200 лучших цитат — Джордж Р.Р. Мартин

200 цитат, по которым узнают Джордж Р.Р. Мартин: коротко, точно, без воды.

1. № 1
   «

   Я умру, покинутый всеми. Значит, остаётся одно — жить.

   Я умру, покинутый всеми. Значит, остаётся одно — жить.

   — Джордж Мартин · книга
2. № 2
   «

   Ветрено, холодно и сыро. Незавидное место, по правде сказать... но мой лорд-отец говорил мне, что в суровых местах растут суровые люди, а суровые люди правят миром.

   Ветрено, холодно и сыро. Незавидное место, по правде сказать... но мой лорд-отец говорил мне, что в суровых местах растут суровые люди, а суровые люди правят миром.

   — Джордж Мартин · книга
3. № 3
   «

   Когда пират богатеет, все готовы признать его принцем.

   Когда пират богатеет, все готовы признать его принцем.

   — Джордж Мартин · книга
4. № 4
   «

   Прости, карликам не обязательно соблюдать такт. Поколения дураков и шутов дают мне право скверно одеваться и высказывать всё, что приходит в голову.

   Прости, карликам не обязательно соблюдать такт. Поколения дураков и шутов дают мне право скверно одеваться и высказывать всё, что приходит в голову.

   — Джордж Мартин · книга
5. № 5
   «

   Если ты не против, хочу сделать одно уточнение, племянник. Старки умеют считать и после шести в отличие от некоторых принцев, не будем их здесь называть...

   Если ты не против, хочу сделать одно уточнение, племянник. Старки умеют считать и после шести в отличие от некоторых принцев, не будем их здесь называть...

   — Джордж Мартин · книга
6. № 6
   «

   Всю свою жизнь Тирион гордился своей хитростью, единственным даром, которым наделили его боги, и всё же семижды проклятая волчица Кейтилин Старк перехитрила его на всех поворотах. Факт этот более удручал его, чем само похищение.

   Всю свою жизнь Тирион гордился своей хитростью, единственным даром, которым наделили его боги, и всё же семижды проклятая волчица Кейтилин Старк перехитрила его на всех поворотах. Факт этот более удручал его, чем само похищение.

   — Джордж Мартин · книга
7. № 7
   «

   Все умирают, если проткнуть их мечом.

   Все умирают, если проткнуть их мечом.

   — Джордж Мартин · книга
8. № 8
   «

   — Ты слишком глуп, чтобы быть трусом, — сказал ему Пип. — Неправда! — возмутился Гренн.

   — Ты слишком глуп, чтобы быть трусом, — сказал ему Пип. — Неправда! — возмутился Гренн.

   — Джордж Мартин · книга
9. № 9
   «

   Не может мужчина кормиться всю жизнь из чашки для подаяний, оставаясь при этом мужчиной.

   Не может мужчина кормиться всю жизнь из чашки для подаяний, оставаясь при этом мужчиной.

   — Джордж Мартин · книга
10. № 10
    «

    Одним перед боем требуются шлюхи, другим — боги, и неизвестно, кому из них потом будет лучше.

    Одним перед боем требуются шлюхи, другим — боги, и неизвестно, кому из них потом будет лучше.

    — Джордж Мартин · книга
11. № 11
    «

    Можно ли задумываться над тем, что едва помнишь? Когда-то у меня был замок на Марках и женщина, на которой я обещал жениться, но теперь я не сумел бы найти свой замок или сказать, какие у этой женщины волосы. Кто посвятил меня в рыцари, дружище? Каким было мое любимое блюдо? Всё меркнет. Порой мне кажется, что я родился на кровавой траве в той ясеневой роще, со вкусом огня во рту и дырой в груди. И что моя мать — это ты, Торос.

    Можно ли задумываться над тем, что едва помнишь? Когда-то у меня был замок на Марках и женщина, на которой я обещал жениться, но теперь я не сумел бы найти свой замок или сказать, какие у этой женщины волосы. Кто посвятил меня в рыцари, дружище? Каким было мое любимое блюдо? Всё меркнет. Порой мне кажется, что я родился на кровавой траве в той ясеневой роще, со вкусом огня во рту и дырой в груди. И что моя мать — это ты, Торос.

    — Джордж Мартин · книга
12. № 12
    «

    Никогда не извлекай свой меч, если не намереваешься немедленно воспользоваться им.

    Никогда не извлекай свой меч, если не намереваешься немедленно воспользоваться им.

    — Джордж Мартин · книга
13. № 13
    «

    Так и должно быть. Ведь если злые не бояться королевского правосудия, значит, мы назначили на эту должность не подходящего человека.

    Так и должно быть. Ведь если злые не бояться королевского правосудия, значит, мы назначили на эту должность не подходящего человека.

    — Джордж Мартин · книга
14. № 14
    «

    — Женщина способна править столь же мудро, как и мужчина. — Не всякая женщина...

    — Женщина способна править столь же мудро, как и мужчина. — Не всякая женщина...

    — Джордж Мартин · книга
15. № 15
    «

    Какое-то мгновение Эддард Старк чувствовал одно желание: возвратиться в свой Винтерфелл, к чистой простоте севера, где врагами были зима и одичалые, обитающие за стеной.

    Какое-то мгновение Эддард Старк чувствовал одно желание: возвратиться в свой Винтерфелл, к чистой простоте севера, где врагами были зима и одичалые, обитающие за стеной.

    — Джордж Мартин · книга
16. № 16
    «

    Неприступных замков не бывает.

    Неприступных замков не бывает.

    — Джордж Мартин · книга
17. № 17
    «

    Прошу вас возложить эту ответственность на другого, я не испытываю желания драться. Этот человек не воин, поглядите на него. Он карлик, в два раза ниже меня и хром. Позорно убивать такого человека и называть это правосудием.

    Прошу вас возложить эту ответственность на другого, я не испытываю желания драться. Этот человек не воин, поглядите на него. Он карлик, в два раза ниже меня и хром. Позорно убивать такого человека и называть это правосудием.

    — Джордж Мартин · книга
18. № 18
    «

    Лорды — это золото, рыцари — сталь, но из двух звеньев цепи не скуёшь, нужны серебро и железо, свинец и олово, медь и бронза и все остальные — то есть фермеры, кузнецы, торговцы и прочие люди. В цепи должны быть разные металлы, потому что стране нужны разные люди. Ночному дозору также нужны всякие люди. Зачем существуют разведчики, стюарды и строители?

    Лорды — это золото, рыцари — сталь, но из двух звеньев цепи не скуёшь, нужны серебро и железо, свинец и олово, медь и бронза и все остальные — то есть фермеры, кузнецы, торговцы и прочие люди. В цепи должны быть разные металлы, потому что стране нужны разные люди. Ночному дозору также нужны всякие люди. Зачем существуют разведчики, стюарды и строители?

    — Джордж Мартин · книга
19. № 19
    «

    — Люди будут смотреть на тебя, — предупредил его мейстер Лювин, как только они впервые пристроили плетеную корзину к плечам Ходора. — Они будут смотреть, они будут говорить, и некоторые даже будут смеяться. Пусть смеются, решил Бран. В спальне над ним смеяться некому, но нельзя же всю жизнь провести в постели!

    — Люди будут смотреть на тебя, — предупредил его мейстер Лювин, как только они впервые пристроили плетеную корзину к плечам Ходора. — Они будут смотреть, они будут говорить, и некоторые даже будут смеяться. Пусть смеются, решил Бран. В спальне над ним смеяться некому, но нельзя же всю жизнь провести в постели!

    — Джордж Мартин · книга
20. № 20
    «

    Человек не становится достойнее, когда к его имени приставляют словечко «сир».

    Человек не становится достойнее, когда к его имени приставляют словечко «сир».

    — Джордж Мартин · книга
21. № 21
    «

    Чти сталь подвигом, а не словами.

    Чти сталь подвигом, а не словами.

    — Джордж Мартин · книга
22. № 22
    «

    У евнуха нет чести, щепетильность — роскошь, недоступная пауку.

    У евнуха нет чести, щепетильность — роскошь, недоступная пауку.

    — Джордж Мартин · книга
23. № 23
    «

    Голубей и горлиц тоже можно было приучить носить письма. Но ворон сильнее. Крупная, отважная и умная птица способна отбиться от ястребов... Но вороны черны пером и едят мертвечину, а посему некоторые люди испытывают к ним отвращение.

    Голубей и горлиц тоже можно было приучить носить письма. Но ворон сильнее. Крупная, отважная и умная птица способна отбиться от ястребов... Но вороны черны пером и едят мертвечину, а посему некоторые люди испытывают к ним отвращение.

    — Джордж Мартин · книга
24. № 24
    «

    Погляди-ка на своего кхала и увидишь, чего стоит жизнь, когда ушло всё остальное.

    Погляди-ка на своего кхала и увидишь, чего стоит жизнь, когда ушло всё остальное.

    — Джордж Мартин · книга
25. № 25
    «

    — Я знаю, какое наказание положено за дезертирство, милорд. Я не боюсь умереть. — Не побоишься и жить, я надеюсь.

    — Я знаю, какое наказание положено за дезертирство, милорд. Я не боюсь умереть. — Не побоишься и жить, я надеюсь.

    — Джордж Мартин · книга
26. № 26
    «

    Ему бы чуточку больше юмора, больше жизни — вот то, чего здесь недостаёт. Мрачные места нуждаются в свете, а не в серьёзности.

    Ему бы чуточку больше юмора, больше жизни — вот то, чего здесь недостаёт. Мрачные места нуждаются в свете, а не в серьёзности.

    — Джордж Мартин · книга
27. № 27
    «

    — Охота мало чем отличается от прогулки по лесу. — Сходство есть, только охота всегда кончается кровью.

    — Охота мало чем отличается от прогулки по лесу. — Сходство есть, только охота всегда кончается кровью.

    — Джордж Мартин · книга
28. № 28
    «

    Что толку завоёвывать себе королевство, если ты не можешь его удержать? На силе и страхе долго не продержишься.

    Что толку завоёвывать себе королевство, если ты не можешь его удержать? На силе и страхе долго не продержишься.

    — Джордж Мартин · книга
29. № 29
    «

    В темницах нет окон и все часы походи один на другой, а для меня теперь всякий час — полночь.

    В темницах нет окон и все часы походи один на другой, а для меня теперь всякий час — полночь.

    — Джордж Мартин · книга
30. № 30
    «

    Что бы сказал верховный септон относительно святости клятвы, которую дал пьяный, прикованный к стене и с мечом у груди?

    Что бы сказал верховный септон относительно святости клятвы, которую дал пьяный, прикованный к стене и с мечом у груди?

    — Джордж Мартин · книга
31. № 31
    «

    Смерть врага — это неиссякаемая радость.

    Смерть врага — это неиссякаемая радость.

    — Джордж Мартин · книга
32. № 32
    «

    — Спой-ка нам песню, да подлиннее... — Прикажете петь, стоя на голове? — А что, от этого песня будет лучше звучать? — Нет. — Тогда пой, стоя на ногах, не то с тебя шапка свалится, а голову ты, сколько я помню, отродясь не мыл.

    — Спой-ка нам песню, да подлиннее... — Прикажете петь, стоя на голове? — А что, от этого песня будет лучше звучать? — Нет. — Тогда пой, стоя на ногах, не то с тебя шапка свалится, а голову ты, сколько я помню, отродясь не мыл.

    — Джордж Мартин · книга
33. № 33
    «

    Рыцарь выигрывает один турнир и терпит поражение в самом начале другого. Поскользнётся на траве или съест что-нибудь не то за ужином накануне. На победу может повлиять что угодно: перемена ветра или повязанный на руку знак отличия дамы.

    Рыцарь выигрывает один турнир и терпит поражение в самом начале другого. Поскользнётся на траве или съест что-нибудь не то за ужином накануне. На победу может повлиять что угодно: перемена ветра или повязанный на руку знак отличия дамы.

    — Джордж Мартин · книга
34. № 34
    «

    Человек не должен жить дольше, чем его зубы.

    Человек не должен жить дольше, чем его зубы.

    — Джордж Мартин · книга
35. № 35
    «

    — Они [горы] мне так нравятся, что и сказать нельзя. — Как же ты говоришь, что их ненавидишь? — Разве нельзя совмещать и то и другое? — Нет. Это разные вещи. Как день и ночь, как лёд и огонь. — Если лёд способен обжигать, то и любовь может сочетаться с ненавистью. Гора или болото, всё едино. Земля одна.

    — Они [горы] мне так нравятся, что и сказать нельзя. — Как же ты говоришь, что их ненавидишь? — Разве нельзя совмещать и то и другое? — Нет. Это разные вещи. Как день и ночь, как лёд и огонь. — Если лёд способен обжигать, то и любовь может сочетаться с ненавистью. Гора или болото, всё едино. Земля одна.

    — Джордж Мартин · книга
36. № 36
    «

    Если ты не собираешься убивать кого-то, но всё-таки убиваешь, он от этого не делается не менее мёртвым.

    Если ты не собираешься убивать кого-то, но всё-таки убиваешь, он от этого не делается не менее мёртвым.

    — Джордж Мартин · книга
37. № 37
    «

    — Ты пьян. — Может быть, а вот ты мёртв.

    — Ты пьян. — Может быть, а вот ты мёртв.

    — Джордж Мартин · книга
38. № 38
    «

    — Смилуйтесь, пожалуйста! Не убивайте. Мать милостивая! — Я тебе что — на чёртову мать твою похож?

    — Смилуйтесь, пожалуйста! Не убивайте. Мать милостивая! — Я тебе что — на чёртову мать твою похож?

    — Джордж Мартин · книга
39. № 39
    «

    Муравей, который слышит слова короля, не понимает их смысла, и все мы — лишь муравьи перед огненным ликом бога.

    Муравей, который слышит слова короля, не понимает их смысла, и все мы — лишь муравьи перед огненным ликом бога.

    — Джордж Мартин · книга
40. № 40
    «

    Отец всегда говорил, что для военачальника лёгкие не менее важны, чем правая рука. «Каким бы храбрым или талантливым ни был полководец, от этого не будет толку, если его команды никто не услышит».

    Отец всегда говорил, что для военачальника лёгкие не менее важны, чем правая рука. «Каким бы храбрым или талантливым ни был полководец, от этого не будет толку, если его команды никто не услышит».

    — Джордж Мартин · книга
41. № 41
    «

    Всякий человек нуждается в том, чтобы над ним иногда посмеялись. Иначе... мы начинаем относиться к себе слишком серьезно.

    Всякий человек нуждается в том, чтобы над ним иногда посмеялись. Иначе... мы начинаем относиться к себе слишком серьезно.

    — Джордж Мартин · книга
42. № 42
    «

    Говорят, что полезно заставать людей врасплох. Никогда не знаешь, что можно тогда узнать.

    Говорят, что полезно заставать людей врасплох. Никогда не знаешь, что можно тогда узнать.

    — Джордж Мартин · книга
43. № 43
    «

    Вырвав человеку язык, вы не докажете, что он лжец, а лишь дадите понять, что боитесь его слов.

    Вырвав человеку язык, вы не докажете, что он лжец, а лишь дадите понять, что боитесь его слов.

    — Джордж Мартин · книга
44. № 44
    «

    Когда человек рисует на своей груди мишень, он должен рассчитывать, что рано или поздно кто-то выпустит в него стрелу.

    Когда человек рисует на своей груди мишень, он должен рассчитывать, что рано или поздно кто-то выпустит в него стрелу.

    — Джордж Мартин · книга
45. № 45
    «

    Дай людям только заметить, что слова ранят тебя, и тебе никогда не избавиться от насмешек. А если к тебе прилепили кличку, прими ее и сделай своим собственным именем. Тогда они не сумеют больше ранить тебя.

    Дай людям только заметить, что слова ранят тебя, и тебе никогда не избавиться от насмешек. А если к тебе прилепили кличку, прими ее и сделай своим собственным именем. Тогда они не сумеют больше ранить тебя.

    — Джордж Мартин · книга
46. № 46
    «

    Говорят, что здесь зимой бывает так холодно, что смех застывает в горле и душит человека насмерть.

    Говорят, что здесь зимой бывает так холодно, что смех застывает в горле и душит человека насмерть.

    — Джордж Мартин · книга
47. № 47
    «

    Когда один человек строит стену, другому немедленно нужно узнать, что находится на другой стороне.

    Когда один человек строит стену, другому немедленно нужно узнать, что находится на другой стороне.

    — Джордж Мартин · книга
48. № 48
    «

    Страх ранит глубже, чем меч.

    Страх ранит глубже, чем меч.

    — Джордж Мартин · книга
49. № 49
    «

    Те, кто играет в престолы, либо побеждают, либо умирают, середины не бывает.

    Те, кто играет в престолы, либо побеждают, либо умирают, середины не бывает.

    — Джордж Мартин · книга
50. № 50
    «

    Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.

    Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.

    — Джордж Мартин · книга
51. № 51
    «

    Улыбайся, пока жив — ведь мёртвым это не дано.

    Улыбайся, пока жив — ведь мёртвым это не дано.

    — Джордж Мартин · книга
52. № 52
    «

    Люди чаще предпочитают отрицать жестокую истину, чем становиться к ней лицом.

    Люди чаще предпочитают отрицать жестокую истину, чем становиться к ней лицом.

    — Джордж Мартин · книга
53. № 53
    «

    — Ты помог мне, когда я нуждался в твоей помощи, — сказал Джон Сноу. — Я ничего не дал тебе, — улыбнулся Тирион, — кроме слов.

    — Ты помог мне, когда я нуждался в твоей помощи, — сказал Джон Сноу. — Я ничего не дал тебе, — улыбнулся Тирион, — кроме слов.

    — Джордж Мартин · книга
54. № 54
    «

    Только дурак принижает себя — ведь в мире полно людей, готовых сделать это за него.

    Только дурак принижает себя — ведь в мире полно людей, готовых сделать это за него.

    — Джордж Мартин · книга
55. № 55
    «

    — Они ненавидят меня, потому что я лучше их. — Нет, они ненавидят тебя потому, что ты ведёшь себя так, как будто считаешь себя лучше их.

    — Они ненавидят меня, потому что я лучше их. — Нет, они ненавидят тебя потому, что ты ведёшь себя так, как будто считаешь себя лучше их.

    — Джордж Мартин · книга
56. № 56
    «

    Всякая хорошая ложь должна содержать в себе крупицу правды.

    Всякая хорошая ложь должна содержать в себе крупицу правды.

    — Джордж Мартин · книга
57. № 57
    «

    Когда твои враги бросают тебе вызов, ты должен встречать их сталью и огнём, но когда они преклоняют колени — протяни им руку и помоги встать. Иначе никто больше не упадёт перед тобой на колени.

    Когда твои враги бросают тебе вызов, ты должен встречать их сталью и огнём, но когда они преклоняют колени — протяни им руку и помоги встать. Иначе никто больше не упадёт перед тобой на колени.

    — Джордж Мартин · книга
58. № 58
    «

    Люди всегда требуют правды, но она редко приходится им по вкусу.

    Люди всегда требуют правды, но она редко приходится им по вкусу.

    — Джордж Мартин · книга
59. № 59
    «

    Когда выпадет снег и задуют белые ветры, одинокий волк гибнет, но стая живёт.

    Когда выпадет снег и задуют белые ветры, одинокий волк гибнет, но стая живёт.

    — Джордж Мартин · книга
60. № 60
    «

    Короны творят странные вещи с головами, на которые надеты.

    Короны творят странные вещи с головами, на которые надеты.

    — Джордж Мартин · книга
61. № 61
    «

    Люди редко бывают такими, какими кажутся. У вас до того злодейский вид, что я уверен: вы ни в чём не виноваты.

    Люди редко бывают такими, какими кажутся. У вас до того злодейский вид, что я уверен: вы ни в чём не виноваты.

    — Джордж Мартин · книга
62. № 62
    «

    Сказки как старые друзья — их надо навещать время от времени.

    Сказки как старые друзья — их надо навещать время от времени.

    — Джордж Мартин · книга
63. № 63
    «

    — Что ты делаешь со мной? — со слезами в голосе спросил он у ворона. — Учу тебя летать. — Я не могу летать. — Ты уже летишь. — Я падаю. — Каждый полет начинается с падения, — сказал ворон.

    — Что ты делаешь со мной? — со слезами в голосе спросил он у ворона. — Учу тебя летать. — Я не могу летать. — Ты уже летишь. — Я падаю. — Каждый полет начинается с падения, — сказал ворон.

    — Джордж Мартин · книга
64. № 64
    «

    Довольно странная разновидность отваги — признаваться в своей трусости.

    Довольно странная разновидность отваги — признаваться в своей трусости.

    — Джордж Мартин · книга
65. № 65
    «

    Если он должен всегда быть один, значит, одиночество должно сделаться его бронёй.

    Если он должен всегда быть один, значит, одиночество должно сделаться его бронёй.

    — Джордж Мартин · книга
66. № 66
    «

    Мир полон людей, которые нуждаются в помощи, Джон. Лучше всего, если они наберутся мужества и помогут себе сами.

    Мир полон людей, которые нуждаются в помощи, Джон. Лучше всего, если они наберутся мужества и помогут себе сами.

    — Джордж Мартин · книга
67. № 67
    «

    Когда солнце встанет на западе и опустится на востоке. Когда высохнут моря и ветер унесёт горы, как листья. Когда чрево моё вновь зачнёт и я рожу живого ребёнка. Тогда ты вернёшься, моё солнце и звёзды, но прежде не жди.

    Когда солнце встанет на западе и опустится на востоке. Когда высохнут моря и ветер унесёт горы, как листья. Когда чрево моё вновь зачнёт и я рожу живого ребёнка. Тогда ты вернёшься, моё солнце и звёзды, но прежде не жди.

    — Джордж Мартин · книга
68. № 68
    «

    Ноги мои слишком малы для тела, а голова чересчур велика, но я бы сказал, что, на мой взгляд, она как раз впору для моего ума. Я спокойно принимаю собственные силы и слабости. Ум — вот мое оружие. У брата Джейме есть меч, у короля Роберта — боевой молот, а у меня — разум. А он нуждается в книгах, как меч в точильном камне, чтобы не затупиться, — Тирион постучал по кожаной обложке книги. — Вот поэтому я читаю так много, Джон Сноу.

    Ноги мои слишком малы для тела, а голова чересчур велика, но я бы сказал, что, на мой взгляд, она как раз впору для моего ума. Я спокойно принимаю собственные силы и слабости. Ум — вот мое оружие. У брата Джейме есть меч, у короля Роберта — боевой молот, а у меня — разум. А он нуждается в книгах, как меч в точильном камне, чтобы не затупиться, — Тирион постучал по кожаной обложке книги. — Вот поэтому я читаю так много, Джон Сноу.

    — Джордж Мартин · книга
69. № 69
    «

    Все люди чего-нибудь да хотят, Алейна. И зная, чего хочет тот или иной человек, вы получаете понятие, кто он и как им управлять.

    Все люди чего-нибудь да хотят, Алейна. И зная, чего хочет тот или иной человек, вы получаете понятие, кто он и как им управлять.

    — Джордж Мартин · книга
70. № 70
    «

    Призраки водятся везде. Мы носим их с собой, куда бы ни отправились.

    Призраки водятся везде. Мы носим их с собой, куда бы ни отправились.

    — Джордж Мартин · книга
71. № 71
    «

    Люди никогда не смотрят вверх. Он любил крыши ещё и по этой причине. Там, наверху, он становился как бы невидимым.

    Люди никогда не смотрят вверх. Он любил крыши ещё и по этой причине. Там, наверху, он становился как бы невидимым.

    — Джордж Мартин · книга
72. № 72
    «

    Надо знать людей, которые следуют за тобой. И пусть они знают тебя. Нельзя требовать, чтобы люди отдавали свою жизнь ради незнакомца.

    Надо знать людей, которые следуют за тобой. И пусть они знают тебя. Нельзя требовать, чтобы люди отдавали свою жизнь ради незнакомца.

    — Джордж Мартин · книга
73. № 73
    «

    Тот, кто боится сражений, не одерживает побед.

    Тот, кто боится сражений, не одерживает побед.

    — Джордж Мартин · книга
74. № 74
    «

    Если ты не можешь защитить себя сам, умри и уйди с дороги тех, кто может. Этим миром правят сильные руки и острая сталь — не верь тому, кто скажет тебе другое.

    Если ты не можешь защитить себя сам, умри и уйди с дороги тех, кто может. Этим миром правят сильные руки и острая сталь — не верь тому, кто скажет тебе другое.

    — Джордж Мартин · книга
75. № 75
    «

    Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой.

    Мороз жжет. Ничто не обжигает так, как холод. Но лишь поначалу. А потом он проникает внутрь тела, наполняет тебя, пока у человека не остается сил сопротивляться. Легче просто сесть и уснуть. Говорят, что, замерзая, перед концом не чувствуешь никакой боли. Просто слабеешь и тихонько засыпаешь, все словно блекнет, а потом как будто проваливаешься в море теплого молока, в мир и покой.

    — Джордж Мартин · книга
76. № 76
    «

    Некоторые прямо-таки родятся для того, чтобы их убили.

    Некоторые прямо-таки родятся для того, чтобы их убили.

    — Джордж Мартин · книга
77. № 77
    «

    Усидеть на троне в тысячу раз труднее, чем завоевать его.

    Усидеть на троне в тысячу раз труднее, чем завоевать его.

    — Джордж Мартин · книга
78. № 78
    «

    Безумие и отчаяние нередко похожи друг на друга.

    Безумие и отчаяние нередко похожи друг на друга.

    — Джордж Мартин · книга
79. № 79
    «

    Погляди вокруг и принюхайся хорошенько: здесь все лжецы, все до одного, и каждый лжет лучше, чем ты.

    Погляди вокруг и принюхайся хорошенько: здесь все лжецы, все до одного, и каждый лжет лучше, чем ты.

    — Джордж Мартин · книга
80. № 80
    «

    В том, что ты боишься, нет позора. Главное, как мы встречаем свой страх.

    В том, что ты боишься, нет позора. Главное, как мы встречаем свой страх.

    — Джордж Мартин · книга
81. № 81
    «

    Самые большие глупцы зачастую оказываются умнее тех, кто смеется над ними.

    Самые большие глупцы зачастую оказываются умнее тех, кто смеется над ними.

    — Джордж Мартин · книга
82. № 82
    «

    Есть два вида людей: игроки и фигуры.

    Есть два вида людей: игроки и фигуры.

    — Джордж Мартин · книга
83. № 83
    «

    Если мы оставляем за собой свой запах, выходя из комнаты, то уж, верно, и от наших душ остается что-то, когда мы уходим из жизни?

    Если мы оставляем за собой свой запах, выходя из комнаты, то уж, верно, и от наших душ остается что-то, когда мы уходим из жизни?

    — Джордж Мартин · книга
84. № 84
    «

    Нужно только открыть глаза. Сердце может солгать, голова одурачит тебя, но глаза видят верно. Гляди своими глазами, слушай своими ушами. Пробуй своим ртом. Нюхай своим носом. Ощущай своей кожей. Потом придут мысли… потом. Только так можно узнать правду.

    Нужно только открыть глаза. Сердце может солгать, голова одурачит тебя, но глаза видят верно. Гляди своими глазами, слушай своими ушами. Пробуй своим ртом. Нюхай своим носом. Ощущай своей кожей. Потом придут мысли… потом. Только так можно узнать правду.

    — Джордж Мартин · книга
85. № 85
    «

    — Вы позволите на прощание загадать Вам загадку, лорд Тирион? В одной комнате сидят три больших человека: король, священник и богач. Между ними стоит наемник, человек низкого происхождения и невеликого ума. И каждый из больших людей приказывает ему убить двух других. «Убей их, — говорит король, — ибо я твой законный правитель». «Убей их, — говорит священник, — ибо я приказываю тебе это от имени богов». «Убей их, — говорит богач, — и все это золото будет твоим». Скажите же — кто из них останется жив, а кто умрет?

    — Вы позволите на прощание загадать Вам загадку, лорд Тирион? В одной комнате сидят три больших человека: король, священник и богач. Между ними стоит наемник, человек низкого происхождения и невеликого ума. И каждый из больших людей приказывает ему убить двух других. «Убей их, — говорит король, — ибо я твой законный правитель». «Убей их, — говорит священник, — ибо я приказываю тебе это от имени богов». «Убей их, — говорит богач, — и все это золото будет твоим». Скажите же — кто из них останется жив, а кто умрет?

    — Джордж Мартин · книга
86. № 86
    «

    Лучше иметь врагов честных, чем честолюбивых.

    Лучше иметь врагов честных, чем честолюбивых.

    — Джордж Мартин · книга
87. № 87
    «

    — Я победил. — Нет. Это Зубр проиграл.

    — Я победил. — Нет. Это Зубр проиграл.

    — Джордж Мартин · книга
88. № 88
    «

    Любовь — это яд, Санса. Да, он сладок, но убивает не хуже любого другого.

    Любовь — это яд, Санса. Да, он сладок, но убивает не хуже любого другого.

    — Джордж Мартин · книга
89. № 89
    «

    — Чего ты хочешь? Чтобы я разгадал твою проклятую загадку? Или чтобы моя голова разболелась ещё больше? — Тогда я вам скажу, — улыбнулся Варис. — Власть помещается там, где человек верит, что она помещается. Ни больше, ни меньше. — Значит, власть — фиглярский трюк? — Тень на стене... Но тени могут убивать. И порой очень маленький человек отбрасывает очень большую тень.

    — Чего ты хочешь? Чтобы я разгадал твою проклятую загадку? Или чтобы моя голова разболелась ещё больше? — Тогда я вам скажу, — улыбнулся Варис. — Власть помещается там, где человек верит, что она помещается. Ни больше, ни меньше. — Значит, власть — фиглярский трюк? — Тень на стене... Но тени могут убивать. И порой очень маленький человек отбрасывает очень большую тень.

    — Джордж Мартин · книга
90. № 90
    «

    — За Эйегона. Удачливый был малый, нечего сказать. Две сестры, две жены, три больших дракона — чего еще желать человеку?

    — За Эйегона. Удачливый был малый, нечего сказать. Две сестры, две жены, три больших дракона — чего еще желать человеку?

    — Джордж Мартин · книга
91. № 91
    «

    Врагов всегда следует держать в неведении. Если они не до конца понимают, кто вы и чего хотите, они никогда не угадают, что вы сделаете дальше.

    Врагов всегда следует держать в неведении. Если они не до конца понимают, кто вы и чего хотите, они никогда не угадают, что вы сделаете дальше.

    — Джордж Мартин · книга
92. № 92
    «

    — Но мы вышли из замка, — сказал Нед. — Вас не одурачить, Старк, — блаженствовал Мизинец. — Солнце выдало меня или небо?

    — Но мы вышли из замка, — сказал Нед. — Вас не одурачить, Старк, — блаженствовал Мизинец. — Солнце выдало меня или небо?

    — Джордж Мартин · книга
93. № 93
    «

    — Некоторые люди делают зло другим просто потому, что имеют такую возможность.

    — Некоторые люди делают зло другим просто потому, что имеют такую возможность.

    — Джордж Мартин · книга
94. № 94
    «

    Чересчур честные, чтобы жить, чересчур благородные, чтобы врать.

    Чересчур честные, чтобы жить, чересчур благородные, чтобы врать.

    — Джордж Мартин · книга
95. № 95
    «

    Когда солнце закатилось, ни одна свеча его не заменит.

    Когда солнце закатилось, ни одна свеча его не заменит.

    — Джордж Мартин · книга
96. № 96
    «

    Далеко ли от безумия до мудрости?..

    Далеко ли от безумия до мудрости?..

    — Джордж Мартин · книга
97. № 97
    «

    — Робб сказал, что человек этот умер с отвагой, но Джон уверяет, что он боялся. — А ты как думаешь? — спросил отец. Бран подумал. — А не может ли человек сразу быть отважным, но чего-то бояться? — Только так и может человек быть отважным.

    — Робб сказал, что человек этот умер с отвагой, но Джон уверяет, что он боялся. — А ты как думаешь? — спросил отец. Бран подумал. — А не может ли человек сразу быть отважным, но чего-то бояться? — Только так и может человек быть отважным.

    — Джордж Мартин · книга
98. № 98
    «

    Преданные наемники — такая же редкость, как шлюхи-девственницы.

    Преданные наемники — такая же редкость, как шлюхи-девственницы.

    — Джордж Мартин · книга
99. № 99
    «

    Вежливость — доспехи леди.

    Вежливость — доспехи леди.

    — Джордж Мартин · книга
100. № 100
     «

     Из тонкой улыбки собеседник может извлечь все, что ему угодно.

     Из тонкой улыбки собеседник может извлечь все, что ему угодно.

     — Джордж Мартин · книга
101. № 101
     «

     На что, по-твоему, они нужны, рыцари? Получать знаки отличия от дам да красоваться в золотых доспехах? Дело рыцарей — убивать.

     На что, по-твоему, они нужны, рыцари? Получать знаки отличия от дам да красоваться в золотых доспехах? Дело рыцарей — убивать.

     — Джордж Мартин · книга
102. № 102
     «

     И самый верный рыцарь не смог бы защитить короля от него самого.

     И самый верный рыцарь не смог бы защитить короля от него самого.

     — Джордж Мартин · книга
103. № 103
     «

     Всякая ссадина – это урок, а каждый урок идет на пользу.

     Всякая ссадина – это урок, а каждый урок идет на пользу.

     — Джордж Мартин · книга
104. № 104
     «

     Если лягушку раскрасить полосками, тигром она от этого не станет.

     Если лягушку раскрасить полосками, тигром она от этого не станет.

     — Джордж Мартин · книга
105. № 105
     «

     Мир полон трусов, которые хотели бы выглядеть героями.

     Мир полон трусов, которые хотели бы выглядеть героями.

     — Джордж Мартин · книга
106. № 106
     «

     Иногда слова способны достичь того, что не под силу мечам.

     Иногда слова способны достичь того, что не под силу мечам.

     — Джордж Мартин · книга
107. № 107
     «

     Для таких, как мы, никогда не настанет зима. Если мы падем в битве, о нас будут петь, а в песнях всегда стоит лето. В песнях все рыцари благородны, все девы прекрасны и солнце никогда не заходит.

     Для таких, как мы, никогда не настанет зима. Если мы падем в битве, о нас будут петь, а в песнях всегда стоит лето. В песнях все рыцари благородны, все девы прекрасны и солнце никогда не заходит.

     — Джордж Мартин · книга
108. № 108
     «

     У королей нет друзей, есть только подданные и враги.

     У королей нет друзей, есть только подданные и враги.

     — Джордж Мартин · книга
109. № 109
     «

     Смерть окончательна и подводит жуткий итог, в то время как жизнь полна неисчислимых возможностей.

     Смерть окончательна и подводит жуткий итог, в то время как жизнь полна неисчислимых возможностей.

     — Джордж Мартин · книга
110. № 110
     «

     Хороший поступок не может смыть дурного, как и дурной не может замарать хороший.

     Хороший поступок не может смыть дурного, как и дурной не может замарать хороший.

     — Джордж Мартин · книга
111. № 111
     «

     Милосердие. Проклятая ловушка. Переберёшь через край — скажут, что ты слаб, недоберёшь — ославят чудовищем.

     Милосердие. Проклятая ловушка. Переберёшь через край — скажут, что ты слаб, недоберёшь — ославят чудовищем.

     — Джордж Мартин · книга
112. № 112
     «

     Выжидая, Нед поглядел на мастера. Он давно обнаружил, что иногда молчание позволяет добиться большего, чем поток вопросов.

     Выжидая, Нед поглядел на мастера. Он давно обнаружил, что иногда молчание позволяет добиться большего, чем поток вопросов.

     — Джордж Мартин · книга
113. № 113
     «

     — Вы посылаете наемников убить четырнадцатилетнюю девчонку и еще разговариваете о чести? — Он отодвинул назад кресло и встал. — Сделай это сам, Роберт. Человек, который выносит приговор, должен сам занести меч. Погляди в ее глаза, прежде чем убьешь. Посмотри на ее слезы, выслушай последние слова. По крайней мере хоть это ты должен сделать.

     — Вы посылаете наемников убить четырнадцатилетнюю девчонку и еще разговариваете о чести? — Он отодвинул назад кресло и встал. — Сделай это сам, Роберт. Человек, который выносит приговор, должен сам занести меч. Погляди в ее глаза, прежде чем убьешь. Посмотри на ее слезы, выслушай последние слова. По крайней мере хоть это ты должен сделать.

     — Джордж Мартин · книга
114. № 114
     «

     Милосердие никогда не бывает ошибкой.

     Милосердие никогда не бывает ошибкой.

     — Джордж Мартин · книга
115. № 115
     «

     Жестокую истину труднее всего принять.

     Жестокую истину труднее всего принять.

     — Джордж Мартин · книга
116. № 116
     «

     Учитесь больше полагаться на свои уши, чем на рот, иначе ваше царствование будет короче, чем мой рост.

     Учитесь больше полагаться на свои уши, чем на рот, иначе ваше царствование будет короче, чем мой рост.

     — Джордж Мартин · книга
117. № 117
     «

     — Скажите, что вы чувствуете к моему августейшему племяннику? — Я люблю его всем сердцем. — В самом деле? Даже теперь? — Моя любовь к его величеству больше, чем когда-либо прежде. — Кто-то научил вас лгать на совесть. Когда-нибудь ты скажешь ему спасибо, дитя.

     — Скажите, что вы чувствуете к моему августейшему племяннику? — Я люблю его всем сердцем. — В самом деле? Даже теперь? — Моя любовь к его величеству больше, чем когда-либо прежде. — Кто-то научил вас лгать на совесть. Когда-нибудь ты скажешь ему спасибо, дитя.

     — Джордж Мартин · книга
118. № 118
     «

     Нет на земле существа более жуткого, чем истинно справедливый человек.

     Нет на земле существа более жуткого, чем истинно справедливый человек.

     — Джордж Мартин · книга
119. № 119
     «

     Я от крови дракона и должна быть сильной. Они должны видеть в моих глазах огонь, а не слезы.

     Я от крови дракона и должна быть сильной. Они должны видеть в моих глазах огонь, а не слезы.

     — Джордж Мартин · книга
120. № 120
     «

     Нас губит как раз то, что мы любим.

     Нас губит как раз то, что мы любим.

     — Джордж Мартин · книга
121. № 121
     «

     Все люди умирают, и все живые твари, плавают они, летают или бегают. Не важно, когда ты умрёшь, — важно как.

     Все люди умирают, и все живые твари, плавают они, летают или бегают. Не важно, когда ты умрёшь, — важно как.

     — Джордж Мартин · книга
122. № 122
     «

     Трудно повиноваться человеку, которого осмеиваешь за выпивкой.

     Трудно повиноваться человеку, которого осмеиваешь за выпивкой.

     — Джордж Мартин · книга
123. № 123
     «

     Трус может обнаружить истинную отвагу, когда ему нечего опасаться.

     Трус может обнаружить истинную отвагу, когда ему нечего опасаться.

     — Джордж Мартин · книга
124. № 124
     «

     Смерть всегда приносит с собою скорбь, но на свой собственный лад она — самое естественное событие из всех, приключающихся с человеком.

     Смерть всегда приносит с собою скорбь, но на свой собственный лад она — самое естественное событие из всех, приключающихся с человеком.

     — Джордж Мартин · книга
125. № 125
     «

     — ... Вас, Старков, трудно убить. — Вам, Ланнистерам, следовало бы это запомнить.

     — ... Вас, Старков, трудно убить. — Вам, Ланнистерам, следовало бы это запомнить.

     — Джордж Мартин · книга
126. № 126
     «

     Разве честь можно сравнить с женской любовью? И как чувство долга может превысить ту радость, с которой ты берёшь на руки новорождённого сына... Ветер и слова. Ветер и слова. Мы всего только люди, и боги создали нас для любви. В ней и наше величие, и наша трагедия.

     Разве честь можно сравнить с женской любовью? И как чувство долга может превысить ту радость, с которой ты берёшь на руки новорождённого сына... Ветер и слова. Ветер и слова. Мы всего только люди, и боги создали нас для любви. В ней и наше величие, и наша трагедия.

     — Джордж Мартин · книга
127. № 127
     «

     Королева должна выслушивать всех: знатных и простых, сильных и слабых, благородных и корыстных. Один голос может солгать, но из множества всегда добывается истина.

     Королева должна выслушивать всех: знатных и простых, сильных и слабых, благородных и корыстных. Один голос может солгать, но из множества всегда добывается истина.

     — Джордж Мартин · книга
128. № 128
     «

     Жизнь — это не песня, моя милая. Однажды, к скорби своей, ты это узнаешь.

     Жизнь — это не песня, моя милая. Однажды, к скорби своей, ты это узнаешь.

     — Джордж Мартин · книга
129. № 129
     «

     Все мы выполняем свой долг, когда это ничего нам не стоит. Как легко кажется тогда следовать тропою чести! Однако рано или поздно в жизни каждого человека наступает день, когда не знаешь, как поступить, когда приходится выбирать.

     Все мы выполняем свой долг, когда это ничего нам не стоит. Как легко кажется тогда следовать тропою чести! Однако рано или поздно в жизни каждого человека наступает день, когда не знаешь, как поступить, когда приходится выбирать.

     — Джордж Мартин · книга
130. № 130
     «

     В каждом благородном доме есть собственное речение: фамильные девизы, критерии, молитвы; одни хвастали честью и славой, другие обещали верность и правду, третьи присягали в вере и отваге. Все, кроме Старков. Зима близко, сулили они.

     В каждом благородном доме есть собственное речение: фамильные девизы, критерии, молитвы; одни хвастали честью и славой, другие обещали верность и правду, третьи присягали в вере и отваге. Все, кроме Старков. Зима близко, сулили они.

     — Джордж Мартин · книга
131. № 131
     «

     Рейегар… Рейегар победил, проклятие! Я убил его, Нед, я вонзил шип в его черный панцирь, в его черное сердце, и он умер у моих ног. Об этом поют песни. И все же он каким-то образом победил. Теперь он с Лианной...

     Рейегар… Рейегар победил, проклятие! Я убил его, Нед, я вонзил шип в его черный панцирь, в его черное сердце, и он умер у моих ног. Об этом поют песни. И все же он каким-то образом победил. Теперь он с Лианной...

     — Джордж Мартин · книга
132. № 132
     «

     Короли должны учиться ставить нужды государства превыше своих желаний.

     Короли должны учиться ставить нужды государства превыше своих желаний.

     — Джордж Мартин · книга
133. № 133
     «

     Тоже мне ночлег, называется. Пол твердый, тростник вонючий, а братья ужас как храпят. Ни один медведь не рычит так громко, как Бурый Бернарр. Но, правда, тепло было — это да, только на меня собаки залезли. Плащ мой почти высох, а какой-то пес возьми и обмочи его — то ли пес, то ли Бурый Бернарр. А вы заметили — стоило мне попасть под крышу, как дождь прекратился? Теперь я вернулся, и он начался снова. Все, кому не лень, льют на меня — и боги, и собаки.

     Тоже мне ночлег, называется. Пол твердый, тростник вонючий, а братья ужас как храпят. Ни один медведь не рычит так громко, как Бурый Бернарр. Но, правда, тепло было — это да, только на меня собаки залезли. Плащ мой почти высох, а какой-то пес возьми и обмочи его — то ли пес, то ли Бурый Бернарр. А вы заметили — стоило мне попасть под крышу, как дождь прекратился? Теперь я вернулся, и он начался снова. Все, кому не лень, льют на меня — и боги, и собаки.

     — Джордж Мартин · книга
134. № 134
     «

     Истинная леди не позволит себе обратить внимание на внешность человека, сколь безобразным он бы ни был.

     Истинная леди не позволит себе обратить внимание на внешность человека, сколь безобразным он бы ни был.

     — Джордж Мартин · книга
135. № 135
     «

     Мне кажется, что королева, которая никому не доверяет столь же глупа, как и королева, доверяющая всем и каждому. Каждый новый человек, которого я беру к себе на службу, — это риск, но как я могу завоевать Семь Королевств без риска?

     Мне кажется, что королева, которая никому не доверяет столь же глупа, как и королева, доверяющая всем и каждому. Каждый новый человек, которого я беру к себе на службу, — это риск, но как я могу завоевать Семь Королевств без риска?

     — Джордж Мартин · книга
136. № 136
     «

     Ему шестнадцать, а в этом возрасте любовь, похоть и честь всегда перевешивают рассудок.

     Ему шестнадцать, а в этом возрасте любовь, похоть и честь всегда перевешивают рассудок.

     — Джордж Мартин · книга
137. № 137
     «

     Сок я люблю, но не выношу, когда руки липкие. Руки должны быть чистыми. Что бы вы ни делали, всегда заботьтесь о чистоте своих рук.

     Сок я люблю, но не выношу, когда руки липкие. Руки должны быть чистыми. Что бы вы ни делали, всегда заботьтесь о чистоте своих рук.

     — Джордж Мартин · книга
138. № 138
     «

     Мы всего только люди, и боги создали нас для любви. В ней и наше величие, и наша трагедия.

     Мы всего только люди, и боги создали нас для любви. В ней и наше величие, и наша трагедия.

     — Джордж Мартин · книга
139. № 139
     «

     Ничто так не сплачивает расколовшееся королевство, как чужеземная армия, вторгшаяся в его пределы.

     Ничто так не сплачивает расколовшееся королевство, как чужеземная армия, вторгшаяся в его пределы.

     — Джордж Мартин · книга
140. № 140
     «

     Победа — лучшее лекарство от поражения.

     Победа — лучшее лекарство от поражения.

     — Джордж Мартин · книга
141. № 141
     «

     Актеры научили меня тому, что у каждого человека есть своя роль — в жизни, в спектакле... и при дворе. Королевский палач должен быть страшным, мастер над монетой — скупым, лорд командующий гвардией — доблестным... а мастер над шептунами — лукавым, подобострастным и бессовестным.

     Актеры научили меня тому, что у каждого человека есть своя роль — в жизни, в спектакле... и при дворе. Королевский палач должен быть страшным, мастер над монетой — скупым, лорд командующий гвардией — доблестным... а мастер над шептунами — лукавым, подобострастным и бессовестным.

     — Джордж Мартин · книга
142. № 142
     «

     Этот парень вообще всегда улыбался, словно бы сам мир вокруг был такой шуткой, которую понять мог лишь он один.

     Этот парень вообще всегда улыбался, словно бы сам мир вокруг был такой шуткой, которую понять мог лишь он один.

     — Джордж Мартин · книга
143. № 143
     «

     Любовь — милая штука, драгоценный мой Нед, но она не изменяет природу человека…

     Любовь — милая штука, драгоценный мой Нед, но она не изменяет природу человека…

     — Джордж Мартин · книга
144. № 144
     «

     Честь есть и у бастарда.

     Честь есть и у бастарда.

     — Джордж Мартин · книга
145. № 145
     «

     Иметь глаза, но не видеть красоты; иметь уши, но не слышать музыки; обладать разумом, но не воспринимать истину; иметь сердце, но никогда не волноваться и не гореть огнем.

     Иметь глаза, но не видеть красоты; иметь уши, но не слышать музыки; обладать разумом, но не воспринимать истину; иметь сердце, но никогда не волноваться и не гореть огнем.

     — Джордж Мартин · книга
146. № 146
     «

     Ведь и уродливый горбатый коротышка может смотреть сверху вниз, если сядет на спину дракона.

     Ведь и уродливый горбатый коротышка может смотреть сверху вниз, если сядет на спину дракона.

     — Джордж Мартин · книга
147. № 147
     «

     Тебе больно, мальчик. Конечно. Выбирать... выбирать всегда больно. И всегда будет больно. Я знаю.

     Тебе больно, мальчик. Конечно. Выбирать... выбирать всегда больно. И всегда будет больно. Я знаю.

     — Джордж Мартин · книга
148. № 148
     «

     Лучше уж быть нищим, чем рабовладельцем.

     Лучше уж быть нищим, чем рабовладельцем.

     — Джордж Мартин · книга
149. № 149
     «

     Замысел, как и всякий плод, должен созреть.

     Замысел, как и всякий плод, должен созреть.

     — Джордж Мартин · книга
150. № 150
     «

     Собак я люблю больше, чем рыцарей. <...> Собака отдаст за тебя жизнь и никогда тебе не солжёт. И смотрит прямо в глаза.

     Собак я люблю больше, чем рыцарей. <...> Собака отдаст за тебя жизнь и никогда тебе не солжёт. И смотрит прямо в глаза.

     — Джордж Мартин · книга
151. № 151
     «

     Страх режет глубже меча.

     Страх режет глубже меча.

     — Джордж Мартин · книга
152. № 152
     «

     Боги смеются над молитвами и королей, и пастухов.

     Боги смеются над молитвами и королей, и пастухов.

     — Джордж Мартин · книга
153. № 153
     «

     Когда знатные лорда играют в престолы, больше всех страдают невинные.

     Когда знатные лорда играют в престолы, больше всех страдают невинные.

     — Джордж Мартин · книга
154. № 154
     «

     Мне иногда сдается, что все только притворяются храбрыми, а настоящих храбрецов вовсе нет. Может, только так и можно стать храбрым — если притворяешься.

     Мне иногда сдается, что все только притворяются храбрыми, а настоящих храбрецов вовсе нет. Может, только так и можно стать храбрым — если притворяешься.

     — Джордж Мартин · книга
155. № 155
     «

     — Мой добрый друг, как прекрасно, что вам сегодня лучше! — Да, — согласился сир Родрик, — мне уже второй день не хочется умирать.

     — Мой добрый друг, как прекрасно, что вам сегодня лучше! — Да, — согласился сир Родрик, — мне уже второй день не хочется умирать.

     — Джордж Мартин · книга
156. № 156
     «

     — В бою рыцари гибнут. — А женщины умирают в родах — но о них песен не поют. — Ребёнок — тоже битва. Без знамён и трубящих рогов, но не менее жестокая.

     — В бою рыцари гибнут. — А женщины умирают в родах — но о них песен не поют. — Ребёнок — тоже битва. Без знамён и трубящих рогов, но не менее жестокая.

     — Джордж Мартин · книга
157. № 157
     «

     Любовь обеспечивает верность народа надежнее, чем страх.

     Любовь обеспечивает верность народа надежнее, чем страх.

     — Джордж Мартин · книга
158. № 158
     «

     Одни битвы выигрываются копьями и мечами, другие — перьями и воронами.

     Одни битвы выигрываются копьями и мечами, другие — перьями и воронами.

     — Джордж Мартин · книга
159. № 159
     «

     Жалость убивает желание.

     Жалость убивает желание.

     — Джордж Мартин · книга
160. № 160
     «

     Безумие и величие — это две стороны одной монеты.

     Безумие и величие — это две стороны одной монеты.

     — Джордж Мартин · книга
161. № 161
     «

     Я своих врагов боюсь и поэтому всех их убиваю.

     Я своих врагов боюсь и поэтому всех их убиваю.

     — Джордж Мартин · книга
162. № 162
     «

     — Признаюсь, я до сих пор не понимаю, что мог найти такой умный человек в этой дурочке. — Не будь ты евнухом, ты бы понял. — Вот значит, как? Либо у тебя есть ум, либо кусочек мяса между ног, но не то и другое вместе? Пожалуй, мне следует быть благодарным, что меня сделали евнухом.

     — Признаюсь, я до сих пор не понимаю, что мог найти такой умный человек в этой дурочке. — Не будь ты евнухом, ты бы понял. — Вот значит, как? Либо у тебя есть ум, либо кусочек мяса между ног, но не то и другое вместе? Пожалуй, мне следует быть благодарным, что меня сделали евнухом.

     — Джордж Мартин · книга
163. № 163
     «

     Верховный септон некогда говорил мне, что тот, кто грешит, должен и страдать. Если он прав... лорд Эддард, скажите мне тогда, почему, когда вы, знатные лорды, играете в престолы, больше всех страдают невинные?

     Верховный септон некогда говорил мне, что тот, кто грешит, должен и страдать. Если он прав... лорд Эддард, скажите мне тогда, почему, когда вы, знатные лорды, играете в престолы, больше всех страдают невинные?

     — Джордж Мартин · книга
164. № 164
     «

     Человек, который сражается из-за денег, верен лишь собственному кошельку.

     Человек, который сражается из-за денег, верен лишь собственному кошельку.

     — Джордж Мартин · книга
165. № 165
     «

     В тяжелые времена наёмники стоят дешевле, чем хлеб.

     В тяжелые времена наёмники стоят дешевле, чем хлеб.

     — Джордж Мартин · книга
166. № 166
     «

     Любовь не всегда бывает мудра. Она способна привести нас к безумию, и всё же мы следуем зову своего сердца, куда бы оно нас ни вело.

     Любовь не всегда бывает мудра. Она способна привести нас к безумию, и всё же мы следуем зову своего сердца, куда бы оно нас ни вело.

     — Джордж Мартин · книга
167. № 167
     «

     Туго набитый кошель может обеспечить молчание на какое-то время, но хорошо направленная стрела обеспечивает его навеки.

     Туго набитый кошель может обеспечить молчание на какое-то время, но хорошо направленная стрела обеспечивает его навеки.

     — Джордж Мартин · книга
168. № 168
     «

     Он всегда был умён, даже в мальчишеские годы, но ум и мудрость — вещи разные.

     Он всегда был умён, даже в мальчишеские годы, но ум и мудрость — вещи разные.

     — Джордж Мартин · книга
169. № 169
     «

     Любовь способна погубить честь, убить чувство долга.

     Любовь способна погубить честь, убить чувство долга.

     — Джордж Мартин · книга
170. № 170
     «

     — А когда я стану вольным, — спросил ее Джон, — буду я волен уйти? — Ясное дело. А мы будем вольны тебя убить.

     — А когда я стану вольным, — спросил ее Джон, — буду я волен уйти? — Ясное дело. А мы будем вольны тебя убить.

     — Джордж Мартин · книга
171. № 171
     «

     Правитель, прячущийся за наемных палачей, скоро забывает лик смерти.

     Правитель, прячущийся за наемных палачей, скоро забывает лик смерти.

     — Джордж Мартин · книга
172. № 172
     «

     И впервые за последние сотни лет ночь ожила музыкой драконов.

     И впервые за последние сотни лет ночь ожила музыкой драконов.

     — Джордж Мартин · книга
173. № 173
     «

     Раз ты лорд, научись говорить вежливо, как подобает владыке. Похоже, все манеры твоего отца достались твоему незаконнорожденному брату.

     Раз ты лорд, научись говорить вежливо, как подобает владыке. Похоже, все манеры твоего отца достались твоему незаконнорожденному брату.

     — Джордж Мартин · книга
174. № 174
     «

     Ни один меч нельзя назвать сильным, пока он не закалён.

     Ни один меч нельзя назвать сильным, пока он не закалён.

     — Джордж Мартин · книга
175. № 175
     «

     Тот, кто берётся играть в престолы, или погибает, или побеждает.

     Тот, кто берётся играть в престолы, или погибает, или побеждает.

     — Джордж Мартин · книга
176. № 176
     «

     — Печальную славу оставит о себе наш век. Неужели честь умерла вместе с нашими отцами? — Мой отец ещё не умер.

     — Печальную славу оставит о себе наш век. Неужели честь умерла вместе с нашими отцами? — Мой отец ещё не умер.

     — Джордж Мартин · книга
177. № 177
     «

     В битве двух регулярных войск дисциплина важнее мужества.

     В битве двух регулярных войск дисциплина важнее мужества.

     — Джордж Мартин · книга
178. № 178
     «

     Какая она [плеть] лёгкая и какую тяжесть в себе заключает.

     Какая она [плеть] лёгкая и какую тяжесть в себе заключает.

     — Джордж Мартин · книга
179. № 179
     «

     Подвиг, даже невоспетый, остаётся подвигом.

     Подвиг, даже невоспетый, остаётся подвигом.

     — Джордж Мартин · книга
180. № 180
     «

     Если ты собираешься взять человеческую жизнь, сам загляни в глаза осужденного. Ну а если ты не в силах этого сделать, тогда человек, возможно, и не заслуживает смерти.

     Если ты собираешься взять человеческую жизнь, сам загляни в глаза осужденного. Ну а если ты не в силах этого сделать, тогда человек, возможно, и не заслуживает смерти.

     — Джордж Мартин · книга
181. № 181
     «

     Их так много, этих обетов... язык устанет клясться. Защищать короля. Повиноваться королю. Хранить его тайны. Исполнять его приказания. Отдать за него жизнь. Повиноваться своему отцу, помимо этого. Любить свою сестру. Защищать невинных. Защищать слабых. Уважать богов. Подчиняться законам. Это уж чересчур — что бы ты ни сделал, какой-нибудь обет да нарушишь.

     Их так много, этих обетов... язык устанет клясться. Защищать короля. Повиноваться королю. Хранить его тайны. Исполнять его приказания. Отдать за него жизнь. Повиноваться своему отцу, помимо этого. Любить свою сестру. Защищать невинных. Защищать слабых. Уважать богов. Подчиняться законам. Это уж чересчур — что бы ты ни сделал, какой-нибудь обет да нарушишь.

     — Джордж Мартин · книга
182. № 182
     «

     Женская жизнь — это на девять частей грязь и только на одну красота, скоро сама узнаешь...и та ее часть, которая кажется самой красивой, оказывается самой грязной.

     Женская жизнь — это на девять частей грязь и только на одну красота, скоро сама узнаешь...и та ее часть, которая кажется самой красивой, оказывается самой грязной.

     — Джордж Мартин · книга
183. № 183
     «

     Певцы ничего не любят больше, чем звуки собственных голосов.

     Певцы ничего не любят больше, чем звуки собственных голосов.

     — Джордж Мартин · книга
184. № 184
     «

     В каждом человеке сидит дикий зверь, и когда человеку дают копье или меч и посылают его на войну, зверь просыпается.

     В каждом человеке сидит дикий зверь, и когда человеку дают копье или меч и посылают его на войну, зверь просыпается.

     — Джордж Мартин · книга
185. № 185
     «

     Из олова не выкуешь железный меч, сколько ни стучи молотом, но это не значит, что олово бесполезно.

     Из олова не выкуешь железный меч, сколько ни стучи молотом, но это не значит, что олово бесполезно.

     — Джордж Мартин · книга
186. № 186
     «

     — А что, если убивать его пошлют волшебника? — А вот на это я отвечу, — ухмыльнулся Десмонд, извлекая свой длинный меч, — что волшебники умирают, как и все остальные люди, если у них отрубить голову.

     — А что, если убивать его пошлют волшебника? — А вот на это я отвечу, — ухмыльнулся Десмонд, извлекая свой длинный меч, — что волшебники умирают, как и все остальные люди, если у них отрубить голову.

     — Джордж Мартин · книга
187. № 187
     «

     Честь велит нам встречать врага на поле боя, а не убивать его в чреве матери.

     Честь велит нам встречать врага на поле боя, а не убивать его в чреве матери.

     — Джордж Мартин · книга
188. № 188
     «

     — Заседая в совете, вы говорили об уродливых девушках и стальных поцелуях, а теперь пытаетесь убедить меня в том, что попытались защитить девушку? За какого же дурака вы меня принимаете? — Просто за колоссального! — Вас всегда настолько развлекает мысль об убийстве, лорд Бейлиш? — Лорд Старк, меня развлекает не убийство, а вы. Вы правите как человек, танцующий на подтаявшем льду. Смею сказать, всплеск будет весьма впечатляющим. И первые трещины побежали сегодня утром.

     — Заседая в совете, вы говорили об уродливых девушках и стальных поцелуях, а теперь пытаетесь убедить меня в том, что попытались защитить девушку? За какого же дурака вы меня принимаете? — Просто за колоссального! — Вас всегда настолько развлекает мысль об убийстве, лорд Бейлиш? — Лорд Старк, меня развлекает не убийство, а вы. Вы правите как человек, танцующий на подтаявшем льду. Смею сказать, всплеск будет весьма впечатляющим. И первые трещины побежали сегодня утром.

     — Джордж Мартин · книга
189. № 189
     «

     — В бою всегда следуй за рослым. — А почему так? — Из них получается великолепная цель. А уж этот притянет к себе внимание каждого лучника. — Признаюсь, я никогда не воспринимал его в таком свете.

     — В бою всегда следуй за рослым. — А почему так? — Из них получается великолепная цель. А уж этот притянет к себе внимание каждого лучника. — Признаюсь, я никогда не воспринимал его в таком свете.

     — Джордж Мартин · книга
190. № 190
     «

     Свежие крысы, конечно, предпочтительнее тухлых, с этим не поспоришь. Пугало то, что эти крысы выглядели аппетитнее, чем большая часть подаваемого в мясных рядах.

     Свежие крысы, конечно, предпочтительнее тухлых, с этим не поспоришь. Пугало то, что эти крысы выглядели аппетитнее, чем большая часть подаваемого в мясных рядах.

     — Джордж Мартин · книга
191. № 191
     «

     Она попыталась представить себе, каково это — лететь по воздуху, сидя на шее дракона. Должно быть, так же, как когда стоишь на вершине горы, — только лучше. Ты видишь под собой весь мир.

     Она попыталась представить себе, каково это — лететь по воздуху, сидя на шее дракона. Должно быть, так же, как когда стоишь на вершине горы, — только лучше. Ты видишь под собой весь мир.

     — Джордж Мартин · книга
192. № 192
     «

     Мы смотрим на горы и называем их вечными, и они действительно кажутся такими... но с течением времён горы вздымаются и падают, реки меняют русло, звёзды слетают с небес, и большие города погружаются в море. Мне думается, даже боги умирают. Всё меняется...

     Мы смотрим на горы и называем их вечными, и они действительно кажутся такими... но с течением времён горы вздымаются и падают, реки меняют русло, звёзды слетают с небес, и большие города погружаются в море. Мне думается, даже боги умирают. Всё меняется...

     — Джордж Мартин · книга
193. № 193
     «

     — Король делает что хочет. — Эйерис Таргариен тоже делал что хотел. Разве мать не рассказывала тебе, что с ним случилось?

     — Король делает что хочет. — Эйерис Таргариен тоже делал что хотел. Разве мать не рассказывала тебе, что с ним случилось?

     — Джордж Мартин · книга
194. № 194
     «

     Рожать тяжело, но то, что приходит потом, ещё труднее.

     Рожать тяжело, но то, что приходит потом, ещё труднее.

     — Джордж Мартин · книга
195. № 195
     «

     Будь там за воротами кто-нибудь другой, я питала бы надежду соблазнить его. Но там Станнис Баратеон — скорее я смогу соблазнить его коня.

     Будь там за воротами кто-нибудь другой, я питала бы надежду соблазнить его. Но там Станнис Баратеон — скорее я смогу соблазнить его коня.

     — Джордж Мартин · книга
196. № 196
     «

     — Он нарушил клятву и опозорил своего союзника. Где же тут честь? — Честь девушки он поставил выше своей.

     — Он нарушил клятву и опозорил своего союзника. Где же тут честь? — Честь девушки он поставил выше своей.

     — Джордж Мартин · книга
197. № 197
     «

     Боги каждой из нас дают свой маленький талант, и мы не должны дать ему зачахнуть. Любое деяние может стать молитвой, если мы вкладываем в него всё своё старание.

     Боги каждой из нас дают свой маленький талант, и мы не должны дать ему зачахнуть. Любое деяние может стать молитвой, если мы вкладываем в него всё своё старание.

     — Джордж Мартин · книга
198. № 198
     «

     — Я предупреждала вас, что у Джоффа твёрдый характер. — Между твёрдым характером и глупостью лежит большое расстояние.

     — Я предупреждала вас, что у Джоффа твёрдый характер. — Между твёрдым характером и глупостью лежит большое расстояние.

     — Джордж Мартин · книга
199. № 199
     «

     Боги покарали его не за убийство, и не за то, что он подал королю блюдо из собственного сына — человек имеет право мстить. Но он убил гостя под своим кровом, а боги этого не прощают.

     Боги покарали его не за убийство, и не за то, что он подал королю блюдо из собственного сына — человек имеет право мстить. Но он убил гостя под своим кровом, а боги этого не прощают.

     — Джордж Мартин · книга
200. № 200
     «

     — Я поклялся убить Рейегара за то, что он сделал с ней. — Ты и убил его, — напомнил ему Нед. — Но только однажды, — с горечью отвечал Роберт. — ... Мне снится, что я убиваю его каждую ночь. Но и тысячи смертей ему мало, он заслуживает большего.

     — Я поклялся убить Рейегара за то, что он сделал с ней. — Ты и убил его, — напомнил ему Нед. — Но только однажды, — с горечью отвечал Роберт. — ... Мне снится, что я убиваю его каждую ночь. Но и тысячи смертей ему мало, он заслуживает большего.

     — Джордж Мартин · книга