371 цитата на тему «Красивые цитаты на тему «женщины»» для поста

Тема «Красивые цитаты на тему «женщины»» — одна из самых обсуждаемых. Ниже 371 высказываний, которые говорят о ней сильнее всего.

1. «

   Сердце — любовных зелий Зелье — вернее всех. Женщина с колыбели Чей-нибудь смертный грех.

   Сердце — любовных зелий Зелье — вернее всех. Женщина с колыбели Чей-нибудь смертный грех.

   — Марина Цветаева
2. «

   Я представил, как подойду к ней и скажу: «Здравствуйте, настоящая женщина!» А она мне ответит из-под своей маски застенчивости: «Здравствуйте, мужчина! Вы действительно настоящий?»

   Я представил, как подойду к ней и скажу: «Здравствуйте, настоящая женщина!» А она мне ответит из-под своей маски застенчивости: «Здравствуйте, мужчина! Вы действительно настоящий?»

   — Ринат Валиуллин · книга
3. «

   «Куда нужно наносить духи?» — как-то спросила меня молодая женщина. «Всюду, куда бы вам хотелось, чтобы вас поцеловал мужчина», — сказала я.

   «Куда нужно наносить духи?» — как-то спросила меня молодая женщина. «Всюду, куда бы вам хотелось, чтобы вас поцеловал мужчина», — сказала я.

   — Коко Шанель
4. «

   Какие все-таки женщины задорные, забавные. Как маленькие куколки. Ему нравилось такое распределение ролей в природе: мужчина и женщина. Разве есть что-то более прекрасное, чем она, радостно скачущая по дому с кучей пакетов с каким-то юбочками и блузочками? А есть ли что-то более потрясающее, чем ее лучезарная улыбка? Пожалуй, нет. Пожалуй, без женщин мир был бы холоден и угрюм.

   Какие все-таки женщины задорные, забавные. Как маленькие куколки. Ему нравилось такое распределение ролей в природе: мужчина и женщина. Разве есть что-то более прекрасное, чем она, радостно скачущая по дому с кучей пакетов с каким-то юбочками и блузочками? А есть ли что-то более потрясающее, чем ее лучезарная улыбка? Пожалуй, нет. Пожалуй, без женщин мир был бы холоден и угрюм.
5. «

   Женщина — Богиня! Поклоняйся ей без устали и будет тебе счастье.

   Женщина — Богиня! Поклоняйся ей без устали и будет тебе счастье.

   — Аристарх Ромашин · книга
6. «

   По-русски осень, как и женщина, зовется она — это и есть женщина, выполнившая все свои обеты и потому спокойная в ясности предзимнего ожидания, синеглазая до боли, пристальная во всех своих затаенных чувствах вдовы, которая вспоминает прошлое, одиноко ложась в холодную, пробитую пушистым инеем постель.

   По-русски осень, как и женщина, зовется она — это и есть женщина, выполнившая все свои обеты и потому спокойная в ясности предзимнего ожидания, синеглазая до боли, пристальная во всех своих затаенных чувствах вдовы, которая вспоминает прошлое, одиноко ложась в холодную, пробитую пушистым инеем постель.

   — Анатолий Ким · книга
7. «

   Ты ревнуешь напрасно и ночами не спишь, Ты меня не догонишь и от меня не убежишь. Тыщу раз уходила я на целых три дня, Тыщу лет меня знаешь и не знаешь меня.

   Ты ревнуешь напрасно и ночами не спишь, Ты меня не догонишь и от меня не убежишь. Тыщу раз уходила я на целых три дня, Тыщу лет меня знаешь и не знаешь меня.
8. «

   Девочка, девушка, женщина - Пусть все умрут от зависти, Пусть покажусь сумасшедшим я, Нет без тебя мне радости.

   Девочка, девушка, женщина - Пусть все умрут от зависти, Пусть покажусь сумасшедшим я, Нет без тебя мне радости.
9. «

   Есть имена, как душные цветы, и взгляды есть, как пляшущее пламя... Есть темные извилистые рты, с глубокими и влажными углами.

   Есть имена, как душные цветы, и взгляды есть, как пляшущее пламя... Есть темные извилистые рты, с глубокими и влажными углами.

   — Марина Цветаева
10. «

    Каждая мудрая женщина знает: если хочется, значит надо.

    Каждая мудрая женщина знает: если хочется, значит надо.

    — Мария Фариса · книга
11. «

    Я не сводил глаз с Наташи. С сосредоточенным видом она молча стояла в белом свете софитов. И мне казалось, что передо мной — очень хрупкая, прелестная копия гигантской статуи, которая освещает своим факелом бушующие волны Атлантики, бесстрашная женщина, правда, не совсем такая, как ее могучий прототип — некий гибрид Брунгильды и разбитной французской торговки, — а женщина, скорее похожая на вышедшую из девственных лесов Диану, воинственную и непобедимую. Но и эта Диана была опасна. Опасна и готова драться за свою свободу.

    Я не сводил глаз с Наташи. С сосредоточенным видом она молча стояла в белом свете софитов. И мне казалось, что передо мной — очень хрупкая, прелестная копия гигантской статуи, которая освещает своим факелом бушующие волны Атлантики, бесстрашная женщина, правда, не совсем такая, как ее могучий прототип — некий гибрид Брунгильды и разбитной французской торговки, — а женщина, скорее похожая на вышедшую из девственных лесов Диану, воинственную и непобедимую. Но и эта Диана была опасна. Опасна и готова драться за свою свободу.

    — Эрих Мария Ремарк · книга
12. «

    Изучай меня по картам, изучай меня по звёздам, Изучай меня по ливням, изучай меня по грозам. Я нелёгкая загадка, разгадать меня не просто, Изучай меня по зимам, изучай меня по вёснам.

    Изучай меня по картам, изучай меня по звёздам, Изучай меня по ливням, изучай меня по грозам. Я нелёгкая загадка, разгадать меня не просто, Изучай меня по зимам, изучай меня по вёснам.
13. «

    Дух этой женщины закалён как лучшая сталь, издаёт только чистый звук.

    Дух этой женщины закалён как лучшая сталь, издаёт только чистый звук.

    — Филиппа Грегори · книга
14. «

    Ты — это титры с перечнем любимых, ты вековая тихая терпимость, ты рушишься, смеркаешься, стареешь, но как прекрасна родинка на шее.

    Ты — это титры с перечнем любимых, ты вековая тихая терпимость, ты рушишься, смеркаешься, стареешь, но как прекрасна родинка на шее.

    — Аль Квотион · книга
15. «

    Тоскующая женщина – как кубик Рубика, который может собрать лишь один-единственный человек.

    Тоскующая женщина – как кубик Рубика, который может собрать лишь один-единственный человек.

    — Эльчин Сафарли · книга
16. «

    Я — наивная девочка, которая смотрит на мужчину, замирая от восхищения, и притворяется, будто потрясена тем, какая у него власть, какая слава. Я — Роковая Женщина, которая атакует неуверенных в себе мужчин и берёт инициативу на себя, так что им уже ничего не нужно делать и не о чем беспокоиться. Я Любящая мать, которая нежно опекает тех, кто нуждается в советах, которая терпеливо выслушивает все рассказы, если даже они у неё в одно ухо влетают, а из другого вылетают.

    Я — наивная девочка, которая смотрит на мужчину, замирая от восхищения, и притворяется, будто потрясена тем, какая у него власть, какая слава. Я — Роковая Женщина, которая атакует неуверенных в себе мужчин и берёт инициативу на себя, так что им уже ничего не нужно делать и не о чем беспокоиться. Я Любящая мать, которая нежно опекает тех, кто нуждается в советах, которая терпеливо выслушивает все рассказы, если даже они у неё в одно ухо влетают, а из другого вылетают.

    — Пауло Коэльо · книга
17. «

    Если хочешь писать о женщине, обмакни перо в радугу и стряхни пыль с крыльев бабочки.

    Если хочешь писать о женщине, обмакни перо в радугу и стряхни пыль с крыльев бабочки.

    — Дени Дидро
18. «

    Истинное наслаждение наблюдать за женщиной, когда она влюблена. Ее лицо становится лучистым и сияет, все линии тела как-то сглаживаются и «звучат» по-новому.

    Истинное наслаждение наблюдать за женщиной, когда она влюблена. Ее лицо становится лучистым и сияет, все линии тела как-то сглаживаются и «звучат» по-новому.

    — Слава Курилов · книга
19. «

    Любимая, спи... Во сне улыбайся. (все слёзы отставить!), цветы собирай и гадай, где поставить, и множество платьев красивых купи.

    Любимая, спи... Во сне улыбайся. (все слёзы отставить!), цветы собирай и гадай, где поставить, и множество платьев красивых купи.

    — Евгений Евтушенко
20. «

    И Паганини... Он скрипку роняет, Слыша каприччио в рокоте волн. Сцена надеждами вновь озаряет Ноты расстроенных флейт и валторн. Нем Паганини. Струна безнадежна. Но наступает прощания час... Женщина плачет так тонко, так нежно, И хризолиты струятся из глаз. Узкими пальцами трогает розу, И, отразив торжество красоты, В трещине зеркала рушится проза И вырастает крыло высоты. Ангелом рвётся из рук его скрипка, В воздухе реют дворцы — всё она! Льётся эфир, будто не было крика. Тайна бессмертия разрешена.

    И Паганини... Он скрипку роняет, Слыша каприччио в рокоте волн. Сцена надеждами вновь озаряет Ноты расстроенных флейт и валторн. Нем Паганини. Струна безнадежна. Но наступает прощания час... Женщина плачет так тонко, так нежно, И хризолиты струятся из глаз. Узкими пальцами трогает розу, И, отразив торжество красоты, В трещине зеркала рушится проза И вырастает крыло высоты. Ангелом рвётся из рук его скрипка, В воздухе реют дворцы — всё она! Льётся эфир, будто не было крика. Тайна бессмертия разрешена.

    — Галактион Табидзе