Можешь рассуждать о небесах сколько влезет, но признай, таким, как вы, вечно нужен такой, как я, чтобы вершить свои грязные делишки!... Но даже меня пожелали! И я родился! Так чем же я отличаюсь от вас?! Я не хочу исчезать, так же, как и вы! Что тут плохого?!
Духи повсюду. Они кроются в тени, парят в небе, отдыхают на плечах людей. Обладают разными формами и размерами, но все они без исключения обитатели Дальнего берега — безжизненные существа. Их могут видеть только маленькие дети и животные, а также те, кто существует между Ближними и Дальними берегами.
— За ним нужен глаз да глаз. Но сдаётся мне, ты за ним не уследила. — Откуда ты знаешь? — Говорил же — хозяин и его орудие всецело связаны. Меня колет каждый раз, когда Юкине поддаётся соблазну. Так уж мы устроены — хозяин и орудие. — Значит, когда ты стащил папино пиво, Юкине тоже кольнуло? — Не. Боль от осквернения души идёт от орудия к хозяину, но не наоборот. Орудия раньше были людьми, а все люди грешны. Обиды, страх, зависть, страсть, печаль, алчность... И много другого, что толкает к соблазну. Грех обращается болью, так мы и познаём — через орудие — , что такое добро, а что зло. Слушай внимательно, Хиёри. Надо бы тебе пояснить кое-что. Лишь люди отделяют добро от зла. Но вовсе не боги. Другими словами — богам всё дозволено. Они могут ранить кого угодно, и даже убить. Однажды я накажу Юкине, и это будет божья кара.
— Что за несправедливость. Она же однослойная! Моя задница достойна большего! — Ято-сан, но это же школьное имущество! — А то ты не знаешь, что всё муниципальное принадлежит мне!
— Если хотят умереть, пусть умирают. — Ну, знаешь ли... Нельзя так говорить! — Душа, способная на самоубийство, уже одержима. Не важно, жив человек или нет, его уже не спасти.