16 коротких цитат персонажа «Вертер»

Ниже 16 цитат персонажа «Вертер»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Я не люблю многоточий, но тут иначе выразится не могу и выражаюсь, по-моему, достаточно понятно.

   Я не люблю многоточий, но тут иначе выразится не могу и выражаюсь, по-моему, достаточно понятно.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
2. «

   Когда мы потеряли себя, всё для нас потеряно.

   Когда мы потеряли себя, всё для нас потеряно.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
3. «

   Я буду наслаждаться настоящим, а прошлое пусть останется прошлым.

   Я буду наслаждаться настоящим, а прошлое пусть останется прошлым.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
4. «

   Если пришла печаль - — Ложись и засыпай. Пусть за окном гроза, Но ты закрой глаза. Спи ведь солнце уж село. Весь мир тихонько дремлет. Но я с тобой, не бойся. Нас не разлучат грозы.

   Если пришла печаль - — Ложись и засыпай. Пусть за окном гроза, Но ты закрой глаза. Спи ведь солнце уж село. Весь мир тихонько дремлет. Но я с тобой, не бойся. Нас не разлучат грозы.

   — Констанция · сериал
5. «

   Большинство людей работает большую часть времени, чтобы жить, и незначительное свободное время, остающееся у них, настолько тревожит их, что они всеми способами стараются избавиться от него.

   Большинство людей работает большую часть времени, чтобы жить, и незначительное свободное время, остающееся у них, настолько тревожит их, что они всеми способами стараются избавиться от него.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
6. «

   Что это за люди, у которых все в жизни основано на этикете и целыми годами все помыслы и стремления направлены к тому, чтобы подняться на одну ступень выше.

   Что это за люди, у которых все в жизни основано на этикете и целыми годами все помыслы и стремления направлены к тому, чтобы подняться на одну ступень выше.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
7. «

   Напрасно простираю я к ней объятия, очнувшись утром от тяжких снов, напрасно ищу ее ночью в своей постели, когда в счастливом и невинном сновидении мне пригрезится, будто я сижу возле нее на лугу и осыпаю поцелуями ее руку. Когда же я тянусь к ней, еще одурманенный дремотой, и вдруг просыпаюсь, — поток слез исторгается из моего стесненного сердца, и я плачу безутешно, предчувствуя мрачное будущее.

   Напрасно простираю я к ней объятия, очнувшись утром от тяжких снов, напрасно ищу ее ночью в своей постели, когда в счастливом и невинном сновидении мне пригрезится, будто я сижу возле нее на лугу и осыпаю поцелуями ее руку. Когда же я тянусь к ней, еще одурманенный дремотой, и вдруг просыпаюсь, — поток слез исторгается из моего стесненного сердца, и я плачу безутешно, предчувствуя мрачное будущее.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
8. «

   Но если кто в смирении своем понимает, какая всему этому цена, кто видит, как прилежно всякий благополучный мещанин подстригает свой садик под рай и как терпеливо даже несчастливец, сгибаясь под бременем, плетется своим путем и все одинаково жаждут хоть на минуту дольше видеть свет нашего солнца, — кто все это понимает, тот молчит и строит свой мир в самом себе и счастлив уже тем, что он человек. И еще тем, что, при всей своей беспомощности, в душе он хранит сладостное чувство свободы и сознание, что может вырваться из этой темницы, когда пожелает.

   Но если кто в смирении своем понимает, какая всему этому цена, кто видит, как прилежно всякий благополучный мещанин подстригает свой садик под рай и как терпеливо даже несчастливец, сгибаясь под бременем, плетется своим путем и все одинаково жаждут хоть на минуту дольше видеть свет нашего солнца, — кто все это понимает, тот молчит и строит свой мир в самом себе и счастлив уже тем, что он человек. И еще тем, что, при всей своей беспомощности, в душе он хранит сладостное чувство свободы и сознание, что может вырваться из этой темницы, когда пожелает.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
9. «

   Чего стоит человек, этот хваленый полубог! Именно там, где силы всего нужнее ему, они ему изменяют.

   Чего стоит человек, этот хваленый полубог! Именно там, где силы всего нужнее ему, они ему изменяют.

   — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
10. «

    Великая вещь — душевное спокойствие и довольство собой. Только б не было, милый друг, это сокровище столь же хрупким, сколь оно ценно и прекрасно.

    Великая вещь — душевное спокойствие и довольство собой. Только б не было, милый друг, это сокровище столь же хрупким, сколь оно ценно и прекрасно.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
11. «

    Необъятная туманность простерта перед нашей душой; ощущения наши теряются в ней, как и взгляды.

    Необъятная туманность простерта перед нашей душой; ощущения наши теряются в ней, как и взгляды.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
12. «

    Человек может сносить радость, горе, боль лишь до известной степени, а когда эта степень превышена, он гибнет.

    Человек может сносить радость, горе, боль лишь до известной степени, а когда эта степень превышена, он гибнет.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
13. «

    Одиночество — превосходное лекарство для моей души в этом райском краю, и юная пора года щедро согревает мое сердце, которому часто бывает холодно в нашем мире.

    Одиночество — превосходное лекарство для моей души в этом райском краю, и юная пора года щедро согревает мое сердце, которому часто бывает холодно в нашем мире.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
14. «

    В нас живет внутренняя тяга к добровольному ограничению, к тому, чтобы катиться по привычной колее, не оглядываясь по сторонам.

    В нас живет внутренняя тяга к добровольному ограничению, к тому, чтобы катиться по привычной колее, не оглядываясь по сторонам.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
15. «

    Человек по природе своей захватчик! Хватают же дети все, что им вздумается?

    Человек по природе своей захватчик! Хватают же дети все, что им вздумается?

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга
16. «

    Воображение наше, по природе своей стремящееся подняться над миром, вскормленное фантастическими образами поэзии, рисует себе ряд людей, стоящих неизмеримо выше нас, и все, кроме нас, кажется нам необыкновенным, всякий другой человек представляется нам совершенством. И это вполне естественно. Мы на каждом шагу чувствуем, как много нам недостает, и часто видим у другого человека то, чего лишены сами, приписывая ему свои собственные качества, с несокрушимым душевным спокойствием в придачу.

    Воображение наше, по природе своей стремящееся подняться над миром, вскормленное фантастическими образами поэзии, рисует себе ряд людей, стоящих неизмеримо выше нас, и все, кроме нас, кажется нам необыкновенным, всякий другой человек представляется нам совершенством. И это вполне естественно. Мы на каждом шагу чувствуем, как много нам недостает, и часто видим у другого человека то, чего лишены сами, приписывая ему свои собственные качества, с несокрушимым душевным спокойствием в придачу.

    — Иоганн Вольфганг фон Гёте · книга