34 цитаты персонажа «Утред Беббанбургский» — топ по популярности

34 цитаты персонажа «Утред Беббанбургский» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Мы скачем до Нортумбрии или до следующей таверны? — И что мне делать в Нортумбрии с двумя спутниками — монашкой и засранцем? — Верным засранцем, милорд!

   — Мы скачем до Нортумбрии или до следующей таверны? — И что мне делать в Нортумбрии с двумя спутниками — монашкой и засранцем? — Верным засранцем, милорд!

   — Хильда · сериал
2. «

   Всякая радость умирает.

   Всякая радость умирает.

   — Бернард Корнуэлл · книга
3. «

   — А что, если нам не пробраться внутрь?.. — Если Сигтриггр бился с ирландцами, он должен знать, какие мы упертые гады, и что мы не сдаемся, даже когда успех кажется невозможным.

   — А что, если нам не пробраться внутрь?.. — Если Сигтриггр бился с ирландцами, он должен знать, какие мы упертые гады, и что мы не сдаемся, даже когда успех кажется невозможным.

   — Утред Беббанбургский · сериал
4. «

   Вдвоем они составили кодекс законов для Уэссекса. Для меня было развлечением и делом чести нарушить каждый из этих законов, прежде, чем умрет король или валлийский коротышка.

   Вдвоем они составили кодекс законов для Уэссекса. Для меня было развлечением и делом чести нарушить каждый из этих законов, прежде, чем умрет король или валлийский коротышка.

   — Бернард Корнуэлл · книга
5. «

   — Харальд заплатит за мою свободу. — Моя цена за твою свободу — печень Харальда.

   — Харальд заплатит за мою свободу. — Моя цена за твою свободу — печень Харальда.

   — Бернард Корнуэлл · книга
6. «

   Не каждый удар должен убивать. К убийству надо готовиться, как в одиночном бою, так и в стене щитов. Все, что ниже колен — уязвимо. Удар по лодыжке не убьет, но распахнет дверь и в эту дверь уже войдет смерть.

   Не каждый удар должен убивать. К убийству надо готовиться, как в одиночном бою, так и в стене щитов. Все, что ниже колен — уязвимо. Удар по лодыжке не убьет, но распахнет дверь и в эту дверь уже войдет смерть.
7. «

   — Здесь все записывают. Буквально все! Ты умеешь читать? — Умею, и читать, и писать. — А сколько раз в жизни тебе это пригодилось? — Ни разу. — Тогда зачем монахи постоянно что-то пишут? — Просто вся их религия записана. А наша — нет. — Записанная религия? Это как? — Ну, у христиан есть специальная книга, в которой записана вся их религия. — А зачем это нужно? — Не знаю. Просто христиане записывают ее, и все. Ну и еще, конечно, они записывают законы. Альфред любит составлять новые законы, и их надлежит обязательно заносить в книги. — Если люди не могут запомнить законы, значит законов этих слишком много.

   — Здесь все записывают. Буквально все! Ты умеешь читать? — Умею, и читать, и писать. — А сколько раз в жизни тебе это пригодилось? — Ни разу. — Тогда зачем монахи постоянно что-то пишут? — Просто вся их религия записана. А наша — нет. — Записанная религия? Это как? — Ну, у христиан есть специальная книга, в которой записана вся их религия. — А зачем это нужно? — Не знаю. Просто христиане записывают ее, и все. Ну и еще, конечно, они записывают законы. Альфред любит составлять новые законы, и их надлежит обязательно заносить в книги. — Если люди не могут запомнить законы, значит законов этих слишком много.

   — Бернард Корнуэлл · книга
8. «

   — Я тебе заплачу! — Моя плата — счастье Этельфлэд.

   — Я тебе заплачу! — Моя плата — счастье Этельфлэд.

   — Бернард Корнуэлл · книга
9. «

   — Я не отступлю. И не откажусь от того, что принадлежит мне по праву. Я возвращаюсь. — Куда? — К началу.

   — Я не отступлю. И не откажусь от того, что принадлежит мне по праву. Я возвращаюсь. — Куда? — К началу.

   — Утред Беббанбургский · сериал
10. «

    — Прощай, чистая и святая настоятельница. — Прощай, кровожадный язычник.

    — Прощай, чистая и святая настоятельница. — Прощай, кровожадный язычник.

    — Утред Беббанбургский · сериал
11. «

    Прошлое — корабль, чья кильватерная струя остается на глади серого моря, но будущее не имеет меток.

    Прошлое — корабль, чья кильватерная струя остается на глади серого моря, но будущее не имеет меток.

    — Бернард Корнуэлл · книга
12. «

    Тронь арфу, и получишь только шум, но заиграй на ней, и будет музыка.

    Тронь арфу, и получишь только шум, но заиграй на ней, и будет музыка.

    — Бернард Корнуэлл · книга
13. «

    — Милорд, зачем вы спасли меня? Зачем привели сюда? — Я спас тебя прежде всего, потому что мог, но еще и потому, что ты это заслужил.

    — Милорд, зачем вы спасли меня? Зачем привели сюда? — Я спас тебя прежде всего, потому что мог, но еще и потому, что ты это заслужил.

    — Утред Беббанбургский · сериал
14. «

    — А кто такой Христос? Тот, который умер, да? А потом вернулся к жизни? — Да. — Боги это могут. Умирать и воскресать. Они же боги.

    — А кто такой Христос? Тот, который умер, да? А потом вернулся к жизни? — Да. — Боги это могут. Умирать и воскресать. Они же боги.

    — Бернард Корнуэлл · книга
15. «

    Скади была наделена даром красоты, однако, то была красота оружия. Гладкая, твердая и сияющая. Даже став униженной пленницей, немытая и одетая в тряпье, она сияла.

    Скади была наделена даром красоты, однако, то была красота оружия. Гладкая, твердая и сияющая. Даже став униженной пленницей, немытая и одетая в тряпье, она сияла.

    — Бернард Корнуэлл · книга
16. «

    — Он сошел с ума. Безумен и счастлив. — Это лучше, чем быть безумным и несчастным. — За ним присматривают священники, но он не ест. Гутред швыряется едой в стены и заявляет, что он Соломон. — Значит, он все еще христианин? — Гутред поклоняется всем богам. На всякий случай.

    — Он сошел с ума. Безумен и счастлив. — Это лучше, чем быть безумным и несчастным. — За ним присматривают священники, но он не ест. Гутред швыряется едой в стены и заявляет, что он Соломон. — Значит, он все еще христианин? — Гутред поклоняется всем богам. На всякий случай.

    — Бернард Корнуэлл · книга
17. «

    — Кого сейчас убили? — Короля. — Он славно умер? — Нет. — Значит, он был недостойным королем.

    — Кого сейчас убили? — Короля. — Он славно умер? — Нет. — Значит, он был недостойным королем.

    — Бернард Корнуэлл · книга
18. «

    — Финан, вон то — дым? — Кто его знает, господин. Будем надеяться, что да. — Надеяться, что это дым? — Если мир затянется, я сойду с ума.

    — Финан, вон то — дым? — Кто его знает, господин. Будем надеяться, что да. — Надеяться, что это дым? — Если мир затянется, я сойду с ума.

    — Бернард Корнуэлл · книга
19. «

    Дай мне свою силу, свою волю, свою мудрость. Дай мне свою любовь, брат... А моя всегда будет с тобой...

    Дай мне свою силу, свою волю, свою мудрость. Дай мне свою любовь, брат... А моя всегда будет с тобой...
20. «

    Я хочу Беббанбург. Это все, что я когда-либо хотел. Я заберу туда своих детей, выращу их и никогда оттуда не уйду.

    Я хочу Беббанбург. Это все, что я когда-либо хотел. Я заберу туда своих детей, выращу их и никогда оттуда не уйду.

    — Бернард Корнуэлл · книга