«Жан» в 10 цитат

Собрали 10 цитат персонажа «Жан» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Меру надо знать, все проблемы у людей оттого, что меры не знают.

   Меру надо знать, все проблемы у людей оттого, что меры не знают.

   — Павел Корнев · книга
2. «

   И собака на епископа может глаза поднять.

   И собака на епископа может глаза поднять.

   — Анатоль Франс · книга
3. «

   То, что можно увидеть простым взглядом, не всегда соответствует действительности.

   То, что можно увидеть простым взглядом, не всегда соответствует действительности.

   — Павел Корнев · книга
4. «

   И сильные мира тоже не без горя живут, как и самые простые ремесленники, потому как у всех у нас один праотец Адам.

   И сильные мира тоже не без горя живут, как и самые простые ремесленники, потому как у всех у нас один праотец Адам.

   — Анатоль Франс · книга
5. «

   — Вы ездили в Испанию по делам? — Нет. — За удовольствиями? — Нет. — Женщина... — Люблю беседовать с вами, Жан. Как это мудро — отделить женщину от удовольствий. Нет, женщина тут ни при чем. Я ездил туда потому, что не знаю испанского. Хотелось немного подзарядиться, а нигде так не зарядишься, как там, где ты не понимаешь никого, и никто не понимает тебя.

   — Вы ездили в Испанию по делам? — Нет. — За удовольствиями? — Нет. — Женщина... — Люблю беседовать с вами, Жан. Как это мудро — отделить женщину от удовольствий. Нет, женщина тут ни при чем. Я ездил туда потому, что не знаю испанского. Хотелось немного подзарядиться, а нигде так не зарядишься, как там, где ты не понимаешь никого, и никто не понимает тебя.

   — Ирвин Шоу · книга
6. «

   Я не мог просить прощения за чужой поступок. Козел отпущения всегда виноват.

   Я не мог просить прощения за чужой поступок. Козел отпущения всегда виноват.

   — Дафна дю Морье · книга
7. «

   Они вошли в лабиринт с двух разных концов и все тридцать минут проблуждали среди зеркал, пытаясь отыскать друг друга. Наконец сошлись в квадратной комнате. Все классно, миллион отражений в любых ракурсах. Но... только пристроились, только наладились, как послышались шаги сторожа. Семь часов, пора закрывать. Пришлось сворачиваться в темпе. Жанна была в таком заводе, что даже разревелась. Мужчине то что, они своё всегда получат. Но она, бедняжка, за эту десятидневку наголодалась сполна. За все время успела кончить только один раз. Посреди бухты, на лодке, звездной ночью. Так заорала, что чайки с воды взлетели. Одну ночь супруги все-таки провели вместе, но было не до любви. Это когда Жан за ужином ракушками отравился. Она тайком прокралась к нему в комнату. Ужасно жалела его. Лекарство подействовало не сразу, Жан каждые пять минут бегал в туалет. Потом, когда он, обессиленный, уснул, она сидела рядом с кроватью и просто смотрела на него. Странно, но, может быть, это был самый счастливый момент всей медовой недели.

   Они вошли в лабиринт с двух разных концов и все тридцать минут проблуждали среди зеркал, пытаясь отыскать друг друга. Наконец сошлись в квадратной комнате. Все классно, миллион отражений в любых ракурсах. Но... только пристроились, только наладились, как послышались шаги сторожа. Семь часов, пора закрывать. Пришлось сворачиваться в темпе. Жанна была в таком заводе, что даже разревелась. Мужчине то что, они своё всегда получат. Но она, бедняжка, за эту десятидневку наголодалась сполна. За все время успела кончить только один раз. Посреди бухты, на лодке, звездной ночью. Так заорала, что чайки с воды взлетели. Одну ночь супруги все-таки провели вместе, но было не до любви. Это когда Жан за ужином ракушками отравился. Она тайком прокралась к нему в комнату. Ужасно жалела его. Лекарство подействовало не сразу, Жан каждые пять минут бегал в туалет. Потом, когда он, обессиленный, уснул, она сидела рядом с кроватью и просто смотрела на него. Странно, но, может быть, это был самый счастливый момент всей медовой недели.

   — Анна Борисова (писатель) · книга
8. «

   Все мы таковы после тридцати: любое событие, затрагивает ли оно весь мир или только мир наших чувств, требует некоторой театрализации для того, чтобы оно пошло нам на пользу или дошло до нас.

   Все мы таковы после тридцати: любое событие, затрагивает ли оно весь мир или только мир наших чувств, требует некоторой театрализации для того, чтобы оно пошло нам на пользу или дошло до нас.

   — Франсуаза Саган · книга
9. «

   — Ты что, теперь разбираешься в моих чувствах лучше меня? — Не только теперь, а вот уже пятнадцать лет.

   — Ты что, теперь разбираешься в моих чувствах лучше меня? — Не только теперь, а вот уже пятнадцать лет.

   — Франсуаза Саган · книга
10. «

    Чтобы оставаться ее мужем, он был ее любовником.

    Чтобы оставаться ее мужем, он был ее любовником.

    — Верность (La Fidelite) · фильм