55 цитат персонажа «Зевс» для размышлений

55 цитат персонажа «Зевс» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Истинна только та власть, что осуществляется с общего согласия; любая другая случайна. Нет ни величия, ни спокойствия в том, чтобы править рабами.

   Истинна только та власть, что осуществляется с общего согласия; любая другая случайна. Нет ни величия, ни спокойствия в том, чтобы править рабами.

   — Морис Дрюон · книга
2. «

   Морская стихия — отъявленная сводня. Поддерживая ваше тело, она подпускает ласку к самым чувствительным местам; ее волны навязывают ритм желания.

   Морская стихия — отъявленная сводня. Поддерживая ваше тело, она подпускает ласку к самым чувствительным местам; ее волны навязывают ритм желания.

   — Морис Дрюон · книга
3. «

   — Он реально на нее запал! Слишком уж убедительно он говорит. — Так ведь и нужно убедительно. — Он переигрывает! Не могу это слушать! — Так тебя никто и не просит. Ты сама на него микрофон нацепила. Он ее просто обрабатывает. — Еще немного и он ее уже совсем... «обработает»!

   — Он реально на нее запал! Слишком уж убедительно он говорит. — Так ведь и нужно убедительно. — Он переигрывает! Не могу это слушать! — Так тебя никто и не просит. Ты сама на него микрофон нацепила. Он ее просто обрабатывает. — Еще немного и он ее уже совсем... «обработает»!

   — Саманта «Сэм» Свифт · сериал
4. «

   Неопытность — порой необходимое условие успеха. Не старики устраивают перевороты; а если они вдруг и возглавляют их, значит мечтали об этом в свои двадцать лет.

   Неопытность — порой необходимое условие успеха. Не старики устраивают перевороты; а если они вдруг и возглавляют их, значит мечтали об этом в свои двадцать лет.

   — Морис Дрюон · книга
5. «

   Гера, не все ты ласкайся мои решения ведать; тягостны будут тебе, хотя ты мне и супруга!

   Гера, не все ты ласкайся мои решения ведать; тягостны будут тебе, хотя ты мне и супруга!

   — Гомер · книга
6. «

   Любовные успехи часто служат для возмещения воинских неудач. Тот, кто был жалок в бою, бросается на приступы альковов, другой мстит за свои неудачи в роли соблазнителя, захватывая крепости.

   Любовные успехи часто служат для возмещения воинских неудач. Тот, кто был жалок в бою, бросается на приступы альковов, другой мстит за свои неудачи в роли соблазнителя, захватывая крепости.

   — Морис Дрюон · книга
7. «

   Конечно, ускорение роста знаний отныне неотделимо от вашего существования. Но остерегайтесь самого этого ускорения. Неполная власть — самая опасная. Заклинаю вас: прежде чем браться за незримое, вспомните наставления Памяти и воспользуйтесь советами Осторожности.

   Конечно, ускорение роста знаний отныне неотделимо от вашего существования. Но остерегайтесь самого этого ускорения. Неполная власть — самая опасная. Заклинаю вас: прежде чем браться за незримое, вспомните наставления Памяти и воспользуйтесь советами Осторожности.

   — Морис Дрюон · книга
8. «

   Слишком угрожая злоумышленникам, порой подталкиваешь их к действию.

   Слишком угрожая злоумышленникам, порой подталкиваешь их к действию.

   — Морис Дрюон · книга
9. «

   Вам случалось когда-нибудь избавиться от несчастья или бедствия, не найдя при этом нового средства порабощать или уничтожать друг друга? Когда вы будете способны выдумать рычаг, не сделав из него тот час же катапульту?

   Вам случалось когда-нибудь избавиться от несчастья или бедствия, не найдя при этом нового средства порабощать или уничтожать друг друга? Когда вы будете способны выдумать рычаг, не сделав из него тот час же катапульту?

   — Морис Дрюон · книга
10. «

    Что воистину восхитительно во Вселенной, так это не протяженность ее пространств, не многообразие форм, не бесконечность размеров, не сложность систем, не разнообразие сочетаний, не последовательные ряды мутаций, нет, самое восхитительное, чем и вас призываю восхититься, — это равновесие, точнее, вечное и всеобщее стремление к равновесию.

    Что воистину восхитительно во Вселенной, так это не протяженность ее пространств, не многообразие форм, не бесконечность размеров, не сложность систем, не разнообразие сочетаний, не последовательные ряды мутаций, нет, самое восхитительное, чем и вас призываю восхититься, — это равновесие, точнее, вечное и всеобщее стремление к равновесию.

    — Морис Дрюон · книга
11. «

    Ах, злополучные, вас мы почто даровали Пелею, Смертному сыну земли, не стареющих вас и бессмертных? Разве, чтоб вы с человеками бедными скорби познали? Ибо из тварей, которые дышат и ползают в прахе, Истинно в целой вселенной несчастнее нет человека. Но не печальтеся: вами отнюдь в колеснице блестящей Гектор не будет везом торжествующий: не попущу я! Иль не довольно, что он Ахиллеса доспехом гордится? Вам же я новую крепость вложу и в колена и в сердце; Вы Автомедона здравым из пламенной брани спасите К черным судам, а троянам еще я славу дарую Рать побивать, доколе судов мореходных достигнут, И закатится солнце, и мраки священные снидут

    Ах, злополучные, вас мы почто даровали Пелею, Смертному сыну земли, не стареющих вас и бессмертных? Разве, чтоб вы с человеками бедными скорби познали? Ибо из тварей, которые дышат и ползают в прахе, Истинно в целой вселенной несчастнее нет человека. Но не печальтеся: вами отнюдь в колеснице блестящей Гектор не будет везом торжествующий: не попущу я! Иль не довольно, что он Ахиллеса доспехом гордится? Вам же я новую крепость вложу и в колена и в сердце; Вы Автомедона здравым из пламенной брани спасите К черным судам, а троянам еще я славу дарую Рать побивать, доколе судов мореходных достигнут, И закатится солнце, и мраки священные снидут

    — Гомер · книга
12. «

    Злодеев легче всего обманывает отсутствие сомнений в собственной жестокости.

    Злодеев легче всего обманывает отсутствие сомнений в собственной жестокости.

    — Морис Дрюон · книга
13. «

    Дети мои человеческие, мои великолепные маленькие гладиаторы, арена вашей борьбы — зеркало, в котором боги могут узнать себя, и именно в этом ваша божественность.

    Дети мои человеческие, мои великолепные маленькие гладиаторы, арена вашей борьбы — зеркало, в котором боги могут узнать себя, и именно в этом ваша божественность.

    — Морис Дрюон · книга
14. «

    У мира нет понятий «снаружи» и «внутри»; нет ошибки и истины, истин много и они просто дополняют друг друга, и худшая ошибка — считать истину единой.

    У мира нет понятий «снаружи» и «внутри»; нет ошибки и истины, истин много и они просто дополняют друг друга, и худшая ошибка — считать истину единой.

    — Морис Дрюон · книга
15. «

    — Ты посмотри, как ты вырос! Мамины прекрасные глаза и мой сильный подбородок. — Но я что-то не понял. Если ты — мой отец... то значит, я... — Тоже бог. — Я — бог?... О боже!!!

    — Ты посмотри, как ты вырос! Мамины прекрасные глаза и мой сильный подбородок. — Но я что-то не понял. Если ты — мой отец... то значит, я... — Тоже бог. — Я — бог?... О боже!!!

    — Зевс · мультфильм
16. «

    Народы по ту сторону Пятиречья почитают меня под другими именами и знают в других обличьях.

    Народы по ту сторону Пятиречья почитают меня под другими именами и знают в других обличьях.

    — Морис Дрюон · книга
17. «

    Если слишком внимательно вглядываться в своего спящего соперника — рискуешь размякнуть.

    Если слишком внимательно вглядываться в своего спящего соперника — рискуешь размякнуть.

    — Морис Дрюон · книга
18. «

    Глаза мои открылись, и я взглянул на Землю, но увидел там мало нового. Люди, нельзя же считать новизной вечные уловки вашей неуемной изобретательности, губительные вспышки воинственности или вашу отвратительную склонность к пиромании. Вы по-прежнему не способны сами превратиться в богов. Никто из вас не сумел вдохнуть жизнь в мрамор. Поле, на котором вы расширили свою деятельность, — скорее поле блужданий, нежели свободы, и вы скорее умножили ваши страхи, чем сократили неизбежности.

    Глаза мои открылись, и я взглянул на Землю, но увидел там мало нового. Люди, нельзя же считать новизной вечные уловки вашей неуемной изобретательности, губительные вспышки воинственности или вашу отвратительную склонность к пиромании. Вы по-прежнему не способны сами превратиться в богов. Никто из вас не сумел вдохнуть жизнь в мрамор. Поле, на котором вы расширили свою деятельность, — скорее поле блужданий, нежели свободы, и вы скорее умножили ваши страхи, чем сократили неизбежности.

    — Морис Дрюон · книга
19. «

    Свобода никогда не умирает в глубине темниц.

    Свобода никогда не умирает в глубине темниц.

    — Морис Дрюон · книга
20. «

    Если умы, столь же убогие, сколь и мало сведущие, внушают вам, дорогие смертные, что вы происходите от обезьян, то не верьте им. Обезьяны не белее чем проба, наметка, черновой набросок человека.

    Если умы, столь же убогие, сколь и мало сведущие, внушают вам, дорогие смертные, что вы происходите от обезьян, то не верьте им. Обезьяны не белее чем проба, наметка, черновой набросок человека.

    — Морис Дрюон · книга