139 сильных цитат персонажа «Утред Беббанбургский»

139 цитат персонажа «Утред Беббанбургский» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Больше не упоминай Уоттона и ему подобных. — А если я пса Уоттоном назову? — У тебя нет такого пса. Ты еще свинью Тором назови.

   — Больше не упоминай Уоттона и ему подобных. — А если я пса Уоттоном назову? — У тебя нет такого пса. Ты еще свинью Тором назови.

   — отец Беокка · сериал
2. «

   — Прощай, чистая и святая настоятельница. — Прощай, кровожадный язычник.

   — Прощай, чистая и святая настоятельница. — Прощай, кровожадный язычник.

   — Утред Беббанбургский · сериал
3. «

   А потом судьба вложила в мою голову одну мысль, и я понял, что никогда не отобью Беббанбург, никогда не поднимусь на скалу и не вскарабкаюсь на стены, пока не сделаю того, что сделал Рагнар много лет назад.

   А потом судьба вложила в мою голову одну мысль, и я понял, что никогда не отобью Беббанбург, никогда не поднимусь на скалу и не вскарабкаюсь на стены, пока не сделаю того, что сделал Рагнар много лет назад.

   — Бернард Корнуэлл · книга
4. «

   Мне он тоже нравился, но сейчас нам придется его хоронить.

   Мне он тоже нравился, но сейчас нам придется его хоронить.

   — Бернард Корнуэлл · книга
5. «

   Дети легко меняют религию. Хорошо, что большинство из них, вырастая, в конце концов обретают здравый смысл.

   Дети легко меняют религию. Хорошо, что большинство из них, вырастая, в конце концов обретают здравый смысл.

   — Бернард Корнуэлл · книга
6. «

   Тор и Один бродили по нашим холмам, ночевали в наших долинах, любили наших женщин и пили воду из наших источников, поэтому казались нашими соседями. Что еще мне нравилось в старых богах — это то, что они не были одержимы нами, простыми людьми. У них имелась собственная жизнь, свои битвы и любовные похождения, и, казалось, по большей части боги просто не обращают на нас внимания.

   Тор и Один бродили по нашим холмам, ночевали в наших долинах, любили наших женщин и пили воду из наших источников, поэтому казались нашими соседями. Что еще мне нравилось в старых богах — это то, что они не были одержимы нами, простыми людьми. У них имелась собственная жизнь, свои битвы и любовные похождения, и, казалось, по большей части боги просто не обращают на нас внимания.

   — Бернард Корнуэлл · книга
7. «

   — Я никогда не пойму тебя, Утред. — Я очень простая душа. Я просто хочу домой. — Не в чертоги Одина? — Рано или поздно — да, но сперва домой.

   — Я никогда не пойму тебя, Утред. — Я очень простая душа. Я просто хочу домой. — Не в чертоги Одина? — Рано или поздно — да, но сперва домой.

   — Бернард Корнуэлл · книга
8. «

   Я верил, что люди, которых мы убиваем, неразрывно связаны с нами. Нити их жизни, ставшие призрачными, богини судеб сплетают с нашими нитями, и ноша убитых остается с нами, чтобы преследовать нас до тех пор, пока острый клинок не перережет наконец и нашу жизнь

   Я верил, что люди, которых мы убиваем, неразрывно связаны с нами. Нити их жизни, ставшие призрачными, богини судеб сплетают с нашими нитями, и ноша убитых остается с нами, чтобы преследовать нас до тех пор, пока острый клинок не перережет наконец и нашу жизнь

   — Бернард Корнуэлл · книга
9. «

   — Здесь все записывают. Буквально все! Ты умеешь читать? — Умею, и читать, и писать. — А сколько раз в жизни тебе это пригодилось? — Ни разу. — Тогда зачем монахи постоянно что-то пишут? — Просто вся их религия записана. А наша — нет. — Записанная религия? Это как? — Ну, у христиан есть специальная книга, в которой записана вся их религия. — А зачем это нужно? — Не знаю. Просто христиане записывают ее, и все. Ну и еще, конечно, они записывают законы. Альфред любит составлять новые законы, и их надлежит обязательно заносить в книги. — Если люди не могут запомнить законы, значит законов этих слишком много.

   — Здесь все записывают. Буквально все! Ты умеешь читать? — Умею, и читать, и писать. — А сколько раз в жизни тебе это пригодилось? — Ни разу. — Тогда зачем монахи постоянно что-то пишут? — Просто вся их религия записана. А наша — нет. — Записанная религия? Это как? — Ну, у христиан есть специальная книга, в которой записана вся их религия. — А зачем это нужно? — Не знаю. Просто христиане записывают ее, и все. Ну и еще, конечно, они записывают законы. Альфред любит составлять новые законы, и их надлежит обязательно заносить в книги. — Если люди не могут запомнить законы, значит законов этих слишком много.

   — Бернард Корнуэлл · книга
10. «

    Любовь — опасная штука. Она приходит тайком, чтобы изменить нашу жизнь.

    Любовь — опасная штука. Она приходит тайком, чтобы изменить нашу жизнь.

    — Бернард Корнуэлл · книга
11. «

    — Кого сейчас убили? — Короля. — Он славно умер? — Нет. — Значит, он был недостойным королем.

    — Кого сейчас убили? — Короля. — Он славно умер? — Нет. — Значит, он был недостойным королем.

    — Бернард Корнуэлл · книга
12. «

    — Вид будто из могилы. — Это не наша судьба, клянусь тебе. — Думаешь, эти гады станут рыть тебе яму? Просто вышвырнут за борт, с остальным мусором. — Поверь мне, Финан, будет гораздо хуже, если меня выбросят за борт живым — я не умею плавать.

    — Вид будто из могилы. — Это не наша судьба, клянусь тебе. — Думаешь, эти гады станут рыть тебе яму? Просто вышвырнут за борт, с остальным мусором. — Поверь мне, Финан, будет гораздо хуже, если меня выбросят за борт живым — я не умею плавать.

    — Халег · сериал
13. «

    Ты слишком хороша, чтобы доставаться лишь Богу.

    Ты слишком хороша, чтобы доставаться лишь Богу.
14. «

    — Уэссекс захватывают, а мы должны ждать, пока он помолится. — Господь силен, Утред. — Ему надо сидеть на лошади, а не стоять на коленях.

    — Уэссекс захватывают, а мы должны ждать, пока он помолится. — Господь силен, Утред. — Ему надо сидеть на лошади, а не стоять на коленях.

    — Милдрит · сериал
15. «

    — Я волен женится. — Благословение Альфреда есть? — Я не на Альфреде женюсь!

    — Я волен женится. — Благословение Альфреда есть? — Я не на Альфреде женюсь!

    — отец Беокка · сериал
16. «

    Мир — это замечательная штука, но мир мы получим только тогда, когда наши враги будут бояться затеять войну.

    Мир — это замечательная штука, но мир мы получим только тогда, когда наши враги будут бояться затеять войну.

    — Бернард Корнуэлл · книга
17. «

    У корней Иггдрасиля, древа жизни, сидят три пряхи. Они прядут нити нашей судьбы, и эти три пряхи сделали клубок золотой пряжи из чистого золота для жизни Этельфлэд, но за минувшие годы вплели яркие нити в куда более темную ткань. Три пряхи видят наше будущее. Дар богов человечеству — то, что мы не можем видеть, куда будут направлены нити наших судеб.

    У корней Иггдрасиля, древа жизни, сидят три пряхи. Они прядут нити нашей судьбы, и эти три пряхи сделали клубок золотой пряжи из чистого золота для жизни Этельфлэд, но за минувшие годы вплели яркие нити в куда более темную ткань. Три пряхи видят наше будущее. Дар богов человечеству — то, что мы не можем видеть, куда будут направлены нити наших судеб.

    — Бернард Корнуэлл · книга
18. «

    Я вновь остался один, лишь с верным мечом. Я не смог вернуть законные земли, я отказался от своей любимой, я расстался с родными, нас разбросало по королевствам и я не знаю, окажемся ли мы снова вместе. Рождаются новые противники, а счет старых обид продолжает расти. Я поклялся защищать незаконнорожденного принца, и я боюсь, что его путь неразрывно связан с будущим этих земель. И хоть я отказался приносить клятву верности саксонским королям, мне предначертано, рано или поздно, вновь оказаться участником их замыслов. Судьба правит всем.

    Я вновь остался один, лишь с верным мечом. Я не смог вернуть законные земли, я отказался от своей любимой, я расстался с родными, нас разбросало по королевствам и я не знаю, окажемся ли мы снова вместе. Рождаются новые противники, а счет старых обид продолжает расти. Я поклялся защищать незаконнорожденного принца, и я боюсь, что его путь неразрывно связан с будущим этих земель. И хоть я отказался приносить клятву верности саксонским королям, мне предначертано, рано или поздно, вновь оказаться участником их замыслов. Судьба правит всем.
19. «

    На время будто воцарился мир, но воитель не может знать покоя.

    На время будто воцарился мир, но воитель не может знать покоя.
20. «

    — Чего ты хочешь от меня? Моей жизни? — Я хочу быть частью этой жизни. Жить вместе с тобой и жить тобой.

    — Чего ты хочешь от меня? Моей жизни? — Я хочу быть частью этой жизни. Жить вместе с тобой и жить тобой.

    — Утред Беббанбургский · сериал