Афоризмы
29 июля 2026, среда
Подборка · 50 цитат автора

50 лучших цитат — Виктория Токарева

50 цитат, по которым узнают Виктория Токарева: коротко, точно, без воды.

Размер:102050100200
  6. Я давно уже заметила, что природа действует по принципу «зато». Уродливый, зато умный. А если умный и красивый, зато пьет. А если и умный, и красивый, и не пьет (как я), зато – нет счастья в жизни. И каждая судьба – как юбилейный рубль: с одной стороны одно, а с другой – другое.
    — Звезда в тумане · книга
  8. Она любила, и ее любили. Она уходила, и от нее уходили. Было все. Но пришла старость и все уравняла. Как выпавший снег прикрывает весь мусор прошлого сезона. Старость – это зима. Это – высота. И на многое смотришь сверху, и лучше видно.
    — Кругом один обман · книга
  9. Родился ребенок. Это особый период в жизни. Пожалуй, самый трудный, трудоемкий. И не увильнешь. Инстинкт материнства не пустит.
    — Кругом один обман · книга
  12. Юмор, конечно, восстанавливает то, что разрушает пафос, но когда его очень много – он сам начинает разрушать. Так же, как ангина разрушает сердце. А от хронического юмора образуется цинизм, с которым жить очень удобно, потому что человек всё недооценивает. Всему назначает низкую цену.
    — Инструктор по плаванию · книга
  15. Смоленскому всегда представлялось, что любовь — это счастье, а теперь выяснилось, что любовь — это болезнь, похожая на аппендицит. Распространнёная и вроде неопасная, но, если не вырежешь вовремя, помрёшь от перитонита.
    — Пропади оно пропадом · книга
  17. Это была кокетливая старуха. Вечная женщина. Алёна про себя называла её «жабка» — уменьшительно от слова «жаба». Жаба — грубо. А жабка — как раз.
    — Тайна Земли · книга
  18. Вера была похожа на деревце, выросшее на крыше. Вроде и земли нет, и корням некуда углубиться – а вот оно деревце. Живое и шелестящее.
    — Дерево на крыше · книга
  19. Русские мужья дарили ерунду: коробку мармелада, букет цветов — но дарили на последние деньги. А Папашка на проценты с капитала. У него даже пальцы жадные. И он всё время их нюхает.
    — О любви (Сборник рассказов) · книга
  20. Литру был совершенно не в ее вкусе: высокий, знойный молдаванин. О таких Елена говорила: «Красавец» – с ударением на последней гласной. Ей казалось, что красота бывает дарована в ущерб уму и таланту. Да и зачем мужчине красота?
    — Сволочей тоже жалко · книга
  21. – Я любил тебя с пятого класса по пятый курс. Десять лет. А он – два часа. – Не будем об этом. Столько воды утекло. За нами уже новое поколение выросло. – Но это ответ на твой вопрос: почему я стал зануда? Я страдал! И страдаю! Прошлое имеет очень большую власть над людьми.
    — Сволочей тоже жалко · книга
  23. И как изменилось понятие нравственности за какие-то сто лет. Катерина из «Грозы» изменила мужу и утопилась, не вынесла раздвоенности. Анна Каренина познала презрение общества, не говоря уже о том, что бросилась под поезд. А сейчас никакого общества и все Анны. Без Вронских.
    — Марьяна · книга
  24. Ирина топила свое горе в любви, от этого любовь становилась выше, полноводнее, как уровень воды в водоёме, если туда погрузить что-то объёмное. А может быть, горе выбрасывает в кровь адреналин, а счастье — расщепляет и выводит из организма. И человек лечится любовью интуитивно. Но скорее всего, счастье и горе — два конца одной палки. И составляют единое целое.
    — Своя правда · книга
  27. У одних — всё. У других — ничего. Кто ТАМ, наверху, этим занимается? Наверное, в небесной канцелярии сломался компьютер и сигналы не поступают.
    — Своя правда · книга
  28. Бывают дни, когда воедино стекается всё хорошее. А бывает — наоборот: удары судьбы подкрадываются, как волки с разных сторон, и нападают одновременно.
    — Своя правда · книга
  29. Но человек не может себя предлагать, как таблетку от головной боли. Надо ждать, когда боль станет невыносимой, и тогда он сам протянет руку.
    — Свинячья победа · книга
  30. Он берет только то, что ему дает государство. А у государства можно только своровать. Само оно ничего не дает. И государству никогда не стыдно. Спрашивается, чего ждать? Надо идти рогом вперед и не стесняться.
    — Кругом один обман · книга
  32. Такие понятия, как стыд, совесть, – это что-то неконкретное, то, что нельзя пощупать и положить в карман. А деньги можно пощупать, и положить в кошелек, и обменять на нужную вещь.
    — Кругом один обман · книга
  33. Чувство собственности – великое чувство. Большевики отшибали это чувство почти сто лет, проповедовали: общественное выше личного. Как говорила Васса Железнова, «наше – это ничье. Мое!». «Мое» правит миром. Мой мужчина. Мой кошелек. Мой дом.
    — Кругом один обман · книга
  34. Случайные романы мешают, как заноза. Хочется выдернуть. А когда человек просто нравится – это прочно, практически навсегда.
    — Кругом один обман · книга
  36. Время идет вперед и никогда назад. И мое время тоже будет идти вперед, и об этом надо подумать сегодня. Умные люди заранее готовят свое будущее.
    — Кругом один обман · книга
  39. …все новорожденные на одно лицо – одутловатые от усилия. Им пришлось проделать нелегкий путь до своего первого крика, и непонятно, почему они кричат: от радости или от ужаса.
    — Кругом один обман · книга
  40. Его быстро забыли. Он почти не остался в литературе. Прогорел, как факел, и потух бесславно. Непонятно, почему одних помнят, а других нет.
    — Кругом один обман · книга
  41. У Майки была неброская внешность, но очень тонкая и милая, если приглядеться. Но кто будет приглядываться? Все так спешат и бегут мимо по своим делам, по своим интересам.
    — Кругом один обман · книга
  42. Сейчас, когда материя захлестнула наше общество, Чехов особенно нужен. Он появляется с палочкой, высокий, сгорбленный, одинокий, больной туберкулезом, и смотрит. Что он говорит? Ничего. Просто смотрит и молчит. И всем становится стыдно.
    — Кругом один обман · книга
  43. Но вернемся в тот яркий летний день в журнале «Юность». - Мы самые знаменитые. «Ну, погоди!» смотрит вся страна, — заявил Курляндский. Хайт кивнул головой. - А я не видела, — сказала я. И это соответствовало действительности. Мультик только что вышел на экраны. С тех пор прошло почти пятьдесят лет. Я смотрела «Ну, погоди!» бессчетное количество раз. Я обожаю невезучего волка, и мне слегка противен аккуратный зайчик. Мне кажется, что волка режиссер Котеночкин списал с себя. Они каким-то образом похожи — высокие, многопьющие.
    — Мои мужчины (сборник) · книга
  45. Казалось бы: плюнь на все и не работай. Но талант… Он давит. Гонит. Талант – это дополнительная энергия, которая требует выхода. Но ведь не будешь играть сам себе перед зеркалом в пустой комнате. Нужен зал. Зрители. Аплодисменты.
    — Кругом один обман · книга
  46. – Вы любили? Детей рожали? – допрашивала я. – Ну… – согласился Яков Михайлович. – А все остальное ерунда. Солома. – Какая солома? – Чучело набивают соломой. Оно и стоит.
    — Кругом один обман · книга
  47. B первой половине жизни очень много места занимает любовь и всякие страсти. Еще много времени отнимает работа, на котopyю, xoть и caм не понимаешь, нужна она тебе или нет, бегаешь как заяц, чтобы только заработать денег… A потом наступает момент, когда вce ненужное «отшелушивается» и ты понимаешь, какой молодец Создатель, что coздал вот такое небо, вот такие деревья и тебя.
  48. Он в глубине души считал, что старики должны самоустраняться, как в Японии. Дожил до шестидесяти лет — и на гору Нарайяма. Птицы растащат.
    — Рассказы и повести · книга
  49. – Поедешь к шести, – сообщила она. – Опаздывать нельзя. Может не принять. – А если он начнёт приставать, дать? – простодушно спросила Анжела. – Дать, – не задумываясь разрешила Кира Сергеевна. – А почему? – удивилась Анжела. – Ты же всё равно кому-то даешь... Почему не ему? – Так те – по любви. – Ты кого-то любишь? – Сейчас – нет. – Тогда какие проблемы?
    — Анжела · книга
  50. Вид попранной женственности. Такой вид часто бывает у хорошеньких продавщиц, которые собрались завоевывать мир, а попали за прилавок.
    — Инструктор по плаванию · книга
Смотрите также
Все цитаты — Виктория ТокареваВсе подборкиКаталог: авторы