дан? — Он мертвый дан, а значит, добрый дан.

    — Утред Беббанбургский · сериал
18. «

    Мы все чего-то боимся. Страх ползает внутри тебя, как дикий зверь, царапает когтями твои внутренности, делает слабыми твои мускулы, пытается сыграть дурную шутку с твоими кишками. Он хочет, чтобы ты корчился и плакал, но страх надо отбросить и призвать все свое мастерство, и тогда тебе поможет свирепость.

    Мы все чего-то боимся. Страх ползает внутри тебя, как дикий зверь, царапает когтями твои внутренности, делает слабыми твои мускулы, пытается сыграть дурную шутку с твоими кишками. Он хочет, чтобы ты корчился и плакал, но страх надо отбросить и призвать все свое мастерство, и тогда тебе поможет свирепость.

    — Бернард Корнуэлл · книга
19. «

    Начало всегда простое. Исход решает судьба.

    Начало всегда простое. Исход решает судьба.
20. «

    Не каждый удар должен убивать. К убийству надо готовиться, как в одиночном бою, так и в стене щитов. Все, что ниже колен — уязвимо. Удар по лодыжке не убьет, но распахнет дверь и в эту дверь уже войдет смерть.

    Не каждый удар должен убивать. К убийству надо готовиться, как в одиночном бою, так и в стене щитов. Все, что ниже колен — уязвимо. Удар по лодыжке не убьет, но распахнет дверь и в эту дверь уже войдет смерть.