90 фраз персонажа «Утред Беббанбургский» для дневника

90 цитат персонажа «Утред Беббанбургский» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Я не погибну, потому что Господь благоволит добрым сердцам. — Может быть. Но я считаю, что боги играют нами. Нам неведомо, что ими движет и какие у них на нас замыслы. Но сегодня я буду верить в то, во что веришь ты.

   — Я не погибну, потому что Господь благоволит добрым сердцам. — Может быть. Но я считаю, что боги играют нами. Нам неведомо, что ими движет и какие у них на нас замыслы. Но сегодня я буду верить в то, во что веришь ты.

   — Этельфледа · сериал
2. «

   — Лорд Утред, ужасающее зрелище! — Так ты же трус, Хэстин, прячешься в своей крепости. Когда священники Эофервика восстали — ты сбежал. Когда Зигфрид напал на Альфреда — ты сбежал. И даже напав на монастырь, ты сбежал. — Я забрал твою женщину. — И пока я жив и здоров, она будет оставаться моей. Сразимся? Буду ждать тебя на поляне, приводи с собой только стражу, воины очертят поле и мы с тобой сразимся. — Этого ты хочешь, Утред, умереть? — Я хочу покончить со всем этим. Но скорее всего ты так и останешься трусом и не покажешь носа из крепости. О твоей трусости будут слагаться песни! Я даже сам заплачу за парочку!

   — Лорд Утред, ужасающее зрелище! — Так ты же трус, Хэстин, прячешься в своей крепости. Когда священники Эофервика восстали — ты сбежал. Когда Зигфрид напал на Альфреда — ты сбежал. И даже напав на монастырь, ты сбежал. — Я забрал твою женщину. — И пока я жив и здоров, она будет оставаться моей. Сразимся? Буду ждать тебя на поляне, приводи с собой только стражу, воины очертят поле и мы с тобой сразимся. — Этого ты хочешь, Утред, умереть? — Я хочу покончить со всем этим. Но скорее всего ты так и останешься трусом и не покажешь носа из крепости. О твоей трусости будут слагаться песни! Я даже сам заплачу за парочку!

   — Хэстин · сериал
3. «

   Некоторые, как Ситрик, могут сомневаться во мне, и я вас понимаю. Бывало, я сам сомневался в себе, но эти времена позади. Сейчас я лорд без богатств, без земли. Я не могу предложить вам серебро или стены, за которыми вы сможете жиреть. Последуете за мной, и я поведу вас суровым, тяжким путем, но этот путь ведет к тому единственному, чего жаждет истинный воин — известности. Идите за мной, и я дам вам меч и клятву, не важно сакс вы или дан, я клянусь, что буду защищать своей жизнью каждого из вас.

   Некоторые, как Ситрик, могут сомневаться во мне, и я вас понимаю. Бывало, я сам сомневался в себе, но эти времена позади. Сейчас я лорд без богатств, без земли. Я не могу предложить вам серебро или стены, за которыми вы сможете жиреть. Последуете за мной, и я поведу вас суровым, тяжким путем, но этот путь ведет к тому единственному, чего жаждет истинный воин — известности. Идите за мной, и я дам вам меч и клятву, не важно сакс вы или дан, я клянусь, что буду защищать своей жизнью каждого из вас.
4. «

   — Это летопись Уэссекса. В ней будет отмечено мое правление. От мгновения гибели моего брата до этих дней. Своего рода песнь, в которой не будет Утреда Беббанбургского. — Люди будут помнить мои поступки. — Но они умрут, как и все мы. А эти страницы останутся. Отметив поступок чернилами на бумаге — мы делаем его вечным. — Пока их не сожгут. — Их нужно хранить, верно. Когда, спустя столетия, ученые и люди будут читать и перечитывать написанное, им явится Альфред, они ничего не узнают о лорде Утреде. О твоей верности, мудрости, смелости, храбрости и дерзости. Почему ты здесь? <...> Что ты сказал бы мне, пока я еще могу слушать? — Прежде всего, я бы сказал, что ни за что не стал бы убивать вас. Даже приставив нож к горлу, я не отнял бы вашу жизнь. Я бы с радостью поколотил вас, но ни за что не стал бы тем, кто убил Альфреда, короля саксов. — Убив меня, ты заслужил бы место на этих страницах. — Такое наследие мне не нужно. Я уже заслужил на них свое место, но каждый из нас герой своей песни. Мое отсутствие понятно. — Там не будет указано, что Утред был опорой Альфреда. И много раз. Но я знаю, что так и есть. — Спасибо, милорд. — Ты веришь, что я могу отнять твою жизнь? Ты же преступник. Тогда будет написано, что Альфред, даже немощный и больной, смог найти в себе силы сразить воителя Утреда Рагнарсона. — Этого не случится. — Мне не хватит воли? — Мы с вами связаны. Вам не убить меня, также как мне не убить вас.

   — Это летопись Уэссекса. В ней будет отмечено мое правление. От мгновения гибели моего брата до этих дней. Своего рода песнь, в которой не будет Утреда Беббанбургского. — Люди будут помнить мои поступки. — Но они умрут, как и все мы. А эти страницы останутся. Отметив поступок чернилами на бумаге — мы делаем его вечным. — Пока их не сожгут. — Их нужно хранить, верно. Когда, спустя столетия, ученые и люди будут читать и перечитывать написанное, им явится Альфред, они ничего не узнают о лорде Утреде. О твоей верности, мудрости, смелости, храбрости и дерзости. Почему ты здесь? <...> Что ты сказал бы мне, пока я еще могу слушать? — Прежде всего, я бы сказал, что ни за что не стал бы убивать вас. Даже приставив нож к горлу, я не отнял бы вашу жизнь. Я бы с радостью поколотил вас, но ни за что не стал бы тем, кто убил Альфреда, короля саксов. — Убив меня, ты заслужил бы место на этих страницах. — Такое наследие мне не нужно. Я уже заслужил на них свое место, но каждый из нас герой своей песни. Мое отсутствие понятно. — Там не будет указано, что Утред был опорой Альфреда. И много раз. Но я знаю, что так и есть. — Спасибо, милорд. — Ты веришь, что я могу отнять твою жизнь? Ты же преступник. Тогда будет написано, что Альфред, даже немощный и больной, смог найти в себе силы сразить воителя Утреда Рагнарсона. — Этого не случится. — Мне не хватит воли? — Мы с вами связаны. Вам не убить меня, также как мне не убить вас.

   — Король Уэссекса Альфред Великий · сериал
5. «

   — Утред, король желает с тобой говорить. — О чем? — Не может решить, что надеть на казнь — нужен твой совет!

   — Утред, король желает с тобой говорить. — О чем? — Не может решить, что надеть на казнь — нужен твой совет!

   — отец Беокка · сериал
6. «

   — Рядом с рекой есть ворота, верно? — Да, милорд, ворота Луд. — Отлично. Подплываем под покровом ночи и нападаем неожиданно. — У ворот Луд река стремительна. Высадиться там безопасно — невозможно. Но если лорд Мерсии намерен неожиданно потопить всех своих воинов в реке — пусть нападает.

   — Рядом с рекой есть ворота, верно? — Да, милорд, ворота Луд. — Отлично. Подплываем под покровом ночи и нападаем неожиданно. — У ворот Луд река стремительна. Высадиться там безопасно — невозможно. Но если лорд Мерсии намерен неожиданно потопить всех своих воинов в реке — пусть нападает.

   — Король Уэссекса Альфред Великий · сериал
7. «

   Однажды в Валгалле пировали двенадцать богов, но Локи, бога-проказника, в тот раз пригласить забыли. И он сыграл злую шутку, уговорив слепого Хёда бросить побег омелы в своего брата Бальдра. Бальдр, любимец богов, и сам был хорошим богом, но его можно было убить омелой. И вот он погиб от руки родного брата, а Локи злорадно смеялся. С тех пор всем известно, что тринадцать — очень дурное число. Тринадцать птиц в небе предвещают несчастье, тринадцать камешков, положенные в горшок, отравят любую еду, а если за обеденным столом соберутся тринадцать человек — один из них вскоре непременно умрет. И сейчас тринадцать воинов в моем отряде могло означать лишь одно — наше поражение.

   Однажды в Валгалле пировали двенадцать богов, но Локи, бога-проказника, в тот раз пригласить забыли. И он сыграл злую шутку, уговорив слепого Хёда бросить побег омелы в своего брата Бальдра. Бальдр, любимец богов, и сам был хорошим богом, но его можно было убить омелой. И вот он погиб от руки родного брата, а Локи злорадно смеялся. С тех пор всем известно, что тринадцать — очень дурное число. Тринадцать птиц в небе предвещают несчастье, тринадцать камешков, положенные в горшок, отравят любую еду, а если за обеденным столом соберутся тринадцать человек — один из них вскоре непременно умрет. И сейчас тринадцать воинов в моем отряде могло означать лишь одно — наше поражение.

   — Бернард Корнуэлл · книга
8. «

   — Он сошел с ума. Безумен и счастлив. — Это лучше, чем быть безумным и несчастным. — За ним присматривают священники, но он не ест. Гутред швыряется едой в стены и заявляет, что он Соломон. — Значит, он все еще христианин? — Гутред поклоняется всем богам. На всякий случай.

   — Он сошел с ума. Безумен и счастлив. — Это лучше, чем быть безумным и несчастным. — За ним присматривают священники, но он не ест. Гутред швыряется едой в стены и заявляет, что он Соломон. — Значит, он все еще христианин? — Гутред поклоняется всем богам. На всякий случай.

   — Бернард Корнуэлл · книга
9. «

   — Больше не упоминай Уоттона и ему подобных. — А если я пса Уоттоном назову? — У тебя нет такого пса. Ты еще свинью Тором назови.

   — Больше не упоминай Уоттона и ему подобных. — А если я пса Уоттоном назову? — У тебя нет такого пса. Ты еще свинью Тором назови.

   — отец Беокка · сериал
10. «

    — Я пришел предупредить, что я сильнее тебя. Ты проиграешь. Достойная смерть — это все, что я могу дать. — Прости, я пытаюсь забыть, что ты мой друг. — Главное, что ты это знаешь.

    — Я пришел предупредить, что я сильнее тебя. Ты проиграешь. Достойная смерть — это все, что я могу дать. — Прости, я пытаюсь забыть, что ты мой друг. — Главное, что ты это знаешь.

    — Леофрик · сериал
11. «

    Мои боги говорят нам, что мир закончится в хаосе. Возможно, мы живем в последние дни мира, и даже я смогу прожить достаточно долго, чтобы увидеть как трещат дома, как закипает море, как горят небеса, когда сражаются великие боги.

    Мои боги говорят нам, что мир закончится в хаосе. Возможно, мы живем в последние дни мира, и даже я смогу прожить достаточно долго, чтобы увидеть как трещат дома, как закипает море, как горят небеса, когда сражаются великие боги.

    — Бернард Корнуэлл · книга
12. «

    — Я не пожертвую одним сыном, ради другого. — Он должен хотеть чего-то еще. — Моей смерти. Так сказал Хэстин. — Он не отдаст за тебя моих сыновей. Ты не представляешь для меня такой ценности. — Знаю. Но для данов ценна моя слава. Победа над Убийцей данов принесет уважение, он может польститься. А Брида пожелает возмездия за свое пленение. Хоть посмотрим, что они скажут. — Уэссекс снова окажется у тебя в долгу. Если ты не вернешься, я сделаю все, чтобы история о твоей чести сохранилась в веках.

    — Я не пожертвую одним сыном, ради другого. — Он должен хотеть чего-то еще. — Моей смерти. Так сказал Хэстин. — Он не отдаст за тебя моих сыновей. Ты не представляешь для меня такой ценности. — Знаю. Но для данов ценна моя слава. Победа над Убийцей данов принесет уважение, он может польститься. А Брида пожелает возмездия за свое пленение. Хоть посмотрим, что они скажут. — Уэссекс снова окажется у тебя в долгу. Если ты не вернешься, я сделаю все, чтобы история о твоей чести сохранилась в веках.

    — король Эдуард Старший · сериал
13. «

    — Финан, вон то — дым? — Кто его знает, господин. Будем надеяться, что да. — Надеяться, что это дым? — Если мир затянется, я сойду с ума.

    — Финан, вон то — дым? — Кто его знает, господин. Будем надеяться, что да. — Надеяться, что это дым? — Если мир затянется, я сойду с ума.

    — Бернард Корнуэлл · книга
14. «

    Мы ищем будущее. Смотрим в туман и надеемся увидеть вехи, которые придадут смысл нашей судьбе. Всю свою жизнь я пытался понять прошлое, потому что оно было таким славным. Мы видим остатки этой славы по всей Британии. Видим огромные мраморные дома, сделанные римлянами, мы путешествуем по дорогам, которые они проложили, по мостам, которые они построили, и все это медленно исчезает. Мрамор трескается на морозе, стены рушатся.

    Мы ищем будущее. Смотрим в туман и надеемся увидеть вехи, которые придадут смысл нашей судьбе. Всю свою жизнь я пытался понять прошлое, потому что оно было таким славным. Мы видим остатки этой славы по всей Британии. Видим огромные мраморные дома, сделанные римлянами, мы путешествуем по дорогам, которые они проложили, по мостам, которые они построили, и все это медленно исчезает. Мрамор трескается на морозе, стены рушатся.

    — Бернард Корнуэлл · книга
15. «

    — Я тебе заплачу! — Моя плата — счастье Этельфлэд.

    — Я тебе заплачу! — Моя плата — счастье Этельфлэд.

    — Бернард Корнуэлл · книга
16. «

    — Я никогда не пойму тебя, Утред. — Я очень простая душа. Я просто хочу домой. — Не в чертоги Одина? — Рано или поздно — да, но сперва домой.

    — Я никогда не пойму тебя, Утред. — Я очень простая душа. Я просто хочу домой. — Не в чертоги Одина? — Рано или поздно — да, но сперва домой.

    — Бернард Корнуэлл · книга
17. «

    — Ты получишь серебро, власть, защитишь дорогую тебе женщину, что тебя останавливает? — Я присягну на верность королю саксов. Я клялся, что это не повторится. — Я клялся, что не буду много пить и каждый день беру слова назад.

    — Ты получишь серебро, власть, защитишь дорогую тебе женщину, что тебя останавливает? — Я присягну на верность королю саксов. Я клялся, что это не повторится. — Я клялся, что не буду много пить и каждый день беру слова назад.

    — отец Пирлиг · сериал
18. «

    — Отец, я возвращаюсь в церковь. — Наделал же я своевольных детей! — Что тут скажешь — во мне кровь упрямого дурня.

    — Отец, я возвращаюсь в церковь. — Наделал же я своевольных детей! — Что тут скажешь — во мне кровь упрямого дурня.

    — Утред-младший · сериал
19. «

    Христиане твердят нам, что мы непреклонно движемся к лучшим временам, к Царству Божьему на земле, мои же боги обещают нам хаос конца света, и человеку достаточно оглядеться вокруг, чтобы убедиться: все рушится и приходит в упадок. И это действительно доказывает, что грядет хаос. Мы не поднимаемся по лестнице Иакова к какому-то неземному совершенству, а катимся вниз к Рагнарёку.

    Христиане твердят нам, что мы непреклонно движемся к лучшим временам, к Царству Божьему на земле, мои же боги обещают нам хаос конца света, и человеку достаточно оглядеться вокруг, чтобы убедиться: все рушится и приходит в упадок. И это действительно доказывает, что грядет хаос. Мы не поднимаемся по лестнице Иакова к какому-то неземному совершенству, а катимся вниз к Рагнарёку.

    — Бернард Корнуэлл · книга
20. «

    — Сразишься, Хэстин, и потеряешь воинов. — У меня много воинов. — А жизнь одна! И я намерен отнять ее.

    — Сразишься, Хэстин, и потеряешь воинов. — У меня много воинов. — А жизнь одна! И я намерен отнять ее.

    — Утред Беббанбургский · сериал